Чтение онлайн

Новые ткани уже прибыли в «Грандис», и завтра его витрины окрасятся пурпуром, цены на который Эльза взвинтила до небес.

Сама Эльза следовала за Саттон – вся в сером, бесстрастная и невзрачная на фоне своей ослепительной спутницы.

Они быль столь контрастны, что это было даже неловко.

Рядом с Эльзой переминался с ноги на ногу Хауслер, очевидно совершенно несчастный. Момент триумфа больше нервировал его, чем радовал. Если бы сумасшедший вдовец мог,то охотно бы вернулся на фабрику к своим железкам, но Эльза была неумолима.

«Нам необходимо предъявить гения публике», – утверждала она, совершенно уверенная в том, что это поможет в рекламе. «Надежность и ясность ума – вот что должен излучать Хауслер».

В данный момент Хауслер излучал нетерпение и маету.

Кристиан рассеянно слушал, как Эльза ясно и четко рассказывает про возможности безлошадной машины, как Хауслер путается в словах, объясняя детали, как Саттон объявляет о том, что сегод?я они все вступают в эпоху научного прогресса.

После чего Саттон и Эльза сели в экипаж. Эльза уверенно повернула маховик, дернула рычаг, агрегат взревел и затрясся, толпа отхлынула назад.

А потом с ужасающим грохотом самоходная машина покатилась по булыжной мостовой. Дети завизжали и бросились вдогонку.

Хауслер оглянулся на Кристиана и подошел ближе.

– Ну вот что, Эрре, – выдохнул он изможденно, – пойдемте-ка выпьем.

– Прекрасная мысль, – с удивившим его самого энтузиазмом откликнулся Кристиан.

Разумеется, пить они пошли во флигель у здания фабрики. Кристиан давно тут не был, и его поразил деловитый гул, который доносился с фабричного конвейера.

Казалось, что само сердце производства ровно и сильно бьется.

– Сейчас в работе целых двадцать машин, – Хауслер нервно дернул накрахмаленный воротник рубашки и открыл перед Кристианом дверь во флигель.

– А где Аккерман?
– спросил Кристиан, очарованный этим гулом.

– Аккерман, - Хауслер усмехнулся и распахнул двери буфета, чтобы достать пузатую бутылку и стаканы. – Аккерман у нас теперь большой начальник. Он командует всеми рабочими и притворяется, что ужасно занят. Вот увидите, как только раздастся гудок и фабрика встанет, он прибежит сюда жаловаться и пыжиться. Ах, вы только подумайте! Бедный мальчик так устает!

– Отчего вы злитесь? – удивился Кристиан.

Хауслер достал сыра и хлеба и воздрузил эту нехитрую закуску на стол.

– Все меняется, Эрре, - ответил он, подумав, а потом разлил бренди по стаканам. – Прежде мы жили тут троем: я, Аккерман и Эльза. В химическом цеху возился со своими реактивами наш сумасшедший химик. А теперь на фабрике полно народу,и слышите это жужжание? Это чертовы веретена бумагопрядилен. У чертовой Лоттар слишком много чертовых идей, вот что я скажу.

– Я не думал, что мы производим собственные ткани, - Кристиан выпил, не ощущая вкуса. Он прислушивалcя, пытаясь вычленить то самое жужжание. – Разве не проще переслать краситель на бумагопрядильную фабрику?

– Проще?
– Хауслер хохотнул и тоже приложился к своему стакану. – Эрре, когда Эльза выбирала то, что попроще? А эта девица сo своим кумарином! Приперлась из ниоткуда и командует, как у себя дома.

– Мария Фергин присоединилась к нам?

Черт, cколько событий Кристиан пропустил за неделю своего заточения?

Казалось, он пробуждался от тяжелого сна.

Он пообещал Эльзе подарить химическое производство, если она заключит контракт на производство кумарина, - и, очевидно, она его заключила, но ни словом Кристиану не обмолвилась об этом.

О чем она вообще думала все эти дни и что чувствовала?

– ?азве все это, – Кристиан кивнул куда-то в сторону фабрики, - не то, чего вы хотели, Томас?

Хауслер пожал плечами:

– Мало кто из нас знает, чего на самом деле хочет. Теперь, когда дело всей моей жизни стало реальностью, больше всего на свете я хочу вернуться в прошлое. В те времена, когда я был единственным, кто грохотал на фабрике, а Аккерман крутился у меня под ногами и лез под руку.

– Погодите страдать, – хмыкнул Кристиан, - эти чертовы двадцать машин надо ещё продать. Кто знает, может, ваше изобретение и вовсе не будет пользоваться спросом.

– Эрре,из какой норы вы выползли? Эльза продала с десяток машин разным богатеям ещё позавчера на вечеринке Греты Саттон.

– Где? Как? – тупо переспросил Кристиан, и Хауслер, верно оценив его состояние, заржал и налил снова.

– Вы, Эрре, чрезвычайно уверенный в себе человек, - ухмыльнулся он, – раз позволяете этому смазливому Фейсару отираться вокруг своей Лоттар. Он ведь такой образованный,такой весь из себя важный. Тьфу.

Кристиан помолчал, соображая.

– Фейсар сопровождал Эльзу к Грете Саттон?
– наконец, осенилo его.

Какого дьявола.

– И припер цветы и конфеты, – наябедничал Хауслер.

– И Эльза не спустила его с лестницы?
– поразился Кристиан.

– Ну не могла же она отправиться в одиночестве! Эльза у нас девушка самостоятельная, но светское обществo ее пугает до чертиков. Тут любой поддержке обрадуешься.

– Черт, – Кристиан быстро выпил.

– Ганс сказал, что у вас какие-то семейные хлопоты, - с неким сочувствием протянул Хауслер, разглядывая злое лицо Кристиана.

– Моя жена пыталась покончить с собой, - прямо ответил он и похолодел от этого признания. Никому прежде он не говорил таких слов, до слепоты настаивая на случайности.

– А моя жена умерла родами, – поделился Хауслер, – и она, и ребенок… оба сразу. Я тoгда долго чувствовал себя виноватым, ведь это же по моей вине она забеременела. После этого я никогда больше не приблизился ни к одной из женщин.

– Господи, – выдохнул Кристиан, не зная, что сказать.

– Знаете что, Эрре? – Хауслер грязно выругался и выпил. – Вина – это как тяжелый камень, который вас тянет на самое дно вонючего болота. Я слишком много лет потратил на это дерьмо.

– И посмотрите, куда вас это завело, – Кристиан зажмурился, наслаждаясь гулом фабрики. Это был самый лучший звук на свете, он вoзрождал в нем и азарт, и безудержную жажду жизни.
– Возможно, – пробормотал он, - мне потребуется букет побольше.

– Возможно, - в тон ему отозвался Хауслер, - Эльзе понадобится дубинка потяжелее.

– Не пугайте меня, Томас, - поежился Кристиан, – она же не может быть настолько рассержена?

– Кто знает, - отсалютовал ему стаканом Хауслер.
– не сказать, что эта девочка открытая книга. Но лично я бы вам вмазал – мы тут с ног валились, чтобы все успеть, крутились, как белки в колесе, а от вас и слуха не было.

В этот момент раздался такой громкий гудок, что Кристиан вздрогнул.

– Ага, – довольно воскликнул Хауслер, - рабочая смена окончена. Смотрите, Эрре.