Хозяйка старой купальни
Шрифт:
– Да что ж у меня все через одно место? – горестно вздыхала я глядя, как за окном снова собирался дождь. Такой же серый и унылый, как мое настроение.
Ближе к вечеру у Байхо снова что-то рвануло. Грохнуло так, что задрожали стены и жалобно зазвенели окна.
– Бяка!.. Ты жив?! – крикнула я.
Ну мало ли… В последние дни он был сильно не в адеквате.
Вместо ответа меня обдало вихрем холодный брызг и над самым ухом зловеще пророкотало:
– Мне нужна твоя кровь!
Я отодвинулась и хмуро поинтересовалась:
– Для дела или шутки ради?
– Сама как думаешь?
Звучал он крайне возбужденно и даже как-то нездорово, поэтому я на всякий случай уточнила:
– Много?
– Очень много! Очень-очень много! Всю, что есть, – коварно захохотал дух. Вдоволь насладившись моей вытянутой физиономией, успокоил: – Пары капель хватит.
– Да ну тебя! – в сердцах прошипел я, протягивая ему руку. – Бери!
Ко мне потянулось водное щупальце. Оно становилось все тоньше и тоньше, пока на самом конце не вытянулось в тонкую иглу. Повеяло холодом, и игла из водной превратилась в ледяную.
– Ой! – только и охнула я, когда она меня кольнула. На кончике пальца выступила ленивая капля, потом еще одна.
Байхо смахнул их в водную оболочку и снова унесся в свою «лабораторию». Я же осталась грустно сосать раненый палец и думать о том, как быть дальше.
Такер вернется через пару дней, и мне надо будет дать ему ответ, а я…
В этот момент Водопады так тряхнуло, что я свалилась со стула, и мне на голову посыпалась деревянная труха с потолка. Следом рекой хлынул молочно-белый туман, в котором вращались и дрожали искры – бирюзовые, как в волшебном камне Эммы, и ярко-алые, как кровь. Туман наполнил помещение, забился в каждую щель и полностью перекрыл видимость.
Я даже свою вытянутую руку рассмотреть не могла!
– Бяка!
В ответ тишина.
– Байхо! Убери это!
И снова ноль отклика.
Зловредный дух игнорировал мои вопли, поэтому пришлось самой кое-как пробираться к нему, спотыкаясь и тыкаясь в стены, словно слепой котенок.
– Бяка! Бяка!
Ну попадешься ты мне! Ну я тебе устрою.
Возле двери в постирочную скопилась целая лужа, поэтому мои легкие тканевые ботиночки моментально промокли и захлюпали.
Я кое-как нащупала ручку и потянула на себя. Когда дверь распахнулась, я снова ничего не увидела. Туман там стоял плотной бурой стеной… Хотя нет, не туман. Пар! Жара там стояла такая, что у меня моментально завернулись кудряшки вокруг щек и вспотела спина.
– Байхо! – рявкнула я.
В этот раз он откликнулся.
– Да тут я тут! – раздался ворчливый голос из мглы.
Потом взметнулся вихрь, разнося ошметки тумана и пара. Вокруг зашипело, зашкворчало, и спустя мгновение в Водопадах стало сухо, чисто и прозрачно.
На столе, который обычно использовался для сортировки белья, было пусто, только в самом центре лежал перстень. Камень в тяжелой оправе был теперь не просто бирюзовым, а с алым мерцающим отливом.
Пока я на него смотрела, у меня по спине носились мурашки. В нем было столько силы, что даже на расстоянии, даже не имея никакого представления о магии и склонности к ней, я ее чувствовала.
– Получилось? – спросила благоговейным шепотом, склоняясь ниже над «безделушкой».
И в этот раз Байхо гордо ответил:
– Да! Возьми его.
Я аккуратно надела перстень на указательный палец правой руки, и по коже тотчас прошла волна крохотных иголочек.
– Пока артефакт находится в Водопадах, тут все будет работать без моего участия. Попробуй.
Я оглянулась, пытаясь решить, с чего начать, и увидела корзину с грязным бельем, грустно стоящую в углу. Вытряхнула ее содержимое в чан и, чуть помедлив, приказала:
– Залить водой!
Чан тут же наполнился.
– Вскипятить!
Вода пошла пузырями, и над поверхностью заклубился пар.
– Невероятно! – выдохнула я и побежала в помывочную продолжать эксперименты.
Я управляла сама массажной струей, наполняла чаны, осушала их, делала пар, туман и тропический душ посреди комнаты. Все получалось.
– Так сможешь делать ты, и те, кому ты это разрешишь. Артефакт привязан к тебе и к этому месту. Так что можешь не опасаться, что кто-то его выкрадет и будет использовать по своему усмотрению. Он принадлежит только тебе и работает только здесь. И, кстати, совершенно не обязательно произносить все это вслух. Достаточно сосредоточиться и просто подумать. А еще…
У меня запершило в горле.
Байхо давал подробные инструкции что, куда и как. И я понимала, что в этих словах скрывалось ни что иное как прощание.
Водный дух свободен. Водному духу пора уходить.
Под конец его речь затихла, а я смотрела на мерцающий водный шар перед собой и ревела.
– Ты чего?
– Мне будет тебя не хватать.
Он помедлил немного, а потом тихо ответил:
– Мне тоже. – Меня накрыло теплыми мокрыми объятиями. – Спасибо тебе.
– И тебе…
Он исчез. А я стояла посреди холла и потерянно озиралась.
Кто бы знал, как мне было жаль расставаться с ним, и в то же время я была рада за него. До слез.
– Будь счастлив, Бяка…
Я просушила одежду, которую он напоследок промочил насквозь, и поплелась на кухню. Мне нужно было срочно съесть чего-нибудь сладенького. А еще лучше – чего-нибудь крепенького, потому что тошно было до безобразия.
Как я могла настолько сильно привязаться к этой вредной сопле? Подумаешь, дух. Подумаешь, водный… дел-то. Что мы духов в свой жизни не видели? Ну да, копошился тут что-то. Мыл, брызгал, поливал. Любой дурак так может.
Я села за стол и пригорюнилась.
Не любой и не дурак. А самый лучший, пусть и вредный.
И грустно мне было вовсе не от того, что я духа-помощника на волю отпустила, а потому что с другом попрощалась.
В Алмазных водопадах стало пусто.
– Эх, Бяка, Бяка… – грустно шмыгнула носом, – как я теперь без тебя?
Чтобы как-то отвлечься, я затеяла уборку. Все равно клиентов сегодня не было, девочки получили выходной, так почему бы делом не заняться? Все лучше, чем сидеть и грустить. К тому же мне надо было приноровиться к мысленному управлению артефактом, раз теперь я здесь вместо духа.
В общем, в любой непонятной и грустной ситуации – мой пол, и будет тебе счастье.
Мое счастье оказалось очень странным…
Я намыла лестницу и поднялась на второй этаж, чтобы привести в порядок массажные кабинеты, но стоило только скрыться в одном из помещений, как на ступенях раздался грохот.
– Кто там? – крикнула я и выглянула в коридор.
И тут же чуть не заорала, потому это были мои дорогие, горячо любимые братья.
– Ты тут воды налила? – взревел Гарри отталкивая Стена. – Неумеха криворукая.