Чтение онлайн

Эдвард взмахом руки велел продолжить сбор данных, а сам вскоре вышел на улицу, раздумывая, что же следует делать дальше. Проблема охоты на сумасшедшего заключалась в том, что логику его действий представить невозможно. Происходящее у него в голове не подчинялось привычным законам, предугадать его действия, основываясь на привычном ходе мыслей, невозможно, как и предугадать их. Приходилось идти только по оставленным следам, то приближаясь, то снова отступая, но никак не догоняя. Раньше, когда Респира еще держал поводок старого барона, его действия поддавались хоть какому-то логическому объяснению, но сейчас он был свободен, действуя лишь так, как хотело его безумное сознание, подчиняясь сиюминутным желаниям и не оглядываясь на долгосрочную перспективу.

– Господин барон! У нас срочное сообщение!
– включилась внутренняя связь, и Эдвард, сморщившись из-за того, что его отвлекают от размышления, включил двусторонний канал, настраиваясь на полученный сигнал.

– Слушаю. Что случилось?
– поинтересовался он, кивнув в ответ на приветствие проходившей мимо группы медиков, несших на носилках несколько тел.

– Барон, у нас сообщение из Тристанского замка от господина Де Адрила. Он докладывает о прибытии графа Фларского в столицу, теперь ожидает вас для координации действий. Сейчас почти все вассалы собираются в столицу для общего собрания. Он просит и вас поторопиться, чтобы не оказаться последним.

– Понял вас, - сказал Эдвард и, переключившись на общую частоту, сразу же отдал несколько распоряжений: - Передайте на флагман, чтобы начинали отзыв войск, мы уходим с Росса. Пусть немедленно сворачиваются и возвращаются на транспорты, здесь больше делать нечего.

Тристанский барон развернулся и вернулся в замок, где еще работали оперативники и связисты. Их будут забирать прямо оттуда, и лучше всего будет оставаться во дворце со своими телохранителями, помочь в сборе информации, пока еще есть для этого время. Несколько лишних рук явно пригодятся...

Примерно через тридцать пять часов часов, после того, как начался воздушный бой над Россом, эскадра Тристанского бароната покинула его ближнюю орбиту, забрав свои войска и все, что было необходимо, оставив истерзанный анклав догорать в еще не потушенных пожарах. По общепринятым правилам ведения локальных войн убежища для гражданских лиц не были затронуты или взломаны, так что большая часть населения уцелела и теперь должна выбираться наружу, в развалины собственного города, в первую очередь спасая то немного, что еще можно было спасти полсе налета.

Росс был серьезно поврежден, многочисленные разрушения портовых зон и жилых кварталов сильно ударят по его экономике, но при поддержке Гористарского графства он, скорее всего, быстро восстановиться. Целью нападавших не было разрушение и разорение анклава, а лишь дворец Респира, откуда было увезено несколько терабайт различной информации, какой уже занимались дешифровщики.

Эдвард прибыл в столицу на боевом фрегате, не став тратить время даже на то, чтобы сменить корабль. Успел только привести себя в подобающий вид и во дворец явился уже в сопровождении свиты, нескольких телохранителей и пары адъютантов, одев парадный камзол цветов Тристанского бароната. Новый парадный костюм, где еще добавлялись цвета Аверийского герцогства, сейчас только шился и уточнялся с геральдистами во избежание всевозможных недоразумений, поэтому еще приходилось появляться при дворе в старом варианте. Во дворце свою свиту он сразу отпустил и направился на верхние уровни, где должны собираться и все остальные бароны для подготовки нового Совета, где должен быть выбран новый король.

Дворец все так же встречал гостей помпезными залами с высокими арочными потолками, украшенными затейливой резьбой, складывавшейся в огррмные человеческие фигуры или сцены битв и сражений, когда-то прославивших прежних королей и достаточно важных, чтобы занять свое место в истории королевства. На толпившихся внизу людей со своих пъедесталов в парадных залах взирали статуи королей в боевых доспехах, стоявшихе в нишах между парными колоннами, а высоко над ними поднимались красочные витражи, специальным образом подсвеченные, чтобы при взгляде с пола казаться светившимися изнутри.

