Чтение онлайн

Я повернулась на бок. Свиток лежал на подушке, развёрнутый, и лунный свет падал прямо на спираль. Та мерцала, будто живая. Решение нужно принять до того, как он объявит титул. После будет поздно. Для нас обоих.

Я закрыла глаза.

Где-то в глубине сознания ещё мелькали обрывки мыслей о том, что надо бы разобраться, кто такой этот «знакомый» Тайры и почему он так упорно сеет страх. Но я слишком устала, чтобы распутывать нити, которые вели в темноту. Сегодня я не могла думать о завтрашнем дне. Сегодня я хотела просто спать. Не выбирать. Не решать.Пальцы сами сжались на свитке. Браслет скользнул к локтю, холодный, чужой, нет, уже почти родной...

Шорох чешуи.

Я открыла глаза. Лэйша стояла посреди комнаты, безупречная, с идеальной осанкой, в тёмно-синем платье, расшитом серебром. В руках что-то струящееся, переливающееся. Платье. За её спиной сквозь витраж било солнце. Пахло сандалом.

— Доброе утро, госпожа. Император велел подготовить тебя. Полагаю, ты должна сиять.

Села. Свиток прилип к щеке. Отлепила его вместе с кожей, сморщилась. Подбородок саднило. Утро. Уже утро. Солнце било сквозь витраж так, будто уже полдень. Я же только закрыла глаза…

— Который час?

— Достаточно поздний, чтобы ты начала одеваться. Праздник начнётся через пару часов. Император будет ждать в тронном зале.

Она положила платье на спинку кровати и раздвинула шторы до конца. Я зажмурилась, и вместе со светом в голову ударила одна-единственная мысль: не успела. Ничего не решила. Ничего. Ноги сами опустились на холодный пол.

— Мне нужно к Ир'шану. В башню. Это срочно.

Лэйша обернулась. Лицо спокойное, но кончик хвоста дрогнул, едва заметно, как всегда, когда она слышала что-то неожиданное.

— Исключено. Башня в восточном крыле, в другой стороне. Времени нет. Ир'шан никуда не денется, а император... — пауза, и она провела пальцем по складке на платье, разглаживая невидимую морщинку, — ...не любит ждать.

Я сжала виски. Пульсация в них нарастала, глухая, как далёкий барабан. Ладно. Думай. Мия. Думай. Башня нет. Но есть другой способ.

— Тогда библиотека. Там книга… мне нужно на неё взглянуть. Это по пути в тронный зал или нет?

Лэйша склонила голову к плечу. Впервые за утро в её глазах мелькнуло что-то похожее на интерес.

— Книга? В такой день?

— Да. Это важно.

Она смотрела долго. Хвост скользнул по полу: туда, обратно. Тишина в комнате стояла такая, что я слышала, как шуршит чешуя о камень. Потом выдохнула устало, почти смиренно.

— Библиотека по пути. Если задержимся не дольше пяти минут, я объясню императору, почему мы опоздали. Но сначала ты всё-таки поешь и примешь ванну.

Она сделала паузу. Кончик хвоста дрогнул, и я уже знала: сейчас что-то будет.— От тебя пахнет императором. И рынком.

Перед глазами мелькнуло лицо Сайхана и... нет, не рынок. Его пальцы. Внутри. Жар повозки. Как он выдохнул мне в висок: «Моя». Сердце ударило в горло, и я подскочила на ноги быстрее, чем успела подумать.

— Да, рынком! Точно! — выпалила я, чувствуя, как предательски дрожит голос. — Рынок у вас, кстати, огонь! У вас тут вообще все отлично... Но ты права, ванна. Мне нужна ванна. И завтрак.

По пути я одним движением взяла свиток с кровати. Смяла в кулаке. Бумага хрустнула. Краем глаза заметила, как Лэйша провожает меня взглядом, молча, без улыбки, но хвост её скользнул по полу туда и обратно. Я знала: она догадывается. Или думает, что догадывается.

