Чтение онлайн

По уход генерала — краткая, мгновеніе, пауза. Замчаю въ списк подчеркнутое отсутствіе именъ генерала Юденича и проф. Кузьмина-Караваева; съ другой стороны названы лица, явно нежелательныя общественнымъ кругамъ.

Ген. Суворовъ предсдательствуетъ. А. В. Карташевъ проситъ разъясненія у присутствующихъ, что произошло. К. А. Крузенштіернъ думаетъ, что причиной всему письма, которыми обмнялись Гофъ съ Юденичемъ относительно эстонскихъ «домогательствъ» (про эти письма я уже говорилъ выше). Проф. Кузьминъ-Караваевъ выражаетъ сомнніе, согласно ли съ положеніемъ Юденича передъ Колчакомъ и Политическимъ Совщаніемъ избраніе этого правительства. Вопросъ виснетъ въ воздух; видимо, пока никто не хочетъ осложнять положеніе спорами.

Ген. Суворовъ съ своей стороны предлагаетъ такую формулу ршенія: въ виду крайней спшности, приглашенныя лица принимаютъ на себя обязанность въ кратчайшій срокъ образовать правительственную власть и, впредь до ея образованія, берутъ на себя веденіе всхъ срочныхъ русскихъ длъ и отвтственность за нихъ, окончательное же персональное составленіе списка отложить до вечера понедльника, 11-го августа.

За формулу ген. Суворова, по разнымъ очевидно соображеніямъ, хватаются вс. Она единогласно принимается и объявляется ген. Маршу. Онъ благодаритъ собравшихся и заявляетъ:

«Но мн сейчасъ нужны поименно министръ-президентъ, военный и министръ иностранныхъ длъ, чтобы подписать въ 7 час. вечера съ эстонцами слдующую бумагу (читаетъ):

1) Правительство русской Св. Зап. Области, включая прежнихъ губерній: Петроградскую, Псковскую и Новгородскую, признало абсолютную независимость Эстоніи.

2) Эстонское правительство общаетъ оказать немедленную поддержку русской Св. Зап. Области вооруженною силою, чтобы освободить Петроградскую, Псковскую и Новгородскую губерніи отъ большевистскаго ига и установить въ Петроград демократическое правительство, которое будетъ уважать человческія права, какъ-то: жизнь, личную свободу и собственность имущества.

3) Военное командованіе союзными силами объединено въ рукахъ ген. Юденича и ген. Лайдонера, черезъ коихъ союзная военная миссія снабжала и продолжаетъ снабжать боевыми припасами необходимыми для вышеупомянутыхъ цлей.»

М. С. Маргуліесъ [79] предлагаетъ остановиться на лицахъ списка ген. Марша. Принимается единогласно, но съ оговоркой (опять таки каждый имлъ въ виду свои цли. В. Г.), что эти лица уполномачиваются только на одно данное опредленное дйствіе, не предршая вопроса о нихъ, какъ обозначенныхъ министрахъ уже образованнаго правительства. Въ этотъ моментъ являются эстонцы — Поска, Штрандманъ, ген. Лайдонеръ и военный министръ и заявляютъ, что они не могутъ сейчасъ ничего подписать, такъ какъ предварительно должны представить предложенный имъ договоръ на обсужденіе своего государственнаго совта и отвтъ дадутъ лишь завтра въ 9 час. вечера. Такимъ образомъ протоколъ остается неподписаннымъ съ обихъ сторонъ, и вс расходятся.

Вечеромъ того-же дня собираемся на совщаніе въ помщеніе нашего отдла для вншнихъ сношеній. Электричество внезапно гаснетъ. Служащіе что-то очень долго не могутъ достать свчей и засданіе открывается въ абсолютной темнот. Узнаемъ другъ друга только по голосу.

«Скверное начало» — говоритъ невидимый сосдъ справа.