Сейчас в королевском дворце было многолюдно. Феодалы со своими свитами и семьями собирались со всего Рейнсвальда, чтобы почтить память старого короля и принять участие в выборе нового. Множество пышных и красочных камзолов и платьев казались морем всевозможных цветов, переливавшимся и блестевшим в свете плазменных огней огромных люстр, свисавших с потолка, и множества настенных светильников. Свободной от этого моря гостей оставалась только выложенная красными коврами дорожка, вдоль которой стояли наизготовку королевские гвардейцы, лучшие из лучших солдат королевства, встречавшие всех прибывающих.

Поднимаясь по парадной лестнице, где через каждые пять ступенек стоял почетный караул королевской Гвардии, Эдвард чувствовал, что начинает нервничать. И чувство это было связано не столько с тем, что должно произойти, сколько с осознанием того, что впервые идет на собрание феодалов в качестве барона, а не его наследника или сопровождающего. При его жизни собрание феодалов проводилось всего лишь трижды, но сам он помнил только два из них.

Второе, еще отложившееся в его памяти, было посвящено объявлению войны с Саальтом, которой, к счастью, тогда удалось избежать. А вот первое, более раннее, в памяти сохранилось только какими-то отдельными обрывками, порой проскальзывающими в воспоминаниях отдельными образами или фразами, посвященное избранию Иинана Третьего. Или же это была лишь его коронация?

Он помнил лишь большое количество феодалов и их дам в пышных парадных одеяниях, значительность и торжественность момента, равно как и свой страх и восхищение, что испытывал, присутствуя там вместе с отцом. Тогда он, кажется, даже держал его за руку. Волнение пробуждало в памяти образы, казавшиеся уже окончательно забытыми и потерянными, но сейчас нахлынувшими на него с новой силой. Так что молодой барон шел, практически не обращая внимания на окружающих людей,и только ответно приветствуя других феодалов, собравшихся в залах королевского дворца и уже оживленно что-то обсуждавших. Сейчас у всех была только одна тема - смерть короля, равно как и то, кто займет его место. Претенденты, несмотря на все те изменения, что произошли в последнее время, все еще были очень сильны и вполне могли померяться силами, если дела пойдут совсем плохо и никто не решится на уступки.

– Эдвард! Очень рад вас видеть!
– в Зале Героев, среди множества прочих собравшихся здесь, его встретил граф Фларский, тоже в парадном костюме. Претендент на престол находился в сопровождении герцога Камского, а так же барона Филорейского, одного из своих старых союзников, чей феод находился на противоположной от Тристана части острова. Прежде со вторым его сопровождающим Эдвард никогда не напрямую не пересекался, так что смотрел на него с подозрением, не желая начинать важный разговор. Граф, тоже явно нервничал, но только как опытный игрок, уверенный в своих картах и ждущий того момента, когда партия начнется. Сильно пожав молодому барону руку, он выдохнул и все же улыбнулся: - Наконец-то вы появились. Сразу после вашего сообщения я забросил все дела и чуть ли не бегом помчался сюда. Первый раз в своей жизни мне казалось, что корабли двигаются очень медленно в режиме прыжка, - претендент нервно рассмеялся над своей собственной шуткой. - Вы где были? Я думал, что уже увижу вас тут, а получилось, что вас еще и пришлось дожидаться.

– У меня были неотложные дела, какие необходимо было решать, - скромно ответил Эдвард, обойдясь общей фразой.
– Пришлось, правда, действовать в спешке, но что-то говорить о результатах пока еще рано, - оглянувшись по сторонам, поинтересовался.
– Пятьсот часов уже давно прошли, и что собираются делать остальные претенденты? Они уже прибыли во дворец?

– И уже давно, - кивнул граф Фларский, - И с каждым из них я уже успел переговорить, - по тому, какое кислое выражение приняло его лицо при этих словах, разговоры вряд ли были очень приятными. - Ни один из них не собирается отступать от своих позиций. Наоборот, все вполне готовы применить и силу, если их претензии не будут признаны... Мы действительно стоим на пороге войны, и мне очень хочется быть уверенным в каждом из тех, кого сейчас называю союзником...