Чтение онлайн

Под конец проснулась мама и начала крепко обнимать меня. Отец обвёл взглядом наш дом и сказал, что нам придётся переехать. Тихо собраться и через пару дней ночью покинуть родное место. Родители как могли незаметно организовывали сборы. Но у судьбы были другие планы.

Всё это время болезнь не трогала наш дом, хотя уже принесла горе во все избы деревни. Этот несправедливый факт не остался незамеченным. Наша последняя ночь озарилась ярким пламенем. Люди, что всю жизнь были рядом. Люди, которым помогали мои мама и папа. Все эти обезумевшие люди, потеряв человеческий облик, пришли в наш дом убивать.

Стены полыхали, едкий дым застилал глаза, выжигал легкие. Отец с кузнецким молотом в руках пытался удержать дверь. Но обезображенные яростью и, наверное, отчаяньем люди выбивали окна. Мы кинулись с мамой через сени. Перед самым выходом во двор сдержанный хрип раздался за моей спиной. Я обернулся на звук и увидел, как из маминого живота торчат вилы. Те самые вилы, которые папа делал для деревенских. Мне показалось, что внутри всё перемешалось в желчную жижу и вот-вот выплеснется наружу, но горло сжал дым. Слёзы от гари и самой большой потери в жизни лились по щекам. Я потянулся к самой любимой и дорогой женщине на свете.

— Нет, Хисгальд, беги! Ты должен жить, — прошептала она, падая на пол. Я поднял взгляд, пытаясь рассмотреть в серой пелене отца. Но звери в человеческом обличье уже повалили его и размозжили голову. Повинуясь неведомым мне чувствам, они злостно тыкали его обмякшее тело лопатами и вилами.

— Беги, — донёсся до меня тихий хрип мамы.

И я побежал, петляя между знакомых домов, через снег и заборы. Я бежал, оставляя это кошмарное место позади, рыдая и спотыкаясь, бежал прочь. Лишь у самой кромки леса я обернулся. Огонь занялся, и гореть начали соседние дома. От пламени было светло, как днём. Кто-то метался, кто-то кричал и плакал. Детские, женские и мужские голоса перемешались в вакханалии жутких воплей. Больные не могли выбежать, а живые потеряли рассудок. Во всём этом кошмаре наяву было что-то неправильное, что-то лишнее. Я повёл взглядом и увидел его. Не знаю как, но всем своим сердцем я чувствовал, что это ОН! Тот самый обходительный «учёный-странник» стоял с другой стороны деревни, а рядом виднелся крохотный силуэт в голубом платьице…

Я покачал головой, воспоминания не потеряли красок за эти года. Никто из друзей ни разу не перебил мой рассказ. Даже дождь прекратил стучать о водную гладь озера. Весь мир замер, внемля моему откровению.

Я продолжил:

Сначала у меня была одна цель — выжить. И злая, колкая ненависть, что помогла мне добиться цели. Я знал ближайший лес как свои пять пальцев. Несколько охотничьих домиков были мне укрытием и спасением. Там можно было спрятаться от холода, развести огонь, найти какое-никакое оружие, чтобы добыть еду. То, что зимой сюда не забредут по случайности, было понятно, однако с наступлением весны пришлось уходить. Опять бежать, ведь мне казалось, что вот-вот обезумевшие и выжившие люди из деревни начнут мои поиски.

На своём пути я встречал несколько других поселений, но до дрожи в коленях боялся заходить. Волей случая на меня натолкнулись две женщины и девушка, что пошли за грибами. Было в их добрых лицах что-то, что напомнило маму. Я не выдержал, и всё горе, что терзало душу, вылилось в нечленораздельный поток слов и слёз.

Меня отвели в дом, накормили и дали отоспаться. Рассказывать обо всём, что произошло, я не стал. Лишь про пожар и что деревни теперь нет. За меня искренне переживали и пригласили жить с ними. Где-то на месяц Висенки стали мне домом. Смотря на этих трудолюбивых, жизнерадостных людей, я понял одно — что больше никому не желаю повторения судьбы моей деревни. Того «странника» и девочку-монстра нужно было остановить. Но что одиннадцатилетний мальчик может сделать? Правильно, ничего. Я покинул добрых людей и решил стать сильным, очень сильным.

Позже я встретил Хлою. То, что она дух, я не понимал, думал, просто девочка. Хотя некоторые странности наблюдались. Всё же она не кушала приготовленное мной и часто уходила в лес. Мы начали путешествовать вместе и вскоре натолкнулись на Учителя. Он стал моим проводником к силе и знаниям.

