Чтение онлайн

– -Ты философ, однако!
– удивленно приподнялся на локтях Атамбай.
– Не ожидал, не ожидал! Не только философ - еретик! Лет четыреста, триста тому назад тебя сожгли бы на костре за богохульство! Интересно, а как тебе видится создание мира? Человечества?

– -Могу сказать... Ну, во-первых бог существует - это точно, из этого и буду исходить. А во-вторых... Ты веришь в искусственный разум?

– -Нет. Причем здесь он? Технический разум зависит от человека, сколько бы ни был совершенен. ЭВМ без человека - груда железа.

– -Все правильно. И вот представь. Однажды бог решил создать себе в помощь машину. Раз он создает, значит, он творец, а любой творец желает видеть свое творение как можно более совершенным, как по форме, так и по содержанию. И создал он из подручного биологического материала красивую машину - человека. Наверное, эта машина долго и надежно ему служила, пока не появился первородный грех. Этот грех - сбой в программе, заложенной в богом задуманной машине. В результате этого программного дефекта - человек начал саморазвиваться и самосовершенствоваться против желания бога. Бог потерял контроль над человеком, он не задумывал его таким, каким он стал. Отсюда память человечества о первородном грехе, о сбое программы. Отсюда - наше желание обращаться чаще к богу, как создателю-программисту за тем, что бы поправил запартаченные в результате небрежного пользования программы - то есть смыть грех. Саморазвиваясь - человек и сам стал нагло мнить себя богом! Он начал создавать машины, которые по интеллекту близки к его разуму. А теперь скажи мне, где гарантия того, что в один прекрасный момент, программы ЭВМ не дадут сбой и не начнут саморазвиваться подобно тому, как это произошло с человеком, и не появится тайный, пока ещё, искусственный разум? Ведь и человек прежде был обыкновенной грудой материала? А компьютерный вирус уже имеет задатки саморазвития. Многое о чем я думаю - вяжется с библейским учением, кое-что - нет. Вот очень, очень коротко мое видение на создания мира. Я могу развить мысль, да к чему тебе? И потом - спать пора.

В траве у головы стрекотали сверчки. Высоко в небе, среди звезд, промелькнула, падая, комета. Атамбай встрепенулся, и махнул рукой: прозевал с желанием! Ночью желание всегда нужно держать наготове: подумать хорошенько, выбрать главное и запомнить, поджидая очередную комету.

– -Вить... Мне неудобно спрашивать... Не хотелось в душу лезть. По виду - ты чистый бичара, а послушать - связно говоришь, грамотно строишь предложения, имеешь хороший словарный запас. Создаешь впечатление интеллигентного человека. Откуда это?

– -А ты думал! Раньше я летчиком был.
– Витя в темноте шумно вздохнул. Общался с людьми такими, что... Журналисты в друзьях ходили, художники алматинские, из технической и творческой интеллигенции многие меня знают. За границу летал в свое время. А потом, как бардак начался - а! Чего вспоминать!

– -Жалеешь?

– -Жалеть?
– прозвучал удивленный голос.
– Не. Не жалею. Пить я все равно не брошу.
– И опять вздохнул.
– Мне хорошо здесь, раздольно, бомжовая вольница. А ты меня жалеешь, да? А я жалею тебя. Потому что, все у вас там враньё, воровство, зависть, измена, корысть, деньги, деньги, деньги. Воруют на самом верху, оттуда - ниже и ниже, до самого последнего чиновника. Не воровать не модно. Вроде, как и похвастать нечем. И наоборот: увести из-под налогов миллионы, не вернуть кредиты, кинуть товарища - престижно. И когда воры стоят на трибунах и принимают парады, и когда раздают нищим пожертвования, и когда строят храмы - лицемерят. Всегда лицемерят, если вопрос не о деньгах. Я иногда задумывался о власти. Что же это такое? Какова её природа? Где её истоки? И так копал, пока не пришел к выводу: власть это сила. Сильнейший подавляет слабого: хитростью, умом, кулаками - не важно. Главное - подавляет. И чем больше народу под себя подмял - тем больше власти. Начиная от бандитов, кончая президентом. Если разобраться: чем отличается бандит от политика? Общеизвестно: политика - дело грязное. И бандиты, и политики люди целеустремленные, готовые на жертвы, сильные, хитрые, пользующиеся авторитетом, располагающие деньгами. Начиная с каменного века природа власти не изменилась: у тебя сила и хитрость - ты и власть. Как у зверей: победил соперника - вожак. Стае или стаду не важно, сколько крови при этом пролито, для масс важно понимание силы вожака. Как только он ослаб, от старости, от болезни ли - начинаются волнения и поиски нового авторитета. Начинается разброд, борьба, смутные времена, страх за свою жизнь. Никто в стаде не знает, чем это кончится, пока не определится новый вожак. У людей, от стыда за своё животное происхождение и родство с дикими животными - это прикрыто видимостью выборов и идеями демократии. На самом деле идет звериная борьба за власть в стаде, или даже в стае, таково современное общество. Человечество придумало законы, наивно полагая, что перед ними все равны. Но вожак по природе своей выше остальных соплеменников, и рамки выдуманных законов для общего потребления оказываются малы для вожака. Возникает противоречие природы и рукотворения. Возникает соблазн, а точнее, естественное желание вожака расширить для себя рамки закона. То он и делает. Для себя. Можно задать вопрос: а действительно ли вожак по природе выше остальных соплеменников? Вопрос спорный только для идеалистов. Они будут орать до одурения, что человек рождается равным среди равных. В природе же этого нет. Одному дано больше с рождения, другому меньше. Увы, это не справедливо, но это так. Глупо спорить. Правда, в человеке заложена праисторическая справедливость, память о тех далеких временах, когда еще не было сбоя в божественной программе, и человек был счастливой бездумной машиной в руках бога, как теперь ЭВМ в руках человека. И в память о тех временах - человечество желает всех уравнять, осчастливить, для чего и выдумало законы. Желание всех уровнять и осчастливить - угодно и богу, потому что, короче расстояние назад, до сбоя в программе, короче расстояние до греховного рубежа, когда человек начал самосовершенствоваться и вышел из-под божественного контроля. А значит - больше возможности покаяться и вернуться в его лоно. И эта праисторическая справедливость толкает людей на создание социальных благ, равных для всех, как это было при коммунистах. Но и здесь вожак расширяет для себя рамки. Зато нам тут ни к чему лицемерить, хитрить и врать. Есть выпить - позвал соседа, вмазал, поговорил за жизнь. Нету - жалко, но, что поделаешь. Поохотился, порыбачил. Мы люди свободные, власти над собой не терпим и сами к ней не стремимся.

