Гранд-адмирал. Том седьмой
Шрифт:
Случалось, конечно, что кто-то из захваченных при абордаже кораблей разумных вливался в ряды пиратов. Но это не более чем слухи. Как и то, что качественный и самозабвенный труд однажды освободит рабов от гнета и позволит им прожить старость без побоев, унижений и работе где-нибудь на базе одной из многочисленных пиратских команд. В качестве рабов-слуг, конечно же.
Десятки тысяч рабов по разным причинам умирали по всей планете каждый день по тем или иным причинам…
Все это промелькнуло в голове старика-родианца, что минуту назад без сил рухнул меж рядами возделываемых клубней. Сегодня у него просто не получилось поднять ногу так высоко, чтобы перешагнуть выпирающую из земли часть огромного камня…
— Эй ты! — раздался яростный окрик. Родианец, пусть и не говорил на общем языке, но прекрасно его понимал. — Живо поднялся! Ты ответишь за каждую каплю пролитой воды!
Старик, заторможенно оглядевшись понял, что два металлических ведра, в которых он нес воду для полива клубней, сейчас валяются на земле. А драгоценная вода, поднимаема из водоносных слоев, залегающих глубоко в почве, сейчас впитывается в истощенную почву. На тропинке между рядами кустов клубней.
Рослый зайгеррианец-надсмотрщик, отвечающий за работу разумных на отдаленном поле своей пиратской команды, быстро двигался навстречу старику-родианцу. Тот попытался подняться, но ноги его уже не слушались.
«Пришло мое время», — без страха подумал он.
— Встать! — заорал зайгеррианец, отвесив ему пощечину. Изо рта родианца вылетели пара сломанных от таких же побоев зубов. — Я сказал встать!
К старику бросились на помощь два молодых забрака, больше похожих на скелеты, обтянутые кожей. Но закричали от боли, когда шоковый кнут рабовладельца поразил их.
— Никакой помощи слабакам! — заявил выходец с Зайгеррии. — Если он не может даже подняться на ноги перед свои господином, то он ничто! Ему нет оправдания…!
В уголке сознания возникла мысль объясниться, отсрочить неминуемую смерть хотя бы на день, другой.
Старик дребезжащим голосом начал говорить…
— Что щебечет эта немощь? — грозный рык надсмотрщика разнесся над полем, призывая других рабов отвлечься от своей работы и обратить внимание на происходящее. Они так и сделали, но молчали…
Старик огляделся — рабы, которые в общем-то понимали его язык, как-никак, а два года вместе — молчали. На их лицах застыло изумление, шок, непонимание… И… затаенная надежда?!
Родианец, чуть наклонившись, посмотрел за спину зайгеррианца… И понял причину, по которой его товарищи по угнетению не могли произнести ни слова. Понял, и его старческие глаза наполнились влагой. Он был стар, но деменция и забытье еще не затронули его разум.
Типичный зайгеррианец.
— Что, никто не понимает этого идиотского языка? — снова спросила зайгеррианец, вынимая из ножен виброклинок. — В таком случае, нет смысла и дальше тратить на него время…
— Он сказал, что видел вспышки в небе. Что на орбите идет сражение… — послышался голос за спиной надсмотрщика. — И что их пришли освободить.
Зайгеррианец, даже не обратив внимание на сказавшего это раба, расхохотался, откинув голову назад.
— Аха-ха-ха-ха! — гоготал он, хлопая себя по отвисшему от отсутствия физической нагрузки брюху. — Да кому вы нужны, никчемные рабы! Если бы какой-то идиот и посмел атаковать нас, то флот на орбите «Огненные звезды» на орбите порвали бы их… Да и я был бы предупрежден…
Он замолчал в тот момент, когда высоко в небе раздался оглушительный грохот. Прекратив смеяться, зайгеррианец, приложив руку к бровям, посмотрел наверх.
Как раз для того, чтобы увидеть огромный огненный шар, что падал на поверхность в тысячах километров от них. Не поверив своим глазам, зайгеррианец вытащил из кармана микробинокуляр, приложил к глазам…
— Банта пууду! — выругался рабовладелец, сжав в руке комлинк и выбирая частоту для связи с базой своей команды. — Там в самом деле бой! Разрушители на орбите молотят наши корабли и станции… Хатт дери меня в большие уши! Связь не работает! Помехи…
— Да потому что работают «глушилки», — раздался тот же голос за спиной зайгеррианца.
— И кто же это такой умный у нас? — раздраженно поинтересовался надсмотрщик, пытаясь сменить надстройки устройства связи. — Минус пайка в сутки на протяжении недели. Всем!
Зайгеррианец прорычал, с нескрываемой злобой и раздражением отмечая, что у него не получается выйти на связь с командирами. Как и сказал тот умник, похоже, что их глушили! Нужно сообщить командиру! А до базы километров десять по прямой…
— Да что б ты облез! — возмутился тот же голос. — Никто не лишит меня вкусной еды! Я почти двадцать лет одни пайки жевал, а это то еще безвкусное банта пууду! Так что, ушастый, шел бы ты…!
— Шесть два!
— Ладно-ладно, молчу! Ну, просто он идиот!
По слуху голос был один, но вот интонации… он различил как минимум три. Но был слишком шокирован, чтобы разбираться с вольнодумцем. Похоже, что это кто-то из недавних приобретений рабов, которое еще плохо обучено… Ничего, он с этим разберется.
Да хатт дери! Что тут происходит вообще?
Надсмотрщик бросил взгляд на небо, в котором он услышал весьма характерные звуки скоростного входа в атмосферу. Увидел десятки рвущих небо Антареда-III транспортных челноков типа «Лямбда», ударные канонерки типа Xg-1, чьи ракеты вдали уничтожали истребители пиратов, поднявшиеся им навстречу, TIE-Перехватчики, занимающиеся прикрытием…
И несколько ударных крейсеров типа «Аккламатор», что снижались и явно держали курс к квадратам, на которых располагались крупнейшие базы пиратов Йенгара.
— Душевнее было бы его пристрелить, — раздался тот же голос, что и возмущался насчет пайка.
Зайгеррианец огляделся, в поисках двух младших надсмотрщиков, своих протеже. И даже увидел их одежду… Почему-то лежащую меж рядами с возделываемыми клубнями.
— Эй! — рявкнул он. — Живо поднялись и отправились на базу! Сообщите, что мы атакованы и…
— Это ж надо так преисполниться в своей силе, что игнорировать очевидное, — раздался тот же голос за спиной.
— Склонен согласиться — похоже он идиот.