— По сути, это всё, — выдохнул я, заканчивая свой монолог. Сказать, что стало легче на душе, я не мог. Скорее это ещё один шаг к сближению со своими друзьями. История моего детства, почва, причина — им действительно нужно знать это всё, чтобы лучше понимать меня и свою значимость в том деле, что я задумал.

— Кто-то может сказать, что я одержим местью, но это не так. Та девочка в голубом платье вышла из пещеры, и я точно знал, что раньше она не выходила. Что-то произошло после прихода «странника», мне нужно понять это и остановить. Потому что я заклинатель духов и могу это сделать!

Первым разрушил лёд молчания водник.

— Когда богиня начала фигурировать в твоих поисках злодея?

— После моей первой встречи с Сильреном. Без неё я мог умереть в тот момент. То, что передо мной богиня Смерть, я не знал, эта тайна открылась на твоём озере для всех нас.

— Тот удивительный и опасный меч — это она даровала тебе?

— Да, это её подарок, как и новые приёмы в фехтовании. Хотя, думаю, её влияние на мою жизнь значительней, но незаметней на первый взгляд.

Снова повисла тишина. Серые тела туч начали расползаться, приоткрывая окошки для звёздного мерцания.

— Я пойду с тобой, заклинатель. Если тебя зачем-то выбрала богиня, то на твой путь стоит посмотреть.

Мой взгляд скользнул по силуэту духа воды. Его безучастный вид сейчас стал вполне очевидным последствием долгого, многолетнего, если не многостолетнего, сидения на одном месте. Как что-то может радовать, давать эмоции и душевное наполнение, когда ты прикован к озеру и лишь единицы посещают это даже для купания непригодное место?

— Я буду рад твоей дружбе и помощи. Как мне обращаться к тебе, дух озера?

Серая бездна на миг потемнела в задумчивости. Миг начал затягиваться в минуты…

— «Он что, забыл своё имя? Такое бывает?» — ошарашенно обратился я к друзьям.

— «Я не знаю», — отозвалась Хлоя. — «Ты всю жизнь звал меня по имени, и момента забыть его у меня не было».

— «Я соглашусь с Хлоей. Пускай ко мне не обращались по имени часто, но я всегда знал его».

«Драконы» между тем пришли в движение, отпустили ноги духа и вернулись в воды озера.

— Нэрис, — неожиданно выпалил водник, будто сам удивлённый этому факту.

— Очень приятно, Нэрис. Мы можем начинать обряд для закрепления союза. Тебе объяснить, в чём он заключается?

— Обряд или союз?

Я опешил, потом сообразил и понял, что буду не раз жаждать придушить этого духа.

— И то, и другое.

— Пожалуй, вкратце можно рассказать.

— Обряд связывает наши души и судьбы. После него моя вера будет питать твои жизненные силы. Все твои возможности останутся при тебе, и ты сможешь пользоваться ими, как и прежде. В определённых случаях я могу помочь, вливая энергию ближайшего магического источника в тебя. В подтверждение нашего союза как заклинателя и духа на моей руке появятся символы, — я протянул ладонь так, чтобы водник видел рисунки на моих пальцах. — Мы можем общаться мысленно, и ты волен перемещаться между мирами людей и духов в любое время. Но лучше предупреждать о своём появлении. Ты всегда можешь сказать, что хочешь разорвать наш союз и остаться в любом подходящем по магической силе месте. Пожалуй, это всё, что нужно знать.

Водник кивнул. Понять, внимательно ли он слушал или просто хотел озадачить, было сложно, потому я не стал обращать на это внимание. Маленький нож быстро выскочил из голенища. Отходить далеко не требовалось, места для обряда было достаточно.

Капля крови начала быстро собираться из надреза на безымянном пальце. Аккуратно опускаясь на колени, я взялся читать слова наговора. Тонкой струйкой кровь направилась к песку, чтобы сетью древних символов очертить круг подо мной. Душа сама изливала слова, придавая им силу и стремление заключить союз. Золотым сиянием наполнились знаки в кругу. Свет потянулся к духу воды и его странным «драконам». Если первый даже не шелохнулся, то создания, словно заворожённые, поплыли ко мне. Они приблизились ровно до кромки пентаграммы и начали медленно виться, урчать, издавать поклацывающие звуки. Когда неведомая сила принялась вырисовывать символы на безымянном пальце, «драконы» будто вместе со мной сморщились. Зашипели, но не спрятались в глубинах озера, а продолжили парить в сверкающих искорках магии, что поднимались от крови на песке.