Чтение онлайн

— Доброй ночи, лейтенант! Какая неожиданная и приятная встреча, — бархатно произнес француз, отряхивая несуществующую пылинку с идеального пиджака. — Я тут просто наслаждался местным колоритом, а эти джентльмены решили показать мне приемы национального бокса.

Пак тяжело вздохнула. Девушка жестом приказала напарнику заняться помятыми клерками, а сама подошла вплотную к сияющему нарушителю спокойствия.

— Мистер Ландо, — тон офицера был суше прошлогоднего песка. — Вы организовали уличную драку только ради того, чтобы я приехала на вызов?

— Вы раскусили мой гениальный криминальный план, — стрелок театрально поднял руки вверх, сдаваясь. — Надевайте наручники. Желательно те, что с пушком.

Спустя час они стояли у старенького автомата с напитками на заднем дворе полицейского участка. Ночной Сеул дышал прохладой, а уличный шум доносился сюда лишь приглушенным гулом.

Парижанин бросил в монетоприемник мелочь и нажал на кнопку. Автомат натужно загудел, выплевывая два картонных стаканчика с дымящимся, крайне подозрительным кофе.

Француз протянул один из них девушке.

— Знаю, это не элитный латте, которым я пытался вас подкупить в прошлый раз, — мягко произнес бывший наемник, внезапно растеряв всю свою дерзкую браваду. — Но ночь выдалась холодной.

Лейтенант Пак неуверенно приняла стаканчик. Полицейская выглядела уставшей. Идеальная осанка чуть ссутулилась, а в темных глазах вместо привычного арктического льда плескалась обычная человеческая измотанность.

Она сделала крошечный глоток и поморщилась.

— На вкус как жженый картон с сахаром.

— Национальное достояние Франции в моем лице готово принести официальные извинения за этот кулинарный кошмар, — усмехнулся Ландо.

Повисла пауза. Не неловкая, а скорее осторожная. Словно два человека пытались нащупать безопасную почву на минном поле.

— Зачем вы это делаете? — тихо спросила девушка, глядя на темную поверхность мерзкого напитка. — Штрафы, провокации, теперь вот уличная драка. У вас слишком много свободного времени и денег?

Парижанин перестал улыбаться. Опершись спиной о гудящий автомат, мужчина посмотрел на звезды, с трудом пробивающиеся сквозь городскую засветку.

— Моя прошлая работа… скажем так, не предполагала долгих привязанностей, — медленно начал стрелок, тщательно подбирая слова. — Я привык брать всё нахрапом, с боем и спецэффектами. А потом просто исчезать.

Француз повернул голову и встретился с ее внимательным взглядом.

— Но когда я увидел вас на той трассе… что-то сломалось в моем прицеле, лейтенант. Мои обычные фокусы на вас не действуют. Вы не ведетесь на дорогие костюмы, красивые слова и наглую улыбку. И это чертовски сбивает с толку.

Пак чуть заметно улыбнулась. Это была первая настоящая, теплая улыбка, которую бывший солдат удачи увидел на ее строгом лице.

— Я работаю в полиции Каннама, мистер Ландо. Я каждый день вижу богатых, уверенных в себе парней, которые считают, что им принадлежит весь мир, — голос девушки зазвучал гораздо мягче. — Но под вашим дорогим пиджаком и дурацкими шутками скрывается человек, который, кажется, просто не умеет общаться без брони.

Стрелок удивленно хмыкнул. Выстрел оказался снайперски точным. Прямо в сердце.

— Признаю, вы раскусили меня, офицер. Моя броня дала серьезную трещину.

— И что мы будем с этим делать? — лейтенант посмотрела на него снизу вверх, и в ее взгляде мелькнула озорная, почти девичья искра.

— Для начала — я клятвенно обещаю больше не бить клерков в вашем районе, — Ландо поднял стаканчик в шутливом салюте. — А затем, возможно, мы найдем место, где варят кофе хотя бы немного лучше этого жженого картона. Не как нарушитель и полицейский. А как два обычных человека.

Пак задумчиво пригубила свой ужасный напиток, не сводя глаз с парижанина. Лед профессиональной дистанции наконец-то растаял, уступив место весеннему теплу.

— Ловлю вас на слове, француз. Но если вы еще раз превысите скорость в мою смену…

— Я знаю, — счастливо рассмеялся Ландо. — Вы заберете мою машину и разобьете мне сердце. Я готов к такому риску.

Весеннее небо над Сеулом прорвалось внезапно. Тяжелые, густые тучи обрушили на город сплошную стену воды, моментально смывая уличную суету и заставляя прохожих в панике искать укрытие.

Пьер и Мия едва успели нырнуть под выцветший брезентовый козырек.

— Сюда! — бывший легионер решительно толкнул тяжелую деревянную дверь с потемневшей медной ручкой.

Звякнул глухой, надтреснутый колокольчик. Влюбленные ввалились в полумрак старой букинистической лавки, смеясь и на ходу отряхивая мокрую одежду.

Внутри пахло восхитительно: сухой книжной пылью, древесиной и сладковатым ароматом ванили. Бесконечные ряды покосившихся стеллажей уходили куда-то вглубь помещения, создавая настоящий бумажный лабиринт. За прилавком никого не было — хозяин, видимо, задремал в подсобке, оставив магазинчик на растерзание дождливым сумеркам.

— Мы промокли до нитки, — тихо рассмеялась Мия, пытаясь выжать темные волосы. Капли воды блестели на ее ресницах, как крошечные бриллианты.

Ветеран замер. В тусклом свете единственной уцелевшей лампы накаливания девушка казалась невероятно хрупкой и настоящей.

Мужчина аккуратно снял свою кожаную куртку и бережно набросил на ее озябшие плечи.

— Спасибо, — певица зябко куталась в теплую кожу, хранящую запах его парфюма.

Она подняла голову. Их разделял всего один шаг. В тесном проходе между высокими полками с французской классикой и корейской историей было слишком мало места для маневров. Да и Пьер больше не хотел никуда отступать.

Мия медленно подняла руку. Тонкие, прохладные пальцы осторожно коснулись жесткой щетинистой щеки. Девушка провела подушечкой большого пальца по глубокому, белесому шраму, навсегда исказившему суровое лицо командира.

Старый солдат удачи инстинктивно напрягся, но не отстранился. Обычно люди старались отводить взгляд от этой жутковатой отметины. Мия же смотрела прямо на нее, без капли страха, отвращения или жалости. В ее глазах читалось лишь абсолютное, безоговорочное принятие.

— Это случилось давно? — ее голос прозвучал едва громче шелеста ветхих страниц.