– -Рассуждения твои несовершенны.
– зевая, сказал Атамбай.
– Но все же от бича послушать интересно. Спорить с тобой не стану, хотя во многом не согласен. Ну, что, укладываемся?

От воды дуло сыростью, становилось прохладно. Витя с Атамбаем перебрались в землянку, Атамбай принес от костра спальный мешок и залез в него. Витя притянул ополовиненную канистру с вином, основательно приложился, крякнул удовлетворенно и включил транзистор. Лампочка в темноте осветила его небритое черное лицо, желтозубую улыбку, искристые веселые глаза, высветила пару лежанок из кривых жердей, самодельный столик и низкую камышовую крышу.

"Немецкая волна" передавала новости. В побежденном Ираке американцы устанавливали свое правительство. Садам Хусейн пропал. Жив или нет - никто не знает, возможно, сделал пластическую операцию и скрывается в Сирии. Атипичная пневмония широко шагнула по миру, всего зарегистрировано более семи тысяч больных, более тысячи умерло. В России с подозрительным постоянством горят детские дома и приюты: теперь - пожар под Иркутском. В Казахстане прошел второй международный форум масс медиа, зло раскритикованный местной оппозицией. Россия продолжает запуски космических кораблей. Президент Путин встречался с президентом Назарбаевым в Омске.

Будто морской прибой шумели дарьинские тугаи. "Немецкая волна" давно отключилась, приемник тихо шипел и трещал, Витя и Атамбай спали.

35

Яма, где иногда лежал Булат-Сифон, находилась неподалеку от автовокзала "Саяхат". Это была очень скромная двухкомнатная квартира на пятом этаже, рядом с выходом на чердак, через который, в случае чего можно улизнуть в другой подъезд или на крышу. На балконе лежал волосяной канат, одним концом привязанный к перилам, второй конец доставал почти до земли. В случае нужды его можно сбросить и быстро спуститься в кусты сирени под домом. В комнатах и кухне не было ничего лишнего, все самое необходимое: холодильник с двухнедельным запасом консервов и выпивки, диван, телевизор, шифоньер с гардеробом на летне-зимний период, стол со стульями, палас на полу и все. О квартире не знал никто, даже самое близкое окружение Булата-Сифона, даже личного телохранителя он отпускал за квартал и добирался сюда пешком. Такая предосторожность была не лишней, врагов хватало как в самой Алма-Ате, так и за её пределами: и в Китае, и в Казахстане, и в России. Приходилось считаться с новыми бандитскими группировками, плодящимися как кролы в вольерах. А иногда он просто отдыхал здесь несколько дней, отключал телефон, ни кому не звонил, валялся, читал, смотрел телевизор.

Булат-Сифон, в плавках, в майке, со стаканом молока стоял у окна и смотрел в даль. Десятки автобусов междугородных и международных маршрутов скопились на площади у здания вокзала, вокруг кишело безграничное племя пассажиров, сновали частные такси, троллейбусы и трамваи подваливали новых и новых людей с поклажами. "Саяхат" сделался перевалочной базой между оптовыми рынками Алма-Аты и торговыми точками южного, восточного и центрального Казахстана. Торговля бурно развивалась в основном за счет соседнего Китая, но прибывали товары и из Турции, Ирана, Арабских Эмиратов, Тайваня, Японии, России, дорогая и качественная группа шла из Западной Европы и США.

