Гражданская война на с?веро-запад? Россіи
Шрифт:
К. А. Александровъ (мин. вн. длъ) отрекомендовался намъ кадетомъ. Чтобы выяснить эту фигуру боле точно, я затялъ съ нимъ, въ присутствіи М. С. Маргуліеса, разговоръ о практическихъ ближайшихъ задачахъ правительства и поставилъ ему нсколько вопросовъ въ упоръ.
«Почему вы не хали раньше во Псковъ и ничего не длали противъ творящихся безобразій въ Нарв?» — спросилъ я его.
«Я боялся, что меня убьютъ, а теперь, въ новыхъ условіяхъ, я смогу плодотворно работать» — отвчалъ К. А.
«Я думаю, что нужно основательно очистить штабы и тылы отъ всхъ лишнихъ и вредныхъ элементовъ, и если мы, министры, не займемся этимъ въ первую голову и не разгонимъ всю накипь изъ тыловъ — мы не исполнимъ нашей роли и не оправдаемъ нашего появленія» — говорю я.
«Врно, врно говоритъ В. Л.» — поддерживаетъ меня К. А. Александровъ.
«Азбука»… — тянетъ М. С. Маргуліесъ — «Вотъ посмотримъ, какъ станетъ разгонять эту нечисть г. министръ внутреннихъ длъ въ своемъ вдомств», — вызывающе посмивается онъ, глядя на К. А.
«Вялъ, слабъ для мин. внутр. длъ», — осталось попрежнему возраженіе противъ кандидатуры К. А. Александрова. Замнить же его трудно было: на нашу лвую кандидатуру правое крыло опредленно не соглашалось, боясь, по ихъ словамъ, рзкостей и потрясеній въ условіяхъ и безъ того критическаго положенія, внутри же своей компаніи они считали К. А., какъ кадета, естественнымъ кандидатомъ, уравновшивающимъ крайніе полюсы въ кабинет.
Про С. Г. Ліанозова говорили: «какой онъ политикъ и руководитель кабинета — онъ финансистъ, купецъ». Эту характеристику сдабривали еще ядомъ подозрній насчетъ его будущихъ финансовыхъ операцій въ правительств. Но впечатлніе и личное общеніе съ нимъ опредленно располагало въ его пользу. Никакихъ признаковъ обличья Кита Китыча, широко образованный, европейскаго лоска человкъ, импонирующій въ дловыхъ отношеніяхъ рдкимъ тактомъ и терпимостью къ своему противнику. Доктринерство, нашептыванія — съ одной стороны, и противорчіе съ этимъ вншнихъ впечатлній, съ другой, повели къ тому, что въ возраженіяхъ противъ С. Г. Ліанозова единогласія среди насъ не оказалось и, помню, мы ршили такимъ образомъ, что лучшаго министра иностранныхъ длъ намъ не найти во всемъ состав правительства, что. же касается финансовъ, то будемъ считать этотъ постъ за С. Г. условно. Для премьера вс считали С. Г. вполн подходящимъ: опредленно прогрессивенъ, пріемлетъ декларацію, великолпно уметъ выдержать и провести общія тенденціи кабинета и обладаетъ нужнымъ личнымъ тактомъ на столь щекотливомъ посту. Впослдствіи онъ прекрасно оправдалъ это мнніе и, за исключеніемъ генераловъ, въ состав правительства не оказалось ни одного человка, который, разставаясь съ С. Г., въ чемъ-либо могъ бы упрекнуть его, какъ премьера и коллегу.
И. Т. Евсевъ и Е. И. Кедринъ вошли въ составъ правительства позже, вмсто гг. Карташева и сен. Иванова. О нихъ вовсе не было споровъ, когда они вступали въ нашъ кабинетъ: оба бывшіе члены Государственной Думы, съ опредленно прогрессивнымъ и общественнымъ прошлымъ.
Въ итог чистокъ, обсужденій и «уходовъ» физіономія правительства, какъ это видно ниже, рзко измнилась по сравненію со спискомъ, предложеннымъ впервые ген. Маршемъ, что само по себ достаточно показываетъ, подъ вліяніемъ какихъ теченій и причинъ сложилось сверо-западное правительство и сколь случайна была въ его образованіи роль «англійскаго капрала».
Къ началу сентября коллегія министровъ сократилась до 12 человкъ (посл выбытія Александрова и Иванова).
Ген. Юденичъ и к.-адм. Пилкинъ отнесены къ «правымъ» не по первымъ ихъ выступленіямъ, когда они подписали демократическую декларацію, а по тому политическому облику, который потомъ выявился, главнымъ образомъ, у ген. Юденича.
То-есть процентъ опредленно демократически настроенныхъ лицъ въ первомъ списк составлялъ 44, во второмъ — 72, при наличности въ правомъ крыл такого человка, какъ С. Г. Ліанозовъ.
Черезъ 1/2 мсяца, когда число членовъ правительства сократилось до 12 — этотъ процентъ составлялъ 83.
