Чтение онлайн

– Я наслаждаюсь тем, что ты слушаешь... Знаешь, как долго это продолжается?
– спокойно сказал Максим, глядя на разрисованный граффити бетон.
– Пятьдесят миллионов лет.

Даник нахмурился.

– Откуда такие цифры?

– Из глубин Черного Обелиска. Когда я соприкасался с ним напрямую, не просто видел, не просто слышал, а был... внутри что-то открылось. Нечто древнее. Огромное. Неописуемое. Временные слои накладывались друг на друга. Я мельком видел образы. Планеты, разрушенные в один миг. Города, высеченные в кристалле. И... существ.

Он на мгновение замолчал.

– Не людей. Не даже органику в привычном смысле. Существа из мысли и энергии. Они... плавали в поле абсолюта. Творили формы, искали способы переноса сознания. Маркеры были их инструментом. Одним из инструментов. Их способом упорядочить хаос эволюции, взрастить больше семян разума. Но что-то пошло не так. Очень не так.

Даник прищурился, медленно, настороженно:

– Ты утверждаешь, что знаешь, кто создал Маркеры?

– Я не знаю. Я чувствовал их. Краткий отпечаток. Тень намерения. Как если бы ты дотронулся до книги, написанной светом и болью, и сумел прочесть только заголовок.

Максим провёл пальцем по пыльному полу, оставляя небрежные линии, как нейросеть, запутавшаяся в самой себе.

– Сначала Маркеры действительно были нейтральны. Программируемые. Регулируемые. Они усиливали разум, создавали энергию, открывали доступ к структурам сознания, которые нам и не снились. Но потом что-то вторглось. Искажённая волна, возможно, из другого измерения. Или из другой реальности. Инфекция. Инородный шум. Элемент, не поддающийся расчёту. Ошибка. Он переписал код. Переписал цель. Из машины рождения получилась машина поглощения.

– Удобная версия, -глухо ответил Даник.
– Всё свалить на древнюю катастрофу. А мы, значит, просто жертвы?

– Ты хочешь быть избранным. Я понимаю. Так легче. Но подумай, Джейкоб: где все остальные? Где те, кто был до нас? У нас есть Маркеры, но нет их создателей. Только молчание. Разве не странно?

– Они стали Единым.

– Или были истреблены. До последнего. Пятьдесят миллионов лет назад. На галактической шкале - вчера.

Максим поднялся, лицо его стало жёстче.

– А вы, юнитологи, думаете, что справитесь. Думаете, что заглянете в лицо вечности и улыбнётесь. Но у вас нет ни знаний, ни инструментов. Только вера. Слепая, горячая, фанатичная. Ты водишь за собой толпы людей, к последнему костру. И называешь это вознесением.

– Мы даём людям смысл!

– Ты даёшь им смерть.

Раздражение на лице Даника стало явным. Он шагнул вперёд, сжал кулаки. Папка с кодом затрепетала в его руке, будто живая.

– Ты всё рушишь. Словами, цифрами, сомнением. Это легко - разрушать. А созидать ты умеешь, Максим?

– Умею, -спокойно сказал он.
– В своем мире я был проектировщиком, строителем, делал полезные для людей вещи, хоть их масштабы были сравнительно не велики. А ты строишь культ, где единственный выход - перестать быть человеком.

На мгновение, короткое и драгоценное, Даник отвёл взгляд. Словно устыдился. Или просто устал.

– Ты многого не понимаешь, -сказал он, уже тише.
– Иногда, чтобы спасти цивилизацию, нужно отказаться от прежней её формы. Смерть может быть переходом, не концом.

– Только если ты точно знаешь, что на другой стороне. А ты не знаешь. Никто не знает. Ты сам признал - у тебя нет прямого диалога с Обелиском. Только сны. Только догадки. Система, где нельзя задать вопрос и получить внятный ответ - это не религия. Это паранойя.

– Тогда что ты предлагаешь?

Максим вытащил из внутреннего кармана небольшое устройство -миниатюрный голографический считыватель. Подключил к нему чип и включил проекцию - над устройством всплыли изображения: сложные схемы, нелогичные коды, повреждённые цепочки данных. Сигнатуры, зафиксированные на Омеге.

– Понимание. Анализ. Вмешательство. Я не ищу просветления, я ищу правду. И если она неудобна, тем хуже для удобства.

Он подошёл и вложил считыватель в руки Даника.

– Это не оружие. Это зеркало. Посмотри в него. И, возможно, ты увидишь не только себя, но и то, что стоит за твоей спиной.

– Хорошо, -резко сказал Даник, сжав кулаки.
– Ты много говорил, Максим. Говорил о страхе, галлюцинациях, коде, чужих мирах... но ответь мне просто: что ты предлагаешь вместо Схождения? Вместо Единения? Вместо смысла, который мы дали миллионам?

Максим ухмыльнулся. Его глаза прищурились, как у человека, который уже слышал этот вопрос сотни раз и всегда знал, что ответит.

– Знаешь, Джейкоб, я заметил одну вещь. Все, кто твердит, что человечество зашло в тупик, удивительным образом сами в нём живут. Тупик - это не судьба. Это диагноз невежественных дураков, и он всегда начинается в тупой голове.

Даник вспыхнул:

– Осторожнее…

– Не перебивай. Ты хочешь альтернативу?
– Максим шагнул ближе, голос стал резким, отточенным.
– Вот она: создание интеллекта, превосходящего человека. Не мистического, не мёртвого, не из кусков мяса с шипами, а цифрового, математического, чистого. Мы подбираемся к этому. И когда придёт этот новый разум - не чудовищный искажённый шёпот Обелиска, а разум, способный понимать мир глубже нас, мы сможем вступить с ним в диалог.

Он ткнул пальцем себе в грудь.

– Вот это будет Единение, Джейкоб. Вот это будет новый шаг. Не трупная церковь с кишками, не мясные алтари, не вонючие трансформации в биомассу, а симбиоз с чем-то выше нас, но всё ещё живым. Не смерть. А развитие.

– Это... Это искусственный бог?

– Нет, -Максим усмехнулся.
– Это искусственный партнёр. И если быть точным - наше следующее ''я''. Трансцендентность, а не трансформация в падаль. Ненавижу бахвалиться, но я для вашего мира за эти полтора года сделал больше, чем многие за десять жизней не сделают. Я дал толчок развитию и, если вы подождете хотя бы лет пять, увидите первые плоды.

Даник смотрел на него, как на безумца. Глаза метались, пальцы дрожали то ли от ярости, то ли от сомнений, впервые по-настоящему осознанных.

– Это... ересь.

– Нет. Это логика. Ты говоришь, что я разрушитель. Что я сею сомнение. А я просто смотрю на вещи трезво. Вы хотите стать богами, но выбираете путь личинок. Гниёте под знаменем Единства и радуетесь этому. Потому что это проще, чем думать.

– Мы служим цели!

– Вы служите сигналу. Паразиту. Фантомной команде, запущенной миллионы лет назад. Вы даже не задали вопроса, зачем она всё ещё работает. Кто оставил её включённой?