Булат-Сифон отхлебнул теплого молока - старая язва желудка время от времени давала о себе знать, и тогда он неделю жил на молоке - и нахмурился. Трудно ладить с беспределом, невозможно понять авторитетов, которые кровь льют реками. Воровской бизнес прежде считался чистым, мокруха - дело редкое, исключительное и требующее особого решения сходняка. Запачканные кровью особым уважением не пользовались, а теперь? Вооруженный грабеж с убийством, откровенный бандитизм, расчлененка превозносятся ими как удаль. На горных дорогах ограблен автобус с китайскими предпринимателями, затем людей убили, а автобус пустили с обрыва. Не брезгают кровью старух за десять-пять тысяч тенге. Беспредел, беспредел... Чимкентские совсем оборзели, ничего не боятся. Тамошние воры потеснены бандой ментов, бандой Нишана и особенно "Серыми волками". Четырнадцать человек Ивана Ивановича положили в степи - ни за что! Без объявления войны, без предупреждений, просто кинули на бабки, а затем - мочилово. В Волгограде Седого заделали, а он - первый, кто рекомендовал Булата-Сифона в законные. Было дело, вместе зону в Приморье топтали, и султыгу с черным хлебом делили. Теперь всплыла новая информация об убийстве Нурлыбаева. Опять "Серые волки"! Когда они там, у себя в Чимкенте, с местными разбирались - реки, буквально реки кровушки текло, или возили приговоренных на Бугунское водохранилище, камень на шею - привет! Сколько человек рыбам скормлено! Но за Нурлыбаева придется отвечать. Пятнадцать процентов от всех его сделок шли в дело Булата-Сифона, и это была не дань, а деловое сотрудничество. Деньги немалые. До сих пор пути с "Серыми волками" действительно не пересекались, но беспокойство, правда, они доставляли. Теперь пересеклись. Киллера, падлу, с трудом отыскали аж Бельгии, но раскололся, ссыкун, моментально. Удивительное дело! Человек, за деньги замочивший дюжину людей, востребованный профессионал, специалист высшего класса, снайпер, серийный убийца - до смешного боялся собственной крови! Да какая там кровь! От вида электрошокера у гондона губы дрожали, как у последнего пидора! Зато про заказчиков рассказал в подробностях, и про Грека, и про Мурку, и сколько бабок отстегнули за услугу, все выложил! Разведка и контрразведка у воров работала исправно, карательная машина тоже не буксовала. Теперь что сходняк решит. Нужны санкции на привлечение к ответственности "Серых волков". Предварительный разговор состоялся давно, теперь пора ставить точку, окончательно решить судьбу беспредельщиков. Да и честным, не ссученным ворам в Чимкенте пора помочь, не дело, когда ментура с бандитами крышует весь город. Что же, сами на рога просились, сами! Мирным путем урегулировать не получилось, да оно, наверное, и к лучшему. На тот день, когда проводилась стрелка с Муркой, еще не все ясно было с Нурлыбаевым. Ну, пусть бы, скрипя сердцем, несмотря на просьбы питерских воров, несмотря на то, что завалили дружбана Седого, и даже несмотря на неслыханную дерзость Мурки на стрелке, хотя Булат-Сифон никому этого не прощал - можно было бы пока потянуть резину. Не ко времени весь этот запекающийся пирог. Со своими надо, срочными делами решить. По тюрьмам вон свару затеяли, в Караганде, в Таразе, в Чимкенте том же. Разобраться надо кое в чем, кое-кого на светлую воду вывести. Да и ссученных воров развелось, с ними вопросы горячие. Но когда с Нурлыбаевым прояснилось - все! Дальше резинить нельзя! Разрубить одним махом, и - конец!

Он прислушался, повернулся к телевизору, по КТК передавали новости. В Южно-Казахстанский области жестоко избит редактор оппозиционной газеты Курашов.

– -Ну и рожа!
– протянул Булат-Сифон, рассматривая в кадре вспухшее лицо журналиста.
– Здорово отмолотили!

Диктор излагал две версии случившегося. По первой выходило, что избили редактора за материалы о приватизации крупных промышленных объектов. По второй - за критику местных властей. Но вторая версия преподнесена таким образом, что телезритель не сомневался в её главенстве.

– -Придурки!
– неизвестно в чей адрес выругался Булат-Сифон себе под нос, отключая телевизор.
– Из обычных писак вылепливают героев! Один побитый газетчик своей славой приносит больше вреда, чем десяток небитых оппозиционеров! Дебилы!

Булат-Сифон заглянул в стакан, поболтал остывшее молоко и поставил на подоконник. Пора собираться. Достал из шифоньера белую сорочку, галстук, идеально проглаженный костюм, оделся перед зеркалом, надувая щеки, затянул ремень, и, приладив на голову широкополую шляпу - вышел из квартиры.