Хрустальный плен
Шрифт:
Я сделал шаг и прижал ангелочка к себе. Давнее чувство прикоснуться, обнять и прижать, нашло выход. Тёплая и мягкая, как лучи юного солнца весной, она уткнулась лицом в шерстяной свитер на груди. Ручками взялась с боков, и я ощутил первое вздрагивание плача.
Пусть, я ничего не сказал о содержании разговора, но связанная отныне душой с Вероникой и мной Агния, всё хорошо чувствует. И боится. Ей безошибочно передалась тревога, нашедшая брешь в веселье нашей жизни.
Через удушье чувств, я произношу:
— Всё будет хорошо. Тебе не о чём переживать. Я справлюсь со всеми проблемами, и мы снова начнём обычную школьную жизнь.
— А Вероника вернётся? — раздался приглушённый свитером голос.
— Конечно. Обязательно и скоро! — с чувством сказал я и покрепче прижал.
Агния постояла, потом заворочалась и отстранилась. В едва попадающем свете, блеснула влага на лице.
— Я очень жду. И сильно скучаю. Ты постарайся, пожалуйста, и верни её, ладно? — милым в своей серьёзности голосом, произнесла она.
— Обещаю! Верну.
— Спасибо, Матус. Я верю в тебя.
Глава 20
Я вновь на переднем сиденье. Открыв окно окунаюсь в холодный напор встречного ветра. Путь назад проходит в молчании, и я могу только поклониться чуткости Вадо. Поистине, в нём кладезь способностей.
В голове ясность, и покой на сердце. Смута улеглась благодаря Агнии, теперь меня не пугает неизвестность и возможная угроза. Кто если не я защитит два самых ярких цветка в моей жизни? Завтра же, как и советовала Вероника, поеду за мечом.
Сейчас я чувствую только усталость от длинного дня. Вот уже и наш район начался. Пора таки разорвать молчание.
— Дядь Вадо, а получится завтра с утра съездить в имение?
— Пожелания какие будут? — с хитрыми нотками спросил он.
— Нам нужно избежать встречи с отцом Вероники, — выложил я, улыбнувшись.
— Сделаем.
— Класс! — обрадовался я. — Спасибо. Может тогда останетесь у нас?
— Не стесню?
— Нет, конечно! — мотнул я головой. — Вы в нашем доме всегда желанный гость.
— Тогда остаюсь, — рассмеялся он.
— Папа будет рад. Да и с дядей Самуилом Вы вроде поладили.
— Удивительный он человек. Такая жизненная энергия, а старше меня на десять лет.
— Хех, это точно, — хохотнул я. — Казалось, что придёт в гости позже, — мы же только вчера с ним встретились, случайно, а он сегодня нагрянул. У меня ностальгия по жизни в Тохе. Деревня потеряла сердце с его отъездом.
— Да, Самуил везде задаст ритм, — с уважением отозвался Вадо. — Таких людей мало.
— Ага, — кивнул я.
Приборная доска расцвечена множеством огоньков, стрелочек и цифр. Вадо гонит авто по-мужски, хотя я свидетель его умению трогать и вести в самом, что ни есть, мягком ритме. Благо и урчащий зверь мотора, и остальные агрегаты лучшей марки Империи, позволяют управлять транспортом в любом режиме.
Очередная порция удивления соседям обеспечена, ведь роскошный лимузин Вадо припарковал возле дома. Может они привыкли уже, но мне всё равно весело и задорно.
Пожелав взрослым доброй ночи, я поднялся к себе. Комнату можно уже переводить на баланс Симфонии и оберегать, ведь тут побывала и Вероника, и Агния. Мне же, как порядочному фанату рисованных историй, такого достаточно, чтобы просто вдыхать их аромат и быть счастливым, пусть даже это просто фантазия, а воздух несколько раз обновился через открытое окно. Пришлось побороться с вольнодумными грёзами, чтобы они не продолжили рисовать ту же картину о душевой.
Вечером, когда показывал богатства картинок Агнии, пришла мысль посмотреть новые. Давно я не заходил на любимые ресурсы, где со многими знаком и многими уважаем. Это и сетевое издательство любительских комиксов, где порой такие вещи встречаются, что будь я редактором традиционного издательства, забрал бы на публикацию.
Всё же мало только одного Монолита Судеб. У меня в любимых авторах ещё около десятка имён. Пусть, на мой взгляд, их уровень пониже Сабрины Григ, но они в любом случае профи. Да и нельзя, чтобы отличного, чего бы не касалась сия характеристика, было много. Отличное на то и отличное, что редкое. Его и ценишь, и бережёшь, и насытиться не можешь. Побольше должно быть хорошего, доброго. Читаю я часто и помногу, ищу искру, силу и вдохновение, потому хочется окунаться в мир комиксов снова и снова.
Уже перед сном смартфон щелкнул сообщением. Пишет Карл. Я назвал себя всякими недобрыми прозвищами и ответил, что мы выбрали играть в Ростке. На том и попрощались.
Утро встретило холодным моросящим дождём и серой пеленой на небе, едва-едва поддавшейся свету. Александру отписал, что пропущу половину занятий по причине председательских дел. Это даже не ложь во спасение, а необходимое прикрытие. Совесть осталась спокойной.
Вадо умело настроил обогрев, чтобы комфорт был наиболее ощутим. Ехать в тёплом и сухом салоне, когда за окном мокнет мир — прекрасно. Я даже задремал. Сказываются ночные бдения в Сети.
— Всё, молодой человек, доехали, — разбудил меня дядя Вадо.
— Спасибо, — несколько сонно отозвался я.
— Сумки помочь донести?
Я вспомнил, что можно что-нибудь разбить по неосторожности.
— Да, помогите пожалуйста.
Мы вышли из автомобиля и глазам вновь предстал древний особняк. Любоваться некогда, да и не хочется без Вероники. Достали ценный груз и спешно под крышу крыльца.
Оставив за стенами непогоду, двинулись в сторону комнаты Вероники. Вадо остался за дверью, а я занёс сумки и приблизился к входу в операторскую. Лишь бы кольцо сработало, взмолился я.
Ручка посопротивлялась немного, но всё же поддалась. Я обрадованно выдохнул и внёс опасный и ценный груз туда, где ему место. Оглядел памятную комнату и сразу же нашёл витрину с мечом. Нутром завладел страх — отрублю себе чего-нибудь ненароком, но других вариантов нет.
Открыл стекло, ноздрей коснулся запах озона. Ручка меча выполнена из кости, со сложным руническим узором. Противовес величиной с крупное яйцо, сделан из прозрачного камня. Гарда из стали. Вероника говорила, что это всё иллюзия и на самом деле меч состоит из чудовищно сжатых полей. Ножны из тёмно-коричневой блестящей кожи, окантованной серебристым металлом, завораживают своим видом.
Задержав дыхание, беру артефакт в руки. Ничего не произошло. По весу он словно деревянный.
Примостил на поясе, это удобно. Походил по комнате, стараясь не задеть ни мебели, ни предметов.
Только как с ним быть в школе? Сослаться, что это по клубной линии инвентарь и уже потом придумать какой-нибудь чехол? Так ребята же попросят посмотреть, а такую опасную штуку показывать не стоит.
— Была бы Вероника, то придумала что-нибудь, — себе под нос сказал я.
Выглянув в комнату и крикнул: