Чтение онлайн

– Симон, зачем вы это мне рассказываете? И так подробно. В чём дело-то?

– А в том, Ваня, что ты забыл, кто они есть. Или не хочешь помнить. А они – люди! Ты вот выхватил Арно с Хразой. – Джордан, до того молчаливо слушавший Симона, заулыбался. Симон посмотрел на него как досадную помеху. – А Уленойк?.. Это он с сыном таскается по временам, чтобы тот мог увидеть как можно больше… Думаю, что многие из тех, кого ты пробил во времена в"ыгов, были вырваны из обыденности помимо их воли.

– Симону уже два раза обед испортил, – вставил реплику Сарый, правда, было непонятно: он приводит пример или ехидничает.

– Но… – Иван находился в растерянности. – Так ведь получилось… Но… Я вас понял. Но вы что, предлагаете, чтобы, как это водится у ходоков… как водилось… Это когда Кристофер собирал вас где-нибудь в укромном местечке? Приползут туда полторы калеки, и мы с ними будет обсуждать проблему тейш? Так что ли?

– При чём тут Кристофер? – нахмурился Симон.

Дунул ветер. Над головой защебетала какая-то птица. Вокруг – мирная жизнь природы. А Иван наполнялся желанием высказаться перед Учителями. В конце концов, он тоже – человек.

– Но тогда я буду обязан всех их по очереди посещать, разыскивая по углам времени, где они окопались, и каждого уговаривать встретиться тогда-то и тогда. Так вы считаете? – выговаривал Иван. – Но я приду, а у того же Арно опять развлечения с Хразой или с кем там ещё у него? Так и буду ходить за каждым раз по пять, а потом сидеть и ждать: придут – не придут? Много мы тогда с вами вопросов разрешим? Едва ли. – Иван подождал возражений, но не долго. – Вот что, я пока схожу к в"ыгам, пробью их, куда они хотят. А вы, мои Учители, займитесь тогда общим собранием ходоков. Вернусь – поговорим!

Сарый издал звук закипающего чайника, а Симон замер китайским болванчиком. Зато Джордан почувствовал себя свободным.

– Я с тобой, КЕРГИШЕТ!

Иван на него не взглянул. Встал, переставил табуретку, вернул всех на кухню своей квартиры и ушёл в комнату. Джордан, хитровато оглядываясь на Учителей КЕРГИШЕТА, последовал за ним.

Широко расставив ноги, Иван сидел на диван-кровати и терзался, то самоедством, то злился неизвестно на кого. Нагрубил Учителям. Зачем? Они же в чём-то правы. Но и он – тоже прав! Все правы!.. А когда все правы, то надо либо разбегаться и прикрывать общее дело, либо… Но в их ситуации не разбежишься, не укроешься.

Тупик…

Но «удильщики», чёрт их возьми! Никуда не денутся со своими непонятными замашками – поймать его…

«Пусть надеются, – мстительно подумал Иван, – пусть ловят! Он теперь им не по зубам…»

Но надо же, в конце концов, разобраться с их притязаниями на него… А надо ли? Ну, побегают, побегают за ним, и – выдохнуться. Хотя они другим жизни не дают. Ведь Симон, ещё при первом знакомстве с ним, говорил об охоте на него неких перлей или, может быть, «удильщиков». Неспроста же у ходоков существует их нарицательное название – тейши. Значит, многих достают.

Перли, тейши, тарзи… Охо-хо!..

Думать обо всех не хотелось, двигаться – тоже. Да вот рядом сидит как бельмо в глазу Джордан, напоминает: о чём надо думать и куда двигаться.

В комнату заглянул Сарый. Настроен он был явно миролюбиво, но ученику решил выдать несколько нелицеприятных сентенций, начав издалека.

– У каждого, Ваня, свои заморочки и бзик. Людей, тем более ходоков, не переделаешь, не перевоспитаешь.

Иван не дал ему растечься по древу нравоучения.

– Не надо, Учитель! Никого не собираюсь ни воспитывать, ни переделывать. От этих заморочек и бзика… Откуда вы только таких слов нахватались? Заморочки… Фу, Учитель!.. Схожу-ка я сейчас и вправду к в"ыгам, а потом… Потом заживу как все. Найду тихое местечко, обживусь… – Иван делано зевнул, подобрался, встал, потянулся. – Я вот спорт совсем забросил. Даже физзарядку не делаю. Скоро в квашню превращусь. А там, где поселюсь…

– Правильно, Ваня! – в тон ему выпалил Сарый, однако сузил глаза и сказал: – Но, сдаётся мне, дня два там, быть может, и точно посидишь. Даже, возможно, физзарядку поделаешь. А потом что?

Сарый ждал ответа. Ответил Джордан.

– У него там будут для развлечений музыканты какие-нибудь или другие. А надоест, влезем мы с КЕРГИШЕТОМ в колымагу и подадимся…

– Ты-то подашься в свой Фиман, – буркнул Иван. – Что у меня других, как ты сам говоришь, недостаточно будет. И музыкантов, и певцов… – Иван помолчал. – Ты, Джордан, петь умеешь?

– Конечно! А что? Пою, когда никто меня не слышит.

– Меня тоже, когда никто не слышит, – охотно поделился Иван.

Он вдруг почувствовал, как к нему возвращается хорошее настроение, все мрачное отходит и теряется где-то в том небытии, к чему возврата нет даже ходокам во времени.

– Ладно, Учитель. Я так-таки схожу к в"ыгам, а потом постараюсь… э-э… поделикатнее собрать всех. Нужных. Но Сулейка и Уршая, нравиться вам или нет, я вызову… Именно вызову! Как на ковёр к начальству!.. Симон?

– Он ушёл.

– Обиделся?

– Э, Ваня! На тебя обижаться – себе дороже.

– Угу! Тогда… – Иван помешкал. – Джордан, ты готов?

– А что мне готовить? Это ты собираешься часами. А я что? Ты позвал, а я уже давно готов!

– Забирай, Ваня, этого говоруна. И лучше к нам его опять сюда не приводи, – наставил Ивана в дорогу Сарый.

– А ты не распоряжайся! – успел выкрикнуть Джордан, но Сарый его уже не слышал; фиманца Иван увёл в поле ходьбы.

Отсутствие Ивана для в"ыгов, наверное, длилось не долго. Во всяком случае, он их застал в том же положении, в каком они находились после его предупреждения: ждать.

Однако Ивана неожиданно озаботило иное.

Думая всё время о в"ыгах, он почему-то упускал из вида, что здесь остановился накруз с семьёй Жулдаса. Остров всё так же возвышался в сотне метров от лежбища или поселения в"ыгов. Последних переместить для Ивана теперь не составляло труда, но что делать с накрузом? Конечно, Жулдаса, обременённого Икатой и детьми, надо возвращать в его настоящее время. Да и Мау-ма, вероятно, один тоже не захочет оставаться.

Тогда бросить здесь остров мивакуков навсегда, и забыть о нём?

– Разлеглись! – неодобрительно заметил Джордан. – Греются на солнышке. А что им? Еда под боком, одежды им не нужно. Лежи и лежи себе. Во, жизнь!

– А у тебя жизнь, чем плоше?

– Ты, КЕРГИШЕТ, меня не тронь! Я говорю вообще.

– То-то прав был Учитель. Говорун ты… Всё! Помолчи! Пусть они ещё полежат, а мы сходим к Жулдасу. Вон, видишь, он нас зовёт.

Жулдас усиленно махал руками, приглашая Ивана на остров.