Еще два слова по вопросу о распредленіи портфелей. Въ своей книг «У воротъ Петрограда» г. Кирдецовъ между прочимъ пишетъ по этому поводу такъ (стр. 240): «Правительство, потерявъ нсколько дней надъ разршеніемъ задачи о распредленіи портфелей — спеціалистовъ, знающихъ свое дло, оказалось очень мало — приступило къ выработк своей основной деклараціи…» Пишущему эти строки всего трудне возражать на подобныя безапелляціонныя утвержденія, а потому я ограничусь въ данномъ случа чисто фактическими поправками. Споры о портфеляхъ были, но не по техническимъ, а по политическимъ соображеніямъ, о чемъ я писалъ выше. Съ технической же точки зрнія споровъ вовсе не было.
Ф. Г. Эйшинскій, взявшій продовольствіе, въ теченіи нсколькихъ лтъ до. этого во Псков состоялъ дятельнымъ членомъ и предсдателемъ городского кооператива, а въ городской дум спеціально вдалъ продовольственную часть. Ф. А. Эрнъ, директоръ реальнаго училища по выбору, старый педагогъ, публицистъ въ области педагогическихъ вопросовъ и въ настоящее время цнный и видный работникъ латвійскаго министерства народнаго просвщенія, взялъ портфель просвщенія. П. А. Богдановъ — кооператоръ-земецъ, близко знающій крестьянскую среду и ея запросы — точно спеціально былъ созданъ для портфеля министра земледлія. А Е. И. Кедринъ? Могло ли у кого-либо возникнуть сомнніе, что онъ — присяжный юристъ — не подходитъ для министра юстиціи? Или что можно было возразить противъ М. С. Маргуліеса на амплуа министра народнаго здравія, имющаго, кром юридическаго, и врачебный дипломъ, бывшаго предсдателя Петроградскаго санитарнаго отдла Союза Городовъ; или противъ него же, въ качеств министра снабженія, торговли и промышленности, какъ бывшаго предсдателя Всероссійскаго Военно-Промышленнаго Комитета, владющаго европейскими языками, такъ необходимыми, когда дло и технически приходилось вести съ тми же иностранцами. И ужъ совсмъ не приходилось намъ гадать, подходяще ли предоставить портфель призрнія профессіональному педагогу, человку чрезвычайно мягкому, А. С. Пшкову, или портфель исповданій — члену всероссійскаго церковнаго собора И. Т. Евсеву. Возражали противъ К. А. Александрова, но только съ политической, да и врне не съ политической, а тактической точки зрнія, какъ противъ человка слабаго и нершительнаго въ условіяхъ той мексиканской обстановки, въ которой ему предстояло дйствовать, а ничуть не больше [90] .
90
Между прочимъ, въ соц. блок противъ моего вхожденія вообще въ правительство, какъ передавали мн, возражалъ г. Башкировъ, считая меня оппортюнистомъ. Съ нимъ не согласились, причемъ мои коллеги разсказывали въ то время, что у нихъ создалось впечатлніе, что Башкировъ самъ хотлъ замнить меня. Его коллеги считали Б. для такой роли совершенно непригоднымъ — слишкомъ молодъ и невыдержанъ. Т небольшія порученія, которыя ему давались впослдствіи, вполн подтвердили это мнніе о немъ.
Вотъ почему съ технической точки зрнія, при распредленіи портфелей, у насъ, вопреки утвержденію г. Кирдецова, вовсе никакихъ споровъ не было.
Посл того, какъ составъ правительства и его программа боле или мене намтились, мы — псковичи — похали домой, чтобы: 1) объяснившись обстоятельно съ мстнымъ эстонскимъ командованіемъ по поводу перемны у насъ власти, выяснить прочность и надежность псковскаго фронта, 2) испросить благословеніе думы (Эйшинскій, Эрнъ и я) и. кооператоровъ (Богдановъ) и 3) позондировать о шансахъ г. Иванова у мстнаго эстонскаго командованія и ген. Балаховича. Одновременно съ нами похалъ англійскій капитанъ г. Смитисъ (посланный Пиригордономъ), чтобы спеціально просить думу освободить Ф. Г. отъ обязанностей городского головы. Миссія, имвшая больше характеръ оффиціальнаго заявленія представителя союзниковъ о той поддержк, которую собирались оказать правительству союзники, такъ какъ согласіе думы на уходъ Ф. Г. въ правительство заране было обезпечено.
По нашемъ прізд во Псковъ, въ Дум состоялось многолюдное засданіе. Ф. Г. и я (Ф. А. Эрнъ въ это время отправился на учительскій създъ, собравшійся во Псков) доложили о возникновеніи Сверо-Западнаго Правительства, при чемъ Ф. Г. сказалъ, что безъ согласія думы онъ, конечно, не оставитъ своихъ обязанностей городского головы. Поднялся капитанъ Смитисъ и отъ имени уполномоченнаго Великобританской дипломатической комиссіи въ Прибалтійскомъ кра полк. Пиригордона прочелъ на англійскомъ язык слдующее обращеніе къ Псковской Дум:
«Псковичи!
