Чтение онлайн

Собственно, он и пытался.

Но, Всесильный Покровитель, магия наместника превосходит мою силу во сто крат!

– Манон! – рык за спиной заставил меня обернуться, и я с трудом совладала с лицом.

– Что такое, Ваша светлость?

– Я могу понять, почему рубашка женская, – сощурился Сангриено, помахав у меня перед носом рукой в кружевном манжете, оканчивающимся чуть ниже локтя, – но это?

Он ткнул пальцем в вышивку на груди.

Я присмотрелась и поперхнулась.

У Марсии определенно талант. Она совершенно точно не умела читать руны, которыми было расшито исподнее, но интуитивно выбрала то, что способно взбесить любого мужчину.

Видимо, это была ритуальная сорочка для э… зачинания и вынашивания наследника. Нынче такие уже не дарили на свадьбу невестам, вероятно, из-за того, о чем говорил господин Горганз. Нынешние браки ничего не имели общего с теми обрядами, что проводили прежде. Однако в прежние времена, сорочки, расшитые рунами на плодородие, были обязательным подарком. Только вот…

Для женщин они означали пожелания материнства, а для мужчин – пожелания укрепить… э… другую мощь.

– Это провокация? – пророкотал наместник, и мои ноги, обездвижив, снова опутали магические потоки, хозяин которых медленно надвигался на меня. – Я готов прямо сейчас продемонстрировать, что тебе не о чем переживать, рыжая!

– Мне кажется, вы себя переоцениваете, ваша светлость… – с сомнением произнесла я.

Я-то имела в виду его ранение, но, кажется, меня поняли превратно.

– А вот сейчас мы это и узнаем, Манон, – прорычал Сангриено. Я явно уязвила его самолюбие. Я, конечно, мечтала это сделать, но в такой же ситуации!

– Госпожа Манон! – мне порядком надоела его фамильярность. «Манон», разумеется, лучше, чем «рыжая», но тем не менее.

– Ты такая же госпожа, как я куртизанка, – усмехнулся наместник недобро.

– Судя по вашему наряду, вы стремитесь соответствовать дамам этой профессии, – огрызнулась я, стараясь не подавать вида, что мне все-таки немножечко страшно. Злой Сангриено внушал опасения, и в свете того, что открылось мне о силе его дара, мне очень хотелось смыться от него прямо сейчас как можно дальше.

– Манон, – он уже подошел ко мне вплотную, а я, скованная его магией, никак не могла даже отклониться. – Я могу тебя успокоить: ты хотела привлечь мое внимание – у тебя это получилось. Не надо продолжать это ребячество. Это плохо кончится.

– Я? Ваше внимание? – задохнулась я от возмущения. – Это вы все время вторгаетесь в мое личное пространство!

Лицо лорда-герцога приобрела интересное выражение.

– Я еще не вторгся, – пробормотал он, снова кося глазом в вырез платья. – Когда я это сделаю, ты точно не перепутаешь…

Проклятье!

Почему вместе с обездвиживанием Сангриено не наложил на меня заклинание, запрещающее краснеть? Щеки залило румянцем, а кончики ушей готовы были задымиться.

– Не бывать этому! – выдохнула я.

– Да-да, – иронично приподнял бровь наместник, – и платье такое ты надела вовсе не для того, чтобы я оценил твои достоинства?

– Уж точно не ради вас, ваша светлость! – процедила я. Соврала, но он же об этом не знает! – Вы не в моем вкусе. Лорд Мортензи мне импонирует намного больше. Такой спокойный, галантный, воспитанный…

Я судорожно припоминала, какие еще комплименты отвешивала в сторону префекта Марсия.

– Манон, забудь, – Сангриено кончиком пальца провел вдоль атласного канта корсажа. Так близко к коже, что мне показалось, будто я ощущаю тепло его рук. Можно подумать, потоков магии, скользящих по моим лодыжкам, было недостаточно для того, чтобы я нервничала.

– А отпустите меня! – потребовала я.

И наместник неожиданно послушался, путы исчезли, только мне от этого легче не стало. Лорд-герцог и шагу назад не сделал. Это месть? Он развлекался за мой счет из-за этой проклятой сорочки? Так его никто не заставлял ее надевать. Сидел бы за столом в одной повязке как варвар, коим он и является.

– Знаете что, ваша светлость? – выпалила я, чувствуя что готова вот-вот взорваться. – Ваше поведение недопустимо! Вы перешли все мыслимые и немыслимые границы! И сейчас, и в гостевой… Скажите на милость, что такого вам не дает покоя в моей персоне, если вы позволили себе подобную проверку?

– Подслушивала?

Я вздернула подбородок, решив не комментировать подобное предположение.

Сангриено вдруг широко улыбнулся и на секунду перестал походить на гада.

Но тут же все испортил.

– Мне не дает покоя, что ты вдова, а целуешься, как неопытная девчонка.

Что? Да как он посмел давать оценку!

Мерзавец.

Впервые за сегодняшний вечер мне удалось влепить наместнику пощечину.

От души. Звонкую.

Только вот я промахнулась в другом. В пансионе нас учили разным пощечинам. Целая градация разнообразных оплеух должна была быть освоена. От «Да как вы смеете, мой отец вызовет вас на дуэль» до «Подлец! Сегодня вечером я жду вас в саду».

У меня вышел тот самый поощряющий вариант.

И кажется, Сангриено разбирался в пощечинах.

Глаза его азартно сверкнули.

– Я попал не в бровь, а в глаз. Да, Манон?

– Потому что я не вдова, – процедила я. – Я носила траур по лорду Патрику Даргуа, двоюродному дедушке. Я никогда не была замужем, и посему ваши посягательства вдвойне непристойны.

Мои слова произвели потрясающий эффект.

Лорд-герцог остолбенел. Ненадолго, но этих мгновений мне хватило, чтобы наконец проскользнуть мимо него.

Правда, далеко уйти у меня не получилось.

Удержав меня за руку, наместник продолжил меня шокировать:

– Так это был первый поцелуй, рыжая?

Я готова была сквозь землю провалиться.

Ситуацию как всегда спасла Марсия. Она заглянула на кухню и прозрачно намекнула:

– Горячее скоро перестанет быть горячим даже в печи. И префект уже десять минут не сводит взгляда с закусок.

– Мы сейчас будем, Марсия. Его светлость настолько привык ходить через погреб, что и в этот раз его потянуло Проклятый знает куда!

Горничная бросила на Сангриено такой взгляд, что ни у кого бы не осталось сомнений, что она его терпеть не может.

– А ей я что сделал не так? – удивился наместник, глядя Марсии в след.

– Можно подумать, вы хоть что-то делаете «так», – поджала я губы. – Скажите, вы всегда ходите к дамам во всеоружии? Вы чуть не проткнули мне корсет рукоятью кинжала. Я понимаю, зачем он вам. Как и понимаю тех, кто хочет вас убить. Но можно же было его убрать…

Лорд-герцог моргнул и захохотал.