Дёрнула ручку двери в купальню. Пальцы скользнули по тёплому дереву.Внутри было душно и влажно. Пар от горячей воды затянул зеркало, и своё отражение я увидела размытым: розовое пятно вместо лица, волосы облепили плечи.Стащила платье, в котором уснула, бросила на пол. Под горячей струёй кожу защипало, но я тёрла её до скрипа, будто можно было смыть его пальцы со своей кожи. Не смылось. Но стало легче дышать.Когда вышла, завтрак уже стоял на столике у кровати. Тёплая лепёшка, сыр, вино. Я села, накинув халат, и принялась за еду, не чувствуя вкуса, просто чтобы заполнить пустоту в животе. Солнце поднялось выше. Времени почти не осталось. Свиток так и остался в ванной, под стопкой полотенец.

Лэйша стояла у стены, выпрямив спину так, будто кол проглотила, и ждала. Молча. Только хвост лениво чертил по полу дугу. Я отхлебнула вино, покосилась на неё.

— Слушай, а что это вообще за Ночь Обновления? Сайхан вчера упомянул, но так ничего и не объяснил. Только глазами блестел.

Она чуть приподняла бровь.

— Император блестел глазами? При тебе? Обычно у нагов глаза блестят, когда они испытывают сильные эмоции. Чем вы там занимались на рынке?

Я подавилась вином. Пара капель попала на подбородок, и я вытерла их быстрее, чем нужно. Чёрт. Чёрт, чёрт, чёрт.

— Лепёшками, — сказала я, глядя ей прямо в глаза. — Торговались за лепёшки. Знаешь, какие там цены? Грабёж.Лэйша коротко усмехнулась.

— Цены на рынке и правда кусаются. Но император, говорят, вчера был на удивление щедр, — она взяла со спинки кровати платье и встряхнула его. Серебристый шёлк заструился в её руках. — Вставай. Времени почти не осталось.

Она хлопнула в ладоши. Звук вышел сухим, отрывистым, в комнату бесшумно скользнули две служанки. Молодые, с туго заплетёнными хвостами, глаза опущены, плечи чуть приподняты, так держатся те, кто привык быть невидимым. Чешуя на их висках отливала тусклой медью. Они замерли в ожидании.

Лэйша указала взглядом на платье.

— Одеть госпожу. Быстро.

Служанки подхватили серебристый шёлк и закружились вокруг меня. Одна затягивала шнуровку на спине, короткими и точными рывками, от которых я чуть покачивалась на месте.Вторая встала сзади и начала собирать волосы в низкий узел, перебирая пряди с той особой, бездушной сноровкой, какая бывает только у дворцовых служанок. Шпильки входили в кожу одна за другой, не больно, но ощутимо. Я смотрела в зеркало и видела, как из взъерошенной девицы с красным следом на щеке проступает кто-то другой. Чужой. Красивый. Почти Серебряная Госпожа.Ассари. Слово звенело в голове, как монета, упавшая на мраморный пол. Титул, земля, статус и молчаливое условие: остаться навсегда. Я ещё не согласилась. Я просто дала ему слово подумать. Но глядя на эту женщину в зеркале: серебро, лунный камень, чужая плавность в изгибе шеи, я уже не понимала, где заканчивается «подумать» и начинается «согласилась».

Клеймо или корона? Клетка или...

Я перевела взгляд на браслет. Лунный камень подмигнул розовым, будто говорил: «Не дрейфь, циркачка. Ты и не из таких передряг выбиралась». Вот только выбираться ли? Или в этот раз остаться?Мысль повисла, как в тот миг, когда отпускаешь трапецию, а следующую ещё не поймал. Секунда пустоты. Невесомость. И в этой невесомости раздался голос Лэйши, возвращающий в реальность:— Суть праздника простая, — она скользнула взглядом по моей фигуре. — Молодые наги сбрасывают первую чешую. Это вроде вашего... совершеннолетия. Император объявляет важные решения.