Чтение онлайн

Но на кромке узкой полосой – десять или пятнадцать лет – в авангарде вала Старого Времени наступали твари – призраки хырхоро, сметая на своём пути ходоков-нелюдей. Даже те из них, чей кимер позволял двинуться в будущее, не могли избежать своей участи. Но и само хырхоро, способствуя движению Старого Времени, лишалось своей силы. Подпираемая с тыла, хырхоро не успевало идти впереди, и его рать исподволь истаивала, утончая полосу действия. Вот оттого фиолетовая лужица хырхоро за разделительным кряжем между потоками времен и уменьшалась. И довольно быстро.

Союз с хырхоро, на первый взгляд, позволял беспрепятственно наступать Старому времени. Но уничтожение союзника таило в себе неясность: что будет, когда хырхоро истощиться до конца и придётся соприкоснуться непосредственно с созданиями настоящего времени?

Иван подумал и даже мотнул головой: какое ему дело до забот Старого Времени?

А оно наступало.

Но, похоже, скорость его продвижения резко упала. Лёгкие пульсации, словно величавые волны, перекатывающиеся до того от центра к периферии «глазуньи», забились в судорожных всплесках. Белёсая полоска на её флангах стали размываться, терять упругость и способность сдерживать охряной массив.

А хырхоровая прослойка истончалась…

И случился миг – «желток» прорвался сквозь «белок» и выплеснулся далеко в сторону громадной каплей, захватившей две струи времени, до того нетронутые Старым Временем.

Иван не успел чертыхнуться от досады, ведь подобного он не предвидел. Но выброшенное жёлтое пятно повело себя так, словно попало на раскалённую сковороду: перекатывалось, вспучивалось и… выгорало. А вокруг него появилось уплотнившееся живое кольцо, согнанных со всех своих временных пределов, ходоков-нелюдей. Во всяком случае, их было не менее десятка. Возможно, Старое Время просто выдавило их из того промежутка времени, составляющим кимер каждого из них. Но что бы там ни было, они инстинктивно пытались не уступать ему своего поля ходьбы. Выделялся огромный бегемот, бросавшийся на каплю Старого Времени с диким упрямством, он таранил его, вырывая целые куски и отправляя их в небытие. Время растворялось или неведомыми путями утекало восвояси от его натиска, в то прошлое, откуда пришло.

Они действовали бессознательно, но в их поведении Иван прослеживал некую систему: они двигались вокруг выплеска, то, погружаясь в прошлое, то, возвращаясь к своему настоящему времени. И даже призвали подмогу из будущего… А в целом, они гнали кляксу в «глазунью».

Видя всё это, Иван даже протёр глаза: не мерещиться ли ему эта слаженность действий ходоков во времени из нелюдей? Может быть, ему хотелось видеть нечто подобное, оттого и представлялся некий порядок в хаотическом метании собратьев по ходьбе во времени против выброса далёкого прошлого.

А «глазунья», сотрясаемая конвульсиями, почти остановилась на линии её передового фронта наступления, зато тыловая её часть, продолжая движение в прежнем темпе, напирала. Потянулось с флангов и сосредоточилось впереди Старого Времени воинство хырхоро, контролируя перед собой промежуток лет в десять. И всё это медленно, но уже вплотную подступало к цепочке, созданной Иваном из ходоков.

…Нардит в сопровождении всего двух полупрозрачных призраков, карикатурно похожих на свирепых пиратов со всем необходимым обязательным для них набором атрибутов: пистолеты, треуголки и чёрные перевязи на одном глазу, появился за оболочкой облака. Сам Нардит был вооружён непомерно большой алебардой, вскинутой на плечо. Будь она настоящей, весила бы килограммов сто.

Иван высунулся к нему. Вопросительно глянул на посланца своего Времени. Тот вдруг потерял нижнюю часть тела, оставляя в виду только торс, затянутый в плотную алую ткань.

– Старое Время боится будущего, – невнятно напомнил он и исчез.

Сопровождавшие его пираты слились друг с другом, образовали нечто подобное на вихрь и тоже померкли.

Иван, ориентируясь по прежним приходам Нардита, подождал, не появится ли он ещё. Не появился.

Но Иван почувствовал неожиданную слабость во всех членах. Сработало маниакальное напоминание посланца времени. Оно выбивало его из равновесия, так как могло означать всё, что угодно. И самое неприятное: всё предпринятое им – бессмысленно. И недавняя надежда остановить Старое Время таким образом, каким он задумал – а оно как будто уже остановилось – всё это не более, чем его фантазии.

Ну, скажите на милость, на что, в конце концов, намекает Нардит, говоря о боязни Старого Времен будущего? Не лепить же из будущего времени «снежки» и забрасывать ими Старое Время…

А что? Взять «кусок» будущего и сунуть его поднос прошлому. Нюхнёт оно, чем пахнет будущее и… преставиться…

Иван раздумывал и злился.

Ждать да догонять – скучное занятие.

– А! – сквозь зубы выдавил Иван. И коротко сказал не столько Джордану, сколько себе: – Идём навстречу!

– Зачем тебе? Ты должен руководить, – менторским тоном возразил Джордан. – Ты КЕРГИШЕТ! Ты…

– Чтобы знать, как руководить, надо знать против кого руководить. Я до сих пор не знаю.

– Ну, уж, усомнился Джордан. – Ну, а если там… – голос его задрожал.

– Вот на тебе и проверим, – сказал Иван и, не обращая внимания на испуганное восклицание напарника, направил облако в прошлое, навстречу Старому Времени и рати хырхоро.

Год… Десять лет…

Облако погружалось в бесчисленную массу тварей хырхоро. Погружение больше походило на прожигание облаком широкой прогалины в сплошном скопище тварей.

А с запада подступала, будто серая пылевая стена. Облако как бы сносило к ней… Редели ряды хырхоровцев… Мутная полоса с мечущимися животными: они бежали как будто навстречу Старому Времени, поскольку как бы медленно не продвигался в будущее фронт прошлого времен, он обгонял самых быстрых, да и не могли они долго бежать. А за пеленой можно было разглядеть, как только что стройные формы живых существ становились приземистыми и обезображенными, а что с ними происходило дальше – скрывал непроницаемый полог.

Иван остановил облако.

– Выходим! И от меня ни на шаг!

– Лучше возьми меня за руку. Если что, я с тобой. – Голос Джордана дребезжал как плохо закреплённое стекло в окошке. – А ещё лучше – не выходить. Ну, зачем…

Иван почти силой выбросил его из облака. Следом выбросил его палку с накруза.

– И никаких рук. Проверять на мне без толку. Надо посмотреть, как справишься ты.

Вне облака говорить приходилось громко. Мерный гул, упомянутый Жулдасом, нарастал. Земля вздрагивала, будто почти рядом забивали сваю под фундамент будущего дома.

Джордан сжался в комок, его взор затравлено блуждал по надвигающейся пелене. Он даже не обратил внимания на удар налетевшего на него какого-то летучего создания чуть больше крысы.

Иван демонстративно не смотрел в его сторону. Но, оставляя Джордана без физического контакта с собой, был готов ухватить его и накрыть облаком. Впрочем, можно уже было заметить результат их появления на пути Старого Времени в этой струе – оно практически остановилось совсем. Гул стал глуше, земля успокоилась. Но сама пелена стала темнеть и подниматься, как волна на мелководье; в ней заметались сполохи.