Чтение онлайн

— Угощаешь? — спросил второй.

— Угощаю, ха-ха! — ответил первый. — Первые три кружки — за мой счёт!

— Тише ты… — сказал второй. — Вряд ли порочники рискнут здесь проходить, но сотник сказал…

Было интересно, что сказал сотник, но дело важнее, поэтому я перерезал говорившему глотку, а проставляющемуся дал кулаком в жбан.

Его соломенная шляпа с треском сломалась, а мой кулак почувствовал, как деформировался череп солдата. Это смертельно.

«Доверяй, но проверяй», — подумал я, нанося три удара в область сердца жертвы.

Два ружья хорошего качества, два штык-ножа, немного еды, два бурдюка с водой, а также некоторое количество пороха и шарообразных пуль.

— Оставайтесь тут и не шумите, — вернулся я к Лу и Реншу. — Тут могут быть другие часовые — скоро выясню.

Приходится подключать все свои следопытские навыки, чтобы понять, куда тут ходят люди и зачем.

Второй секрет был найден примерно в двухстах метрах, как я и ожидал. Эти бедолаги сильно палятся — лесную подстилку они за собой не заметали, поэтому мне открылись типичные маршруты их передвижения.

Без особых проблем вспарываю очередную двойку игроков.

«Приз! А-а-а-автомобиль!» — вспомнил я Леонида Якубовича.

Капитал-шоу «Поле чудес» — как же это было пиздато когда-то. В детстве, в пятницу, в кругу семьи, за ужином, по «ОРТ», ровно в 19:45.

«Под эпичную музыку появляются буквы „Поле чудес“ и я такой — е-е-е-е!» — улыбнулся я тёплому воспоминанию из детства.

Третий секрет трогать не стал, он слишком далеко и не мешает, хотя я уже примерно знаю, где он находится.

— Ходу… — сказал я, вернувшись к своим иждивенцам.

Четыре человека умерло, чтобы трое могли пройти.

Приходится тащить всю поклажу на своём горбу, потому что лошадку мы отпустили в чистом поле, а телегу спрятали в овраге.

Лу, кстати, приспособлена много ходить, а вот Реншу проблемный — он почти всю свою жизнь торчал во дворце вана.

Мирул не разрешал ему покидать дворец, поэтому с физической активностью у Реншу очень не очень и он быстро устаёт.

Это проблема, потому что нам нужно двигаться очень быстро, ведь тела часовых, рано или поздно, обнаружат и тогда будет погоня.

Реншу старается, не ноет, но против физики не попрёшь. Если качал нефть, а не мышцы, в нужный момент они тебя подведут…

Примечания:

1 — О чудовищах и юся — в эфире снова рубрика «Red, зачем ты мне всё это рассказываешь?!» — это явление называется опустошением трофического спектра. Оно из биологии и наблюдалось в мире животных не просто часто, а охуеть как часто. Это когда местный сверххищник (в нашем случае — юся), выедает основную кормовую базу (в нашем случае — чудовищ), а затем вынужденно идёт по звеньям пищевой цепочки и выедает всех, кто на них находится. В природе это часто происходит по причине роста численности сверххищника, но в случае с юся и чудовищами, произошло немножко наоборот — ёбнули чудовищам по яйцам, выбили целое поколение, пусть даже не на 100%, а потом юся, которые не могут иначе, доделали всю работу. Не нужно считать, что юся, не сумевшие за столетия справиться с чудовищами, неэффективные или занимающиеся хуйнёй ребята, ведь живые существа, как известно, отлично приспосабливаются к различным воздействующим на них факторам, например, к планомерному истреблению. Пример из жизни? Да запросто! В США, с 1915 по 1972 год, предпринимались попытки истребления койотов, которые жрали не только овец, но иногда и детей — такие вот они спидозные собаки. Тратилось на это дохрена денег, причём методы борьбы совершенствовались с появлением технических инноваций. Они травили койотов ядами, стреляли им в лицо из ружей, ставили капканы, устраивали засады с приманками, расстреливали из вертолётов, самолётов — только ковровые бомбардировки не применялись, но это не точно. И в один момент, биологи, исследовавшие популяцию койотов, вдруг обнаружили, что несмотря на массовое истребление, популяция койотов не просто не сокращается, а даже бурно растёт. Обнаружилось, что у них начали действовать компенсаторные механизмы: в помёте самки койота стало не 4–5 детёнышей, а целых 7–9, а сами самки начали залетать в более молодом возрасте. Ну и при отстреле конкурентов у койотов стало больше еды, что положительно сказалось на течении беременностей самок. Следовательно, популяция койотов неуклонно росла, ведь даже после прекращения массового истребления компенсаторная стратегия никуда не исчезла, потому что у койотов нет биологического механизма «отката» на предыдущие репродуктивные настройки. Дело в том, что самки, рожающие по 7–9 детёнышей за раз, эволюционно в более выгодном положении, поэтому с большей вероятностью передают свои гены дальше по поколениям, поэтому малородящие самки тупо были замещены многородящими. Собственно, натягивая эту ситуацию на юся и чудовищ — действие рождает противодействие и чудовища становились сильнее в борьбе. По сути, другого исхода и быть не могло, с биологической точки зрения, потому что обострение естественного отбора ускоряет обретение живыми существами полезных мутаций или пробуждает в них компенсаторные механизмы. Поэтому бить надо не пулей в лоб, а научным подходом. Лучший пример тому, конечно же, мухи цеце, которым отрезали яйца и отправляли их в поля, резвиться. Короче говоря, уважаемый читатель, это не магия, не практики оперирования Ци, а биология.

