Чтение онлайн

Наступил день праздника. Всё утро агенты провели с Амариго и проверенными членами его охраны, репетируя план. За два часа до праздника все посты были проверены, и агенты, наконец, смогли устроить себе небольшую передышку. Когда Пит вошёл в её комнату, Дана тихо лежала, свернувшись калачиком и забившись в угол огромной кровати. Пит осторожно сел рядом и погладил её по голове.

– Хреново приходится?

Она не ответила, а только сжалась ещё плотнее.

– Надеюсь, что нам повезёт сегодня, и тогда мы сразу уедем и ты устроишь себе перерыв, - продолжил Пит. – Возьмёшь отпуск, никого не будешь разглядывать, никого не считывать, а будешь просто отдыхать. Будешь читать, слушать музыку, гулять по городу или что ты там ещё делаешь в выходные.

Пит знал, что в эту запретную зону пути нет, но его тянуло туда, как будто там лежали разгадки всех волнующих его секретов. Пит заметил, что после его слов, Дана сжалась ещё больше и ничего не сказала. Несколько минут они молча смотрели в темноту. Пальцы Пита теребили светлые кудряшки, разбросанные по подушке. Наконец, Дана соскребла себя с постели, встала и потянулась.

– Всё не так уж и плохо. Я ни в ком особенно не копаюсь, только по верхам проглядываю. Но всё равно очень устаю.

Через час они были в полной боевой готовности. Когда Пит зашёл за Даной, она закрепляла украшения перед зеркалом. Амариго попросил её надеть на праздник предоставленное им роскошное белое платье. Поймав её секундное замешательство, он едко спросил: - Боитесь забрызгать его кровью?

Дане пришлось надеть это красивое, но слишком открытое платье с глубоким вырезом на груди и узкой юбкой с длинным разрезом до середины бедра. К счастью, талия и спина были прикрыты, позволяя оставить изменяющие фигуру накладки.

Войдя в её спальню, Пит остановился и посмотрел на Дану исподлобья. Она почувствовала себя неудобно.

– Разрез на юбке на правой стороне, и мне пришлось засунуть оптическую дугу в левый чулок. Это пытка для правши!

При слове “чулок”, Пит стрельнул глазами и отошёл. Без колебаний, Дана направилась за ним, развернула к его себе и взяла за руку: - Между нами что-то не так. Между нами не может быть что-то не так. Давай разберёмся здесь и сейчас, что происходит.

Пит разозлился и выдернул руку: - С вами, женщинами, одно наказание: всё надо обсуждать! Попробуй принять мою точку зрения: некоторые вещи обсуждать совсем не надо! Всё. Я всё сказал. Пошли.

Он открыл дверь.

Дана демонстративно села на кровать и скрестила ноги, показывая, что никуда идти не собирается. Подождав несколько секунд, Пит выругался и закрыл дверь.

– Что тебе приспичило обсуждать?

– Тебя. Иногда мне кажется, что ты за мной пристально наблюдаешь, как будто в чём-то не доверяешь или подозреваешь. Я хочу знать, в чём дело.

Дана знала, что говорит Питу не всю правду, но начать разговор словами “ты на меня пялишься, и у тебя течёт слюна” казалось излишним.

Пит устало вздохнул: - Нет, не в этом дело. Просто иногда я вдруг осознаю, что вообще не знаю, кто ты такая. Я как бы знаю тебя, но в то же время совсем не знаю. Я знаю секреты твоего дара, но при этом не знаю твоей фамилии. Я видел тебя раздетой, я сам одевал и раздевал тебя, но при этом я не знаю, есть ли у тебя хобби, какой твой любимый цвет, во сколько ты встаёшь в выходные. Я доверяю тебе мою жизнь, но при этом я не знаю, любила ли ты когда-нибудь. Я знаю, что это – часть сделки, но иногда это меня достаёт. У нас с тобой – самые близкие, самые реальные, самые глубокие отношения. Но тем не менее, наших отношений как бы и не существует.

Дана не отвела взгляда.
– Так и есть. Но то, что наши отношения настолько необычны, не значит, что в них что-то не так. Всё как раз наоборот: я могу первому встречному на улице рассказать про мой любимый цвет, но только тебе я доверю страховать меня сегодня.

– Какой твой любимый цвет?
– тихо спросил Пит, не ожидая ответа.

– Нам пора, - так же тихо ответила Дана.

Пит бросил последний взгляд на напарницу: невысокое, гибкое тело, тонкие запястья, длинные пальцы, женственный овал лица со светлой, почти прозрачной кожей, светлые кудряшки, разбросанные по плечам… где прячется этот неумолимый стальной стержень?

*********************************************************************

Праздник был совершенно невероятным. Огромная зала и анфилада ведущих в неё комнат были убраны цветами. Комнаты вели в сад, где в аккуратно подогреваемом воздухе пели фонтаны, искрились фейерверки и бесшумно двигались разносчики еды. Виновница торжества сидела на возвышении в зале, окружённая детьми и внуками, принимая гостей и гору подарков.

– В этом наряде вы выглядите, как богиня света, - проурчал Амариго около уха Даны. Они стояли в оконной нише, а невдалеке беззаботно расположились четыре охранника.

– У меня есть вам ответный комплимент, - сказала Дана, и Амариго поражённо отклонился в сторону, внимательно глядя на неё.
– Вы очень спокойны для человека, которого собираются убить.

– А я уж было подумал, что, наконец, понравился вам.

Казалось, Амариго был действительно разочарован. В идеальном классическом смокинге он выглядел сногсшибательно. Исходящих от него силы и энергии было достаточно, чтобы протопить весь дворец. Одного взгляда на правителя хватало, чтобы понять, что перед вами – неординарный человек, который способен изменить мир.

– Вы выглядите прекрасно, правитель. Но ваша выдержка меня поражает.

– Я рад, что вас что-то поразило во мне. Я действительно спокоен. Мне нечего бояться, так как я могу вам доверять.
– Амариго склонился к её уху.
– Можно мне называть вас “Мэд”?

– Это было бы странно, так как меня зовут Дана.

– Ну что-ж, по крайней мере, я попробовал.

– Вы думаете, что всё знаете.

– Я действительно всё знаю…. Пожалуй, кроме одного…

Дана задержала дыхание.

– Мэд, признайтесь мне, что вы намотали на свою талию?

– Меня зовут Дана.

– Хорошо. Я понял. Повторюсь: Дана, что у вас намотано на талию? Это полотенце, или патрулю выдают что-то чрезвычайно современное?

– Вы узнаете, когда вам пришлют за это счёт, - пошутила Дана.

– Мне? За что? Я не соглашался платить за вашу жировую прослойку. Всё, хватит спорить. Пойдёмте танцевать.

Амариго галантно провёл её в центр залы. Гости расступились, заиграла музыка, и они закружились в танце. К ним присоединились несколько танцующих пар. Остальные гости толпились по периметру комнаты, жадно разглядывая правителя и его даму.