Чтение онлайн

Шагнув в полумрак шатра, Озрик тут же попал в стальной захват Халдора.

– Я же говорил, что он явится точно в срок! – взревел дан Трог, встряхивая друга словно пушинку. – Да будь я троллем, если Лис хоть раз опоздал!

– Ты и так тролль, – придушено ответил Озрик, выворачиваясь из захвата и осматриваясь. Просторный способный вместить два – три десятка человек, шатер пустовал. Вдоль стенок стояло несколько широких сундуков и ларей, покрытых шкурами. Слева от центрального столба увешанного оружием стоял легкий плетенный стол, на котором виднелась пара кувшинов, кубки, поднос с мясом, хлебом и овощами. Вокруг стола, на раскладных стульях сидели двое людей и эльф. – Тебе оружие давать необязательно, и так любого задушишь. Как ты здесь оказался, а, капитан гвардии его императорского величества?

– Обижаешь – усмехнулся Халдор – Ты же сам созывал ветеранов, а я, по-твоему, кто? На Черном Берегу был? Был. На Вересковых Холмах был? Был. Я уже не буду припоминать десятки других мелких заварушек, где мы с тобой плечом к плечу вставали. А за полком есть, кому приглядеть. Или ты мне не рад?

– Рад, друже, рад. – Озрик благодарно кивнул. – Коли гвардейцы под твоей рукой будут, совсем хорошо.

– Величайший справедлив и мудр в своей милости!- от стола к Озрику шагнул Саид. Коснувшись лба и сердца рукой, кахарец поклонился и сверкнул белозубой улыбкой. – Мое сердце переполняет радость при виде тебя в добром здравии хар Озрик.

– Ты стал велеречив, Саид, – ответил Озрик возвращая поклон. – Я тоже рад видеть тебя в здравии, досточтимый.

– Порой словесные кружева моих соотечественников более подходят моменту, чем суровая прямота северян, – в гортанном голосе Саида звучал смех. – Ибо, Величайший да замкнет навеки мои уста, если я лгу, река моей жизни омрачилась и замедлила свой бег, когда мои глаза увидели пылающий замок. И много дней я прибывал в печали, и лишь ступив под благословенный кров дома моего отца, я узрел луч надежды, пронзивший тьму моего горя. Мой почтенный отец, да продлит Величайший его годы, сказал: «Саид, мальчик мой. Напрасно ты терзаешь свое сердце. Хар Озрик не только смел как ибрис, но и мудр как Песчаный Змей. Я знаю это, ибо сходился с ним в бою. Сталь многое может рассказать о человеке, если сумеешь услышать её голос. Поверь мне, огня и потуг бородатого коротышки слишком мало, что бы отправить такого человека в Страну Теней. Ты еще услышишь о нем». Мой почтенный отец оказался прав. И вот я и сотня лучших моих нукеров здесь, готовы идти в бой под твоей рукой.

– Мое уважение твоему почтенному батюшке. Я вижу, что прожитые годы не затуманили остроту его разума, – ответил Озрик, кивком приветствуя Этеля, отсалютовавшего ему кубком.

– А это командир эльфийских сотен… - Халдор кивнул в сторону высокого, статного эльфа сидевшего у дальнего края стола.

– Фаизар ан Аин, – эльф легким кивком обозначил поклон Озрику и, поднявшись, более глубоко поклонился Галиату. – Сотник второй сотни Стражей Прибоя. К вашим услугам, граф.

Озрик с любопытством смотрел на Фаизара. Высокий, стройный эльф был облачен в серебристую броню, собранную из множества мелких овальных чешуек, столь искусно сработанную, что более казалась второй кожей нежели доспехом. Широкие плечи и сильные руки бугрились мускулами, заметными даже под доспехом, тонкие, словно у музыканта пальцы, Озрик мог бы поспорить на что угодно, могли бы легко гнуть подковы и сворачивать монеты в трубочки. Собранные в традиционный хвост волосы были темны как ночь, узкое лицо с высоко поднятыми скулами, узкими, почти бескровными губами, тонким, с горбинкой носом и глаза темно фиалкового, почти черного цвета завершали портрет сотника.

– Знакомство с тобой делает мне честь, досточтимый Фаизар, – ответил Озрик, – Халдор, Саид. Это Галиат, капитан Стражи Ортоса. Герольд короля.

– Халдор дан Трог. Виконт. Капитан гвардии Его Императорского Величества, – серьезным тоном отрекомендовался Халдор, хотя в глазах его скакали веселые бесенята. – А этот сын пустыни, досточтимый бей Саид хар Муаил ибн Салим.