Тяжесть настоящаго положенія стала столь великой, что ршено обратиться къ демократическимъ чувствамъ Русскаго Народа и выяснить какъ ему, такъ и союзнымъ демократіямъ Англіи, Франціи и Соед. Штатовъ, тотъ существеннйшій фактъ, что борющіяся нын противъ большевиковъ русскія силы дйствительно воодушевлены искренней любовью къ свобод русскаго народа и стремятся возстановить право на демократическое самоуправленіе для своихъ согражданъ, находящихся нын въ рабств у большевиковъ, этихъ деспотичныхъ и боле самодержавно-жестокихъ, чмъ любой изъ царей-тирановъ.
Въ этихъ цляхъ выдающіеся государственные люди всхъ партій Сверо-Западной Россіи объединились для образованія свободнаго и демократическаго правительства губерній Псковской, Петроградской и Новгородской.
Правительство это пользуется совтами и матеріальной помощью союзниковъ Россіи, доставившихъ нын сюда запасы продовольствія, оружія, одежды, снаряженія, дабы дать возможность вновь образованному правительству освободить какъ можно боле земли русской изъ подъ тираніи большевиковъ.
Вновь образованное правительство пользуется поддержкой не однихъ союзниковъ, оно обезпечило себ также полное содйствіе и довріе всхъ выдающихся гражданъ сверо-западной Россіи постолько, что самъ ген. Юденичъ не только призналъ правительство г-на Ліанозова, но и предоставилъ себя въ полное его распоряженіе, принявъ участіе въ его трудахъ и отвтственности.
Граждане. Пскова! Описавъ Вамъ такимъ образомъ правительство, образованное нын съ одобренія представителей союзниковъ для Сверо-Западной Россіи, я имю удовольствіе сообщить Вамъ, что Вашъ согражданинъ и Городской Голова г. Эйшинскій избранъ въ число лицъ, призванныхъ руководить судьбами Россіи, дабы возстановить въ ней и обезпечить на вчныя времена демократическія права для всхъ свободныхъ русскихъ гражданъ.
Я говорю съ Вами, какъ другъ Свободной Россіи и представитель союзной англійской демократіи, и призываю васъ мужественно предоставить въ распоряженіе Вашей страдающей страны Вашего Городского Голову, дабы онъ могъ нести тяжелую долю участія въ работ новаго Правительства, которое предназначено, съ Божьей помощью, стать орудіемъ освобожденія отъ тирановъ Вашего народа.
Я призываю васъ, псковичи, не только дать, просимое отъ Васъ, во имя свободной Россіи, ея союзниковъ и всей цивилизаціи, согласіе, но дать его быстро, дабы Вашъ Городской Голова могъ занять свое мсто среди остальныхъ министровъ на демократическомъ конгресс представителей народа, созываемомъ въ Юрьев.
Граждане Пскова! Прежде, чмъ проститься съ Вами, я молю Всемогущаго Бога, даровавшаго западнымъ демократіямъ побду надъ германцами, дабы онъ вдохновилъ Ваши сердца, преуспялъ Ваше оружіе и даровалъ русской демократіи побду надъ драгами и освобожденіе отъ угнетателей.
Г. Пири-Гордонъ.
Уполномоченный Великобританской Дипломатической Комиссіи въ Прибалтійскомъ Кра».
Англійскій текстъ послдовательно передавался по-русски и, по окончаніи обращенія кап. Смитиса, вся дума привтствовала его шумными апплодисментами. На предложеніе высказаться, всталъ гласный думы М. П. Пошиваловъ и въ нелишенной дозы сарказма рчи высказался по существу возникновенія правительства. Привтствуя образовавшееся правительство, находя его принципы насущными и своевременными, М. П. Пошиваловъ, между прочимъ, выразилъ огорченіе, что оно образовалось «волею англійскаго капрала», а не по прямому почину и избранію народа. Въ отвтъ на эти слова я всталъ и разсказалъ вкратц дйствительныя обстоятельства, предшествовавшія образованію правительства, и, видимо, неизвстныя М. П., жившему все время въ Ревел. Ф. Г. Эйшинскій поставилъ вопросъ объ одобреніи его дйствій. Вслдъ за нимъ я отъ себя и отъ имени отсутствующаго Ф. А. Эрна также заявилъ, что приму участіе въ правительств лишь по одобреніи нашихъ дйствій. Выступленіе М. П. Пошивалова прозвучало одиноко и не встртило отзвука среди гласныхъ. Дума единодушно оказала намъ теплый и сердечный пріемъ, а когда стали голосовать наше предложеніе, то столь же дружно выразила поднятіемъ рукъ и довріе и поощреніе, покрывъ ихъ апплодисментами. Вечеромъ въ той же зал состоялась наша частная бесда, въ которой мы знакомили гласныхъ съ настроеніемъ верховъ арміи и намреніями союзниковъ.