*71-й день юся, провинция Ляочэн, на тракте*

— Похоже, что мы успешно свалили, — констатировал я.

Это стало понятно потому, что после пересечения границы прошло уже больше двенадцати часов, а нас до сих пор никто не ищет.

— Похоже, — кивнула Лу. — Что дальше?

— Дальше наш дорогой ван в отставке даст указания, куда нам двигаться, — ответил я. — Только он знает, где находится убежище.

А бывший достопочтенный ван Цзоу Реншу еле плёлся чуть позади, потому что оказался абсолютно неприспособленным не просто для путешествий по пересечённой местности, а даже для сравнительно ровного тракта.

— Нужен привал… — сказал он с одышкой.

— Мы останавливались меньше двух часов назад, — покачал я головой. — Если будем останавливаться так часто, никуда не придём.

— Лучше посмотреть, что у него с ногами, — сказала Лу.

— Эх, ладно, — вздохнул я. — Сейчас найду удобное место…

Пришлось пройти ещё километра полтора — я нашёл отличное и живописное местечко с ручьём.

— М-да уж… — рассмотрел я ноги бывшего вана-куколда.

С его правой ступни слезает кожа, причём одним куском, всё в крови и выглядит прямо очень нездорово. Левая ступня тоже в шоке, но в чуть меньшем.

— Страшно, очень страшно, — сказал я. — Но ничего непоправимого. Знаю я одну мазь…

— Он не может идти, — сказала Лу.

— Мисс Марпл, спасибо, что разгадали эту загадку! — саркастически поблагодарил я её. — Но, как я уже сказал, в этом нет ничего непоправимого.

— Иногда мне кажется, что ты оскорбляешь меня всеми этими непонятными словами, — нахмурилась Лу.

— Не обижайся — я не хочу тебя задеть, — попросил я.

— Мои ноги… — простонал Реншу.

— Сидите здесь, — сказал я. — Лу — разведи костёр и начинай греть воду, а я похожу по окрестностям — нужно собрать несколько растений.

Непривычно, что больше нет чудовищ — вбитые на многочасовых занятиях знания твердили мне, что в лесу всегда небезопасно и неразумно оставлять двоих беззащитных людей наедине с лесом…

Поддавшись смутному беспокойству, действую быстро.

Мазь против мозолей — это основа основ для послушника Храма. Если не умеешь её варить, будешь неизбежно отставать от остальных, потому что они будут восстанавливаться быстрее, чем ты.

Нужные ингредиенты росли в окрестностях — подорожник, календула, ромашка, лопух и зверобой. Животный жир и пчелиный воск у нас собой.

Возвращаюсь к Лу и Реншу.

— Вода закипела? — посмотрел я на котелок. — Хорошо.

Приготовление мази заняло почти два часа. Лу решила поспать, а Реншу страдальчески стонал, как главная жертва режима кровососов…

Я дал мази остыть, а затем щедро смазал ею пятки бывшего вана. Действовать она начала быстро — всё-таки, не зря меня дрючила мастер Ян. Алхимия давалась мне тяжело, поэтому приходилось брать упорством и пиздюлями от мастера.

— О-о-о, — протянул Реншу. — Ноги уже не болят!

— А как ты хотел? — усмехнулся я. — Всё по-честному — мазь-то против мозолей, ха-ха… Придётся заночевать здесь, пока ноги не заживут, а с утра пойдём. Реншу, не чеши ноги, как бы ни хотелось — сделаешь себе только хуже.