Чтение онлайн

Она, закусив нижнюю губу, посмотрела на Гермеса. Чёрт, от такого вроде невинного вида ему страстно захотелось прижать её к ближайшей стене и зацеловать до потери сознания.

— Ну, мне просто интересно, — осторожно начала Пенни. — Крылатые сандалии не довод считать тебя богом — никто в здравом уме в такое не поверит, — к тому же утверждаешь, что работаешь в курьерской службе. А в довершении ко всему, врываешься сюда так, словно для тебя это обычное дело.

Её руки слегка дрожали, но она нашла в себе силу продолжить:

— Я не дура и могу сложить два и два. Если это как-то связано с наркотиками, мне плевать. Только, пожалуйста, не вмешивай меня в это дерьмо. Как только найдём злосчастную сандалию, я просто удалюсь и притворюсь, словно никогда тебя не знала. Клянусь, буду держать рот на замке. Зуб даю.

Симпатичная воровка считала его торговцем наркотиками? Гермес бы рассмеялся, если бы ему не было так обидно, поэтому только покачал головой и грустно улыбнулся.

— Клянёшься держать рот на замке? Но проблема в том, что ты уже и так слишком много знаешь.

У Пенни перехватило дыхание.

— Я не склонен к насилию. Однако хочу удостовериться: ты не врёшь и на самом деле умеешь хранить секреты.

Она тут же кивнула.

В три широких шага Гермес сократил между ними расстояние и встал прямо перед ней.

– Видишь ли, Пенни, я должен быть в тебе уверен, однако ты кое-что сделала, отчего мне теперь очень сложно тебе доверять. Но если ты сможешь хотя бы чуть-чуть усмирить мой гнев, тогда, возможно, мы поладим.

– Как?
– прошептала она, её дыхание лёгким ветерком коснулось его лица.

Гермес провёл костяшками пальцев по щеке Пенни, скользнул ими по тонкой шее.

– Я страшно проголодался.

– Хочешь где-нибудь п-перекусить? — заикаясь, спросила она и заметно сглотнула.

Гермес отрывисто мотнул головой.

– Мы оба знаем, что я говорю не о еде.
– Он наклонился, и их губы почти соприкоснулись.
– Я хочу, чтобы ты поцеловал меня так же, как той ночью, когда мы занимались любовью. Хочу понять, не ошибся ли я тогда, доверившись тебе.

Пенни прикрыла глаза.

– Гермес, пожалуйста. Это ничего не изменит. Я именно та, кто украл у тебя сандалии.

Конечно же, она права, однако сейчас, стоя совсем рядом с ней, он не мог здраво мыслить. Да и не хотел. Только чувствовать. Её.

— Тогда поцелуй и заставь меня об этом забыть.

– Но мы должны обыскать ломбард до прихода хозяина, — неуверенно возразила Пенни.

– Сандалия не здесь, - указал на комнату позади себя Гермес.
– Всё здесь перерыли. У меня закрались смутные сомнения, что владелец ломбарда с ней ушел и сейчас пытается её где-нибудь заложить по гораздо более высокой цене, чем смог бы продать на этой свалке.

– Ну, тогда нам нужно постараться найти его до этого, — предложила она.

– Да, нужно, - согласился бог, однако не сдвинулся с места. — Как только мы разберёмся с этим.

— С чем?

Встретившись с ним взглядом, Пенни широко распахнула глаза.

– Проблема в том, что ты не хочешь меня целовать. Знаешь, о чём это говорит?

– О чём?

– Это говорит мне о том, что ты переспала со мной только из-за намерения заполучить сандалии.

– Чушь собачья! — встрепенулась она, вздёрнув подбородок и уперев руки в бёдра.

Как же ему нравилось её провоцировать! Оскорблённой девчонка выглядела сексуальнее любой богини.

– Так докажи!
– подначил он её.
– Докажи, что хотела именно меня, а не мои сандалии.

Она поджала губы, явно борясь сама с собой.

– К чёрту всё!
– внезапно выругалась Пенни.
– Я и так уже по уши в этом увязла.

И его поцеловала. Притянула Гермеса к себе одной рукой, другой — провела по мускулистой спине и зарылась в его волосах.

От безудержной радости у Гермеса участился пульс. Прижался к подруге пахом и за затылок притянул к себе. Языком нырнул между приоткрытых сладких губ, перехватил инициативу и почувствовал себя победителем. Застонал от удовольствия, позволил сдерживаемому многими часами желанию нахлынуть на Пенни океанской волной, утопив её в своей страсти.

Та буквально таяла в его руках, её тело стало более податливым, чем он помнил, а на его поцелуй отвечала с тем же пылом и возбуждением, что и во время их ночи страсти. Девчонка добровольно его поцеловала, и когда он прижал твердеющий член к нежному лону, у неё участился пульс. Бог учуял аромат её возбуждения. Она явно не играла, не симулировала влечение к нему. Гермес действительно ей нравился, теперь он в этом полностью удостоверился. Пенни переспала с ним не ради воровства сандалий. А потому что страстно его желала. Как и он её. И хотя между ними стояли неразрешенные вопросы, по крайней мере, в этом они были солидарны.

О нет, Гермес не простил и всё ещё злился на Пенни за воровство сандалий, но она раскаялась, и он это признал. Учитывая увиденное в бесплатной столовой и то, как она заботилась о своей бабушке, знал, что ей по определённым, не известным ему причинам пришлось совершить кражу. Она другая, ей это не свойственно.

Неохотно Гермес выпустил её из объятий и с удовлетворением отметил, что с её губ сорвался стон разочарования. Он ухмыльнулся, и Пенни быстро стыдливо отвела взгляд.

Обхватив ее лицо ладонями, бог заставил скромницу посмотреть себе в глаза.

– Моя прекрасная Пенни, поверь, я безумно хочу прямо сейчас заняться с тобой любовью, но боюсь, с этим придётся повременить.

С покрасневшими щеками она опустила веки.

– А теперь пойдём и найдём хозяина ломбарда.

– Как?
– встрепенулась она.

– У меня появилась идея.

— Привет, Гермес. Чем я обязана таким удовольствием? — ответила Гера на звонок по мобильному телефону.

Гермес поморщился. Он не собирался звонить Гере, но она могла сделать для него то, на что не был способен ни один другой бог, кроме Зевса. Неважно, что Гера казалась непривычно весёлой, и это его нервировало.

— Да, привет, э-э, мама! — сказал он ради Пенни, стоявшей рядом. — Как ты, возможно, уже слышала, одна из моих сандалий пропала, и мне нужна помощь в поисках человека, который, э-э, нашёл её.

В трубке послышался смешок.

— И ты позвонил именно мне? Почему, во имя Олимпа, ты решил, что я могу тебе помочь?

Ситуация была деликатной, и добиться помощи от Геры будет нелегко, в конце концов, она его презирала. Но если он правильно разыграет свои карты, возможно, она окажет ему эту одну услугу.