– Да осветит сереброликая луна твой путь, досточтимый, – откланялся Саид. – Друг моего друга, мой друг.

– Ну, со знакомством покончили. Есть мнение, что неплохо бы и закусить. – Халдор усмехнулся, широким жестом указывая на подносы со снедью. – На сытое и разговор легче идет.

– Насколько я знаю своего брата, Озрик голоден как волк, ибо вскочил раньше восхода и шел сюда без привалов и остановок, – подал голос Этель. – Кстати, где главный желудок нашей семьи?

– Скорее всего, у ближайшего котла, – хохотнул Озрик, накалывая на кинжал солидный кус мяса, – выполняет свое основное предназначение.

– Не сомневаюсь. У котла против Ратмира шансов нет. – Этель отхлебнул вина и, дождавшись когда все рассядутся, продолжил – Ты ешь, а я пока расскажу, что да как.

Озрик промычал нечто одобрительное, продолжив уничтожать окорок.

Стоим здесь вторую неделю. Первыми до Калорна добрались гвардейцы Халдора, ну и озадачили свою молодежь. Собственно лагерь, их работа. Когда я сюда добрался, они уже башни заканчивали рубить. Фаизар со своими стрелками подошел одновременно с нами, только с другой стороны. Спустя два дня прибыл Саид.

– Поморы откуда взялись? – спросил Озрик, утолив первый голод.

– Это от тестя подмога. Как Гвидейн прознал о походе, меня не спрашивай. Но в день выступления в Сильверфокс пришла ватага с Долгим Браниром во главе. На словах тесть передал, что парни его в доброй сече завсегда рады посодействовать, тем паче засиделись они, ибо дел по концу лета мало, а орки еще с прошлого раза не очухались.

– Добрые бойцы лишними не будут, – сказал Озрик, кивая в такт своим мыслям. – А Бранир худых не приведет.

– Я примерно также и рассудил. Ну, так вот. Сейчас в дружине набралось семь сотен и четыре десятка без малого. Эльфов две сотни, итильцев две сотни и три десятка. Из них семь десятков собственно гвардейцы. Наших латников ровным счетом сто сорок семь. Кахарцев сотня и шесть с половиной десятков поморской ватаги. Люди здоровы, отдохнули и полны сил. Припасов в достатке, оружие и доспехи есть у всех. Можем выступить прямо сейчас.

Озрик откинулся на стойку шатра, задумчиво покачивая кубок в руках.

– Выступим завтра с рассветом, – наконец сказал он, – двинемся вдоль Алторы, Приречным трактом. Порядок будет такой. Саид. Твоя сотня в головном дозоре, на половину перехода впереди. Дозоры в степь отрядишь по собственному разумению. Халдор, Галиат. Ваши ратники двинутся спустя три часа после. Еще час спустя выйдут латники Этеля. Сегодня все перепроверить, особенно лошадей. Пойдем быстро и без дневок.

– А обоз? – спросил Халдор. – Телеги не поспеют.

– Обозом займутся поморы. Этель, отряди в Калорн надежных людей. Пусть наймут ладьи. Поморы с обозом последуют за нами по реке. Вниз по течению, мыслю, даже обгонят. Вечером и стоянку и харч для дружины подготовят. Карта есть?

Этель кивнул, поднялся и вышел. Халдор, освободив стол, развернул на нем чертеж приречных земель…

Густые сумерки спустились на лагерь, когда совет наконец окончился. Озрик вышел из шатра, с удовольствием разминая затекшие ноги. Над головой, в темной синеве вечернего неба, зажигались звезды. Ветер доносил прохладу с недальней реки, запахи травы и леса перемешанные с дымом от костров. По стенам перемещались огоньки факелов в руках караульных. Стражники обходили стены, бдительно следя за окрестностями.

Озрик задумался, высчитывая оставшиеся дни и вспоминая, все ли было учтено на совете, машинально поглаживая Алую ленту на своей руке. Шорох, донесшийся справа, прервал его подсчеты. Из-за шатра вышел человек в просторном темном плаще и шагнул вперед, в круг света отбрасываемый костром.

– Здравствуй, Градимир, – сказал Озрик, рассматривая бывшего дружинника. Поношенный, серовато-бурый плащ, латанный кожаный колет, такие же штаны, заправленные в тяжелые, подбитые металлом сапоги. Осунувшееся лицо, заросшее недельной щетиной, впалые щеки и лихорадочный блеск глубоко запавших глаз. – Ты сильно сдал, воин.