Чтение онлайн

Горн смотрел на неё с тем же каменным выражением, но в его глазах что-то дрогнуло — не гнев, а скорее бесконечная усталость.

— Откуда берутся ресурсы? — продолжала она, её слова лились потоком, подпитываемые истерикой и страхом. — Дерево, которое само восстанавливается? Металл, который не ржавеет? Это всё часть... этого? Часть Скверны? И навыки... Почему все их боятся? Почему вы, ветераны, не используете их? Через сколько сходишь с ума? Дни? Недели? И куда деваются умершие? Они просто исчезают? Или... или становятся частью пейзажа? Частью этих тварей?

Она сделала шаг к нему, сжимая кулаки.

— И мы... мы все здесь настоящие? Или кто-то из нас... написан системой? Призван, чтобы поддерживать в нас иллюзию? Может, я ненастоящая? А вы? Может, вас не существует?

Тишина на площадке стала абсолютной. Даже Сайлас перестал ухмыляться, наблюдая с холодным интересом.

Горн медленно, будто костяной, повернул голову к ней. Он смотрел на неё долгим, пустым взглядом.

— Возможно, — его голос был тихим и разбитым, — я просто сошёл с ума в этом месте. Возможно, всё это — бред. И вы тоже нереальны и привиделись мне. Может, я уже давно мёртв и это моё личное чистилище. — Он провёл рукой по лицу, и на мгновение его маска командира распалась, обнажив измождённого, сломленного человека. — А может, ответы ещё страшнее. Может, знать их — верный способ сойти с ума по-настоящему. Мы выживаем. Это единственное, что имеет значение.

Он снова собрался с силами, его плечи распрямились, и в глазах вновь застыла знакомая сталь.

— Припасы на исходе, — его голос, хриплый и ровный, снова резал тишину, как тупой нож, закрывая тему. — Последний чистый источник отравлен. Скверна просачивается в водоносные слои. — Он сделал паузу, дав словам повиснуть в мёртвом воздухе. — «Ржавые Недра». Там, в старых дренажных туннелях, остались рабочие фильтрующие модули с ионообменными смолами. Последний шанс. Нужна группа. Шесть человек. Добровольцы.

Марк шагнул вперёд резко, почти броском, будто торопился отрезать себе путь к отступлению. Он не смотрел на Алису, но всё его тело было напряжённым вызовом, ответом на её истерику — не словами, а действием.

— Я.

Все взгляды — тяжёлые, ожидающие, полные скрытых намёков — тут же переметнулись на неё. Сайлас, прислонившись к стене своего импровизированного «заведения», наблюдал за зрелищем с хищным удовольствием. Его ухмылка была красноречивее любых слов: «Откажешься — твой берсерк пойдёт один, и я приберу его к рукам. Согласишься — признаешь, что вы связка. Парные сапоги».

Алиса почувствовала, как по спине бегут мурашки. Она ненавидела эту игру. Но вопросы, оставшиеся без ответа, жгли её изнутри сильнее всякого стыда.

— И я, — её голос прозвучал резко, будто щелчок затвора. Она всё ещё смотрела в треснувший камень под ногами, сжимая кулаки.

Сайлас медленно оттолкнулся от стены, его движение было плавным и опасным.

— Что ж, не могу позволить нашим самым ярким бойцам рисковать в одиночку. — Его голос был сладким, как испорченный мёд. — Мои люди составят вам компанию. Для равновесия. Чтобы вы не заблудились... или не нашли чего-то, чего находить не стоит.

Горн, не глядя ни на кого, мрачно кивнул. Приговор был подписан.

Дорога до «Ржавых Недр» заняла несколько часов молчаливого, напряжённого марша. Их группа — они двое, двое угрюмых, молчаливых ветеранов Горна с шрамами вместо лиц и две безмолвные тени Сайласа, Мэйра и костлявый детина с глазами-щёлками по имени Когть — двигалась, словно похоронная процессия. Воздух звенел от невысказанного. Слова Горна висели в воздухе, отравляя его. «Может, я просто сошёл с ума...»

Марк шёл впереди. Алиса — сзади, чувствуя взгляды «попутчиков». Мэйра, высокая и худая, с лицом, не выражавшим ничего, временами бросала на них быстрые, оценивающие взгляды, холодные как сталь. Когть просто хихикал про себя, потирая длинные пальцы.

«Ржавые Недра» встретили их запахом ржавчины, влажной плесени и чего-то ещё, химически-едкого. Стены из пористого, проржавевшего металла уходили ввысь, теряясь в паутине старых трубопроводов и обрывков проводки. Воздух был неподвижным и спёртым. Это место казалось неестественно старым, как если бы оно было построено за века до их попадания сюда, но при этом — искусственным, декорацией.

— Разбиваемся на пары, — коротко бросил один из ветеранов, человек по имени Грэм, его голос был похож на скрежет камня. — Фильтры — цилиндры метр высотой, жёлтого цвета. Ищем целые. Осторожнее с осадком на полу — может быть едким.

Марк и Алиса, не сговариваясь, отошли в сторону. Они углубились в боковой тоннель, заваленный обломками.

Работали в гробовом молчании, нарушаемом лишь скрежетом его лома, которым он отрывал заклинившие панели, и приглушёнными шагами, с которыми она прочёсывала боковые отсеки. Он работал с яростью, вкладывая в каждый рывок всю свою злость — на неё, на себя, на этот проклятый мир. Она искала, её пальцы в толстых перчатках скользили по шершавому металлу, но всё её тело было одним сплошным нервом. Вопросы Алисы витали между ними, невысказанные, но ощутимые. Реальны ли стены, которые они трогали? Реальны ли они сами?

Внезапно из-за угла, из соседнего ответвления, донёсся приглушённый шёпот. Голос Мэйры, безжизненный и острый:

—...смотри. Он её ненавидит. Сквозь зубы шипит. Но не может оторвать глаз. Как пёс на коротком поводке. Система любит такие противоречия. Из них рождается самая сочная боль.

Голос Когтя, хриплый, с противным хихиканьем:

— А она... видишь, как замирает, когда он спиной поворачивается? Боится. Или... ждёт, когда он снова кинется. Интересно, они сами понимают, что играют по написанным для ним ролям?

Марк замер, сжимая лом так, что металл скрипел. Алиса стояла, опустив голову, но её шея и уши залились густым багрянцем. Слова «система», «роли» прозвучали как прямое эхо её ночных кошмаров.

— Что, своих дел нет? — Марк не повернулся, его голос прорвался сквозь зубы, низкий и звериный. — Или Сайлас приказал вам за нами подтираться?

— Наблюдение — тоже дело, — парировала Мэйра, выходя из тени. Её глаза, холодные как озёрная гладь, скользнули по Алисе, потом по Марку. — Вы — интересный эксперимент. Разрушение как форма общения. Но будьте осторожны. То, что скреплено только болью, рано или поздно развалится, поранив обоих. Или... переродится во что-то новое. Уродливое и прочное. Как всё в этом месте.

— Может, они просто любят погорячее? — хихикнул Когть. — Рукоприкладство вместо нежностей. Я понимаю.

— Заткнись, — внезапно, тихо и чётко, сказала Алиса. Она подняла на него взгляд, и в её глазах вспыхнул тот самый холодный огонь. — Прекратите. Мы здесь не для вашего развлечения.

Мэйра чуть заметно улыбнулась.

— Всё в этом мире — чьё-то развлечение, Лиса. Хотя бы смиритесь с ролью. — Не добавив больше ни слова, она развернулась и скрылась в лабиринте ржавых проходов. Когть, хихикая, поплёлся за ней.