Ссылаясь на сибирское правительство, которое состоитъ при Колчак и на прецедентъ Деникина, г. Кузьминъ-Караваевъ настаиваетъ на томъ, чтобы предоставить ген. Юденичу намтить составъ правительства. Его поддерживаетъ г. Ивановъ, разсчитывающій, очевидно, на Балаховича и никакъ не желающій помириться на безпортфельномъ амплуа. Мы возражаемъ самымъ ршительнымъ образомъ противъ такой точки зрнія; большинство собравшихся явно не на сторон Кузьмина-Караваева. Дале мы заявляемъ, что одинъ ген. Юденичъ еще не представляетъ арміи, а потому предлагаемъ вызвать на совщаніе съ нами въ Ревель не одного ген. Юденича, а вмст съ начальниками частей арміи. Предложеніе принимается. Въ заключеніе, по предложенію ген. Суворова, опять откладываемъ вопросъ объ окончательномъ списк состава правительства. «Они» явно ждутъ прізда и подкрпленія отъ ген. Юденича, «мы» — прізда своихъ со Пскова. С. Г. Ліанозовъ и М. С. Маргуліесъ, въ качеств творцовъ въ первозданномъ хаос, хотятъ слпить нчто среднее и примирительное, а г. Ивановъ вообще хватается за всякую оттяжку, не видя союзниковъ вокругъ себя.

«Въ 12 час. ночи, — записываетъ въ своемъ дневник М. С. подъ 10 августа, идемъ съ Ліанозовымъ къ Поллоку. У Ліанозова были Карташевъ, Суворовъ и Кузьминъ-Караваевъ, взвинтили его изъ-за Кузьмина-Караваева и заявили, что уйдутъ, если Кузьминъ-Караваевъ не получитъ портфеля; не хотятъ и Иванова. Поллокъ промолчалъ о Кузьмин-Караваев, но объ Иванов сказалъ, что попытается убдить ген. Марша устранить Иванова»…

Итакъ, кандидатура г. Кузьмина-Караваева вообще безнадежна. Генералу Маршу, кром Поллока, даетъ совты еще полк. Пиригордонъ, а этотъ офицеръ хорошо освдомленъ о нашихъ взглядахъ на военнаго профессора, и не вина Марша, что г. Кузьминъ-Караваевъ все-таки очутился въ его пріемной.

На слдующій день, 11-го августа, въ 10 час. утра, опять собираемся туда же на частное совщаніе. Предсдательствуетъ С. Г. Ліанозовъ. Присутствуютъ: г.г. Карташевъ, Суворовъ, Кузьминъ-Караваевъ, Филиппео, Крузенштіернъ, Ивановъ, Маргуліесъ и я. Обсуждаемъ проектъ генерала Марша о соглашеніи съ эстонскимъ правительствомъ, упорядочиваемъ его съ грамматической стороны и прибавляемъ п. 4 о заключеніи въ дополненіе къ соглашенію конвенціи торговой и военной. Со стороны г. Кузьмина-Караваева опять длается попытка въ «автократическихъ» цляхъ: предлагается сообщить ген. Юденичу телеграфно, что безъ него не будетъ окончательно утверждаться списокъ правительства. Предложеніе снова проваливается.

Днемъ за однимъ завтракомъ въ гостиниц, гд были М. С. и С. Г., г.Кузьминъ-Караваевъ заявилъ, что не войдетъ (?!) въ правительство, вслдъ за нимъ и г. Карташевъ заявилъ о своемъ выход. Онъ-де не вритъ въ коалиціонное правительство, разъ уже жестоко поплатился за коалицію и съ него довольно. Къ тому же его давно тянетъ за-границу и онъ радъ случаю вырваться. Лично онъ привтствуетъ попытку создать новое министерство и, если бы не упрямство ген. Юденича, это давно было бы сдлано. Ген. Суворовъ сообщилъ, что онъ проситъ считать его условно, такъ какъ по долгу службы онъ долженъ предварительно испросить согласіе ген. Юденича, а Юденичъ сегодня веллъ передать ген. Маршу, что онъ считаетъ себя уполномоченнымъ ршать для арміи вс вопросы и никого не считаетъ уполномоченнымъ предпринимать что-либо безъ него. Но, по существу, ген. Суворовъ не считаетъ возможной никакую работу съ ген. Юденичемъ, который долженъ убраться со всмъ своимъ штабомъ, безъ чего нельзя и мечтать объ оздоровленіи фронта. Лучше всего, по мннію Суворова, было бы, если бы ген. Лайдонеръ взялъ на себя командованіе смшанными войсками. Онъ — Суворовъ хотлъ бы получить портфель министра внутр. длъ, такъ какъ по военному ему нечего длать. По поводу мин. земледлія ген. Суворовъ настаивалъ на самомъ лвомъ изъ допустимыхъ. Разсужденія этого генерала, какъ всегда, были двояки: съ одной стороны онъ оказывался радикальне радикала, съ другой, — соглашался стать членомъ правительства только съ разршенія ген. Юденича.

