Чтение онлайн

Я положила руки на два главных рычага по обе стороны от кресла и закрыла глаза, проваливаясь в связь с башней глубже, чем когда-либо раньше. Почувствовала каждую шестерню в этой громадной конструкции, каждый подшипник, каждую заклёпку. Ощутила дремлющую мощь механизмов, что ждали своего пробуждения два столетия.

Проснись, мысленно попросила я, вкладывая в команду всю оставшуюся силу. Проснись и двигайся. Нам нужно уходить отсюда прямо сейчас.

Башня откликнулась не сразу. Сначала долгая, тягучая секунда тишины, когда я начала сомневаться, сработает ли вообще. Потом где-то в глубине что-то тихо щёлкнуло. Провернулось и ожило после невероятно долгого сна.

Звук пошёл нарастать. Шестерни начали вращаться, сначала медленно, с усилием преодолевая инерцию покоя, потом всё быстрее, увереннее. Гул разлился по подвалу, по всей башне, вибрация пошла по стенам и полу. Наверху, в холле, послышались испуганные крики.

— Она просыпается, — прошептал Грим благоговейно, и в голосе старика звучал такой восторг, словно он стал свидетелем священного чуда. — Спустя двести лет забвения, она, наконец, просыпается.

Гул превратился в рёв, который заполнил всё пространство вокруг. Гусеницы, скрытые в основании башни под слоями камня и земли, с протяжным металлическим лязгом начали выдвигаться наружу. Я слышала, как снаружи трещит и крошится старая мостовая, на которой башня простояла два века. Камни ломались, разлетались в стороны под натиском пробуждающейся махины. Траки вгрызались в землю стальными зубьями, цепляясь за грунт под разрушенной брусчаткой.

Я вцепилась в рычаги перед собой обеими руками так сильно, что костяшки побелели, и толкнула их вперёд, одновременно посылая мысленный приказ через связь с башней. Вперёд. Прочь из этого города, что хочет нашей смерти.

Башня содрогнулась всем своим массивным телом. Я почувствовала, как она медленно, с невероятным усилием отрывается от земли, к которой приросла за долгие годы. Фундамент трещал, рвался, крошился, оставаясь позади. Гусеницы провернулись в первый раз. Потом во второй. С каждым оборотом движение становилось всё увереннее, всё плавнее.

И башня тронулась с места.

Медленно поначалу, как старик, встающий с постели после длительной болезни. Но с каждым оборотом гусениц быстрее, увереннее. Стены вокруг меня гудели, вибрировали, жили своей собственной жизнью. Я чувствовала движение каждой детали, каждого механизма, словно всё это было продолжением моего собственного тела.

Снаружи раздались крики ужаса и полнейшего изумления. Я выглянула в крохотное окошко рубки и увидела лица архимагов, застывшие в выражении абсолютного шока. Они стояли в своём ритуальном кольце с готовыми заклинаниями, но руки их опустились, а жесты прервались на полуслове.

Но шок длился недолго. Уже через несколько мгновений в стены башни ударили заклинания со всех сторон одновременно. Огненные шары взрывались о древний камень, оставляя чёрные подпалины и трещины. Ледяные копья со звоном разбивались о защитный барьер, что немедленно вспыхнул, активируясь в полную силу. Молнии сверкали ослепительными вспышками, но башня продолжала движение, не замедляясь ни на секунду.

Защитная система работала именно так, как задумывал древний мастер, создавший её. Барьер вспыхивал всё ярче с каждой новой атакой, впитывая вражескую магию, преобразуя её в чистую энергию. Эта энергия текла в механизмы подвала, питая их, придавая дополнительную мощь.

Башня ускорилась, гусеницы завертелись быстрее.

— Она работает! — заревел Хорт откуда-то снизу, и в голосе старика звучал такой восторг, что я невольно улыбнулась. — Защита действительно питается от их атак! Чем сильнее бьют эти кретины, тем быстрее мы едем!

Грохот гусениц, лязгающих по брусчатке городских улиц, перекрывал всё остальное. Мы катились через Вингард, круша всё на своём пути. Деревянные заборы ломались в щепки под весом башни. Телеги, оставленные на дороге, превращались в груду обломков. Люди разбегались в стороны с воплями ужаса, прижимаясь к стенам домов.

Хорт вдруг появился у одного из окон подвала, распахнул створку настежь и высунулся наружу по пояс. Размахивая руками в сторону преследователей, он заревел во всё горло:

— Спасибо за подзарядку, болваны! — голос его перекрывал даже грохот механизмов. — Продолжайте стараться! Нам ещё пригодится ваша сила!

Я рассмеялась, не удержавшись, несмотря на всю серьёзность момента. Смех вырвался истеричный, на грани безумия, но остановиться было невозможно. Мы делали это. Мы действительно делали невозможное. Ехали на башне прочь из города, который хотел нас уничтожить, и питались магией наших врагов.

Магов-преследователей за окнами становилось всё меньше. Некоторые всё ещё пытались атаковать, выпуская заклинание за заклинанием, но большинство просто стояли и смотрели, не в силах поверить в реальность происходящего. Башня набирала скорость, катясь по главной улице прямо к городским воротам.

Ворота! Я вспомнила о них в последний момент. Массивные, дубовые, окованные толстыми железными полосами.

— Держитесь! — крикнула я вниз изо всех сил, хотя не была уверена, что меня услышат сквозь грохот и гул механизмов.

Я толкнула рычаги управления ещё дальше вперёд, до упора, приказывая башне не сбавлять скорость ни на йоту. Гусеницы завыли протяжно, набирая последние возможные обороты. Скорость выросла до такой степени, что стены вокруг начали вибрировать ещё сильнее.

Башня врезалась в ворота на полном ходу.

Грохот был оглушительным, такой силы, что я почувствовала его не только ушами, но и всем телом. Дерево затрещало и раскололось. Железные петли, державшие створки столетиями, вырвало из каменной кладки с протяжным визгом металла о камень. Обломки полетели в стороны, как игрушечные щепки, брошенные ребёнком. Башня даже не замедлилась, просто прошла сквозь препятствие, будто его вообще не существовало.

Вингард остался позади, постепенно уменьшаясь, превращаясь в игрушечный город на горизонте. Впереди расстилались бескрайние поля, перелески, холмы. А вдали, на самом краю видимости, синели горы, куда мы держали путь. Гномье торжище ждало нас там, обещая укрытие и относительную безопасность.

Я медленно отпустила рычаги управления, позволяя себе, наконец, перевести дух и расслабить сведённые судорогой пальцы. Всё тело тряслось мелкой дрожью от запредельного перенапряжения, руки болели так, что невозможно было разжать кулаки. Но мы вырвались, проклятье. Мы действительно вырвались из этой ловушки живыми.

— Мей! — послышался голос Тары откуда-то сверху, из холла. — Мей, ты как?

— Сейчас поднимусь, — отозвалась я, медленно выбираясь из рубки, с трудом поднимая ноги, поднялась из подвала обратно в холл.

Картина в холле напоминала поле боя после жестокого сражения. Люди сидели и лежали где попало, кто на полу, кто прислонившись к стенам, кто на ступеньках лестницы. Кто-то держался за ушибленные конечности, кто-то просто пытался отдышаться и прийти в себя от шока.

Элара склонилась над одним из освобождённых техномагов, осматривая глубокую рассечённую рану на лбу. Тара перевязывала чью-то руку длинной полоской ткани, оторванной от собственной рубахи. Грим, Хорт и Молчун, вернувшиеся из подвала следом за мной, возились с каким-то механизмом-стражем, что, видимо, сорвался со стены во время особенно сильной тряски.