Въ 6 час. вечера опять частное совщаніе. Предсдательствуетъ С. Г. Ліанозовъ, присутствуютъ все т же лица. Ген. Суворовъ оглашаетъ телефонограмму адъютанта ген. Юденича полк. Даниловскаго: «Передать Маршу, что Юденичъ является единственнымъ лицомъ, имющимъ власть принимать вс ршенія по затронутымъ Маршемъ вопросамъ, и что до его прізда ничего не можетъ быть предпринято». На этомъ основаніи Суворовъ и Крузенштіернъ отказываются входить въ правительство до прізда Юденича и переговоровъ съ нимъ. Проф. Кузьминъ-Караваевъ опять начинаетъ доказывать, что безъ Юденича мы только иниціативная группа, а не правительство, и что никакихъ списковъ предъявлять сегодня ген. Маршу мы не можемъ. Карташевъ, сидящій отъ меня недалеко, говоритъ, что лично онъ не можетъ участвовать въ правительств, такъ какъ чувствуетъ себя нервно и очень усталымъ и хотлъ бы бжать сейчасъ отъ всякой политики. Не помню, чтобы его хотя единая душа упрашивала [80] . Вообще вс эти отказы были очень странны: въ нашихъ тогдашнихъ засданіяхъ они принимались или молча или сопровождаемые однимъ единственнымъ, да и то любопытства ради, вопросомъ: «почему?». Лично я считалъ, что вс разговоры о портфеляхъ носятъ предварительный характеръ, что весь намченный Маршемъ составъ нисколько насъ и ни въ чемъ не связываетъ и что какъ только подъдутъ мои псковичи, мы, въ союз съ М. С. Маргуліесомъ, придадимъ кабинету боле радикальный характеръ. Предположенія эти впослдствіи вполн сбылись.

Въ конц помянутаго частнаго совщанія М. С. Маргуліесъ сталъ настаивать на закрпленіи за нашимъ коллективомъ названія правительственнаго, чтобы мы могли скоре приступить къ органической работ. Противодйствуетъ только одинъ г. Кузьминъ-Караваевъ. Предложеніе принимается.

Въ 9 час. вечера 11 августа опять у ген. Марша. Присутствовали С. Г. Ліанозовъ, В. Д. Кузьминъ-Караваевъ, ген. М. Н. Суворовъ, К. А. Александровъ, М. С. Маргуліесъ, К. А. Крузенштіернъ, В. Л. Горнъ, Н. Н. Ивановъ, М. М. Филиппео и начальники: англійской военной миссіи полк. Херапатъ, французской военной миссіи полк. Хюрстель, американской полит. миссіи полк. Долей, англ, полит. миссіи полк. Пиригордонъ.

Ген. Маршъ заявилъ, что положеніе совсмъ критическое и просилъ послдовать за нимъ одного С. Г. Ліанозова въ отдльную комнату, куда удалились и вс чины миссій. Недоумваемъ. Проходитъ минутъ 10 и С. Г. возвращается съ листомъ, на которомъ на неграмотномъ русскомъ язык написано признаніе эстонской независимости новымъ сверо-зап. правительствомъ и признаніе ген. Юденича главнокомандующимъ нашей арміей. По словамъ С. Г., ген. Маршъ потребовалъ отъ него, чтобы онъ подписалъ бумагу первый, а затмъ будутъ вызывать по очереди для подписанія каждаго изъ остальныхъ, что такой способъ необходимъ, ибо если намъ предоставить ршать вопросъ вмст, то «русскіе всегда очень много говорятъ», и мы ни до чего не договоримся, а въ отдльности каждый подпишетъ. Въ подобной обстановк, разумется, никто даже и смотрть Ъе хотлъ на бумагу, и ген. Маршъ, сообразивъ свою безтактность, немедленно измнилъ тонъ и сталъ покорно въ своей комнат ожидать, пока «русскіе очень много говорятъ».