Чтение онлайн

— Вы позволите задать несколько вопросов? — произнес Нин Тэн, которому вдруг пришло в голову, что он сейчас легко и непринужденно разговорит угрюмого монаха и получит все нужные сведения. Это приблизит успех миссии, с которой они прибыли в Данвэйн, а значит...

Вот только монах не стал дожидаться расспросов. Он вдруг перешагнул порог и захлопнул дверь. Тут же послышался звук засова, который поспешно запирали.

— Эй, это шутка?!

Сразу несколько человек метнулись к двери. Увы, было слишком поздно, хотя исчезновение монаха заняло буквально мгновение. Никто не рассчитывал, что человек, казавшийся скорее неповоротливым, проявит подобную прыть.

— Откройте!

Руки молодых господ дружно забарабанили по двери. Но, конечно же, безрезультатно. Никто не собирался их выпускать. А взломать столь тяжелую дверь было бы делом почти невозможным. Хотя… если поставить себе такую цель…

Несколько пар глаз уже осматривали зал в поисках каких-нибудь предметов, способных помочь в этом деле.

— Кстати, не обязательно взламывать, — воскликнул Цин Шен, в чью голову залетела замечательная мысль. — Можно поджечь дверь, она же не сплошь железная. У нас ведь есть бумага, хранящая огонь*. Попробуем?

— Не горячись, — спокойно сказал принц, который уже отошел вглубь зала и уселся на низкой скамье, удобно вытянув ноги. — Никуда они не денутся, сами откроют.

— Но почему этот монах даже ничего не сказал?!

— Все нормально. Монастырь оправдывает свое название. Туман мы уже видели, теперь осталось насладиться Безмолвием.

— Похоже, вам сегодня ничего не может испортить настроение, — заметил чародей, который, в отличие от большинства не суетился. И все же вид имел довольно мрачный.

— Сам удивляюсь, — беззаботно отозвался принц. — Наверняка это благодаря вашему новому лекарству.

— Что ж, посмотрим, сохранится ли это настроение хотя бы до вечера.

— Посмотрим.

Бао Чжень, который нетерпеливо расхаживал от стенки к стенке, воскликнул:

— А если у них принято запирать гостей и заставлять наводить порядок в помещения? Чтобы развивали свое послушание и смирение? Я когда-то читал о похожем случае. Вдруг здесь такая традиция? Вон и метелка стоит в углу.

— Ничего страшного. Заодно научишься подметать пол и вытирать пыль.

— Нет, это какая-то дикая традиция! И я точно не сумею!

— А я однажды сам убрал посуду со стола и даже протер его полотенцем, — вставил Вень Чэн, хотя его никто не спрашивал. — Это было в нашем поместье. Все слуги тогда куда-то разбрелись. У меня получилось. Совсем не сложно, между прочим.

— А ты видел, сколько здесь грязи? Статуи вообще, наверное, полгода никто не протирал…

Чародей и Линь Цзе переглянулись в точности так же, как во время памятного приобщения молодых господ к готовке маньтоу. Однако догадка Бао Дэня оказалась ошибочной, и двум взрослым господам не удалось полюбоваться перевоспитанием избалованных молодых господ. Прошло совсем немного времени, и засов снова лязгнул, а дверь распахнулась. В зал вошел старец с величественной осанкой и важным выражением лица. Он тоже носил серую одежду, однако ткань была не такой грубой, как у монаха.

— Покорно прошу прощения, — произнес вошедший. — Монах, ведающий приемом гостей, по незнанию совершил оплошность и не провел вас сразу ко мне. Я настоятель монастыря и весьма рад посетителям. Что привело вас сюда?

— Мы хотели бы осмотреть монастырь. А еще очень интересуемся гостями, которые посетили вас два года и четыре месяца назад. Их было восемь человек… один седобородый, двое мужчин помоложе и…

Настоятель кивнул.

— Как же, я хорошо помню их визит. Это ведь было вскоре после обрушения горного хребта?

— Да-да!

— Тогда вам лучше поговорить с нашим библиотекарем. Гости тогда провели много времени в книгохранилище.

Примечание:

*Бумага, хранящая огонь, хочжэцзы — древнекитайская зажигалка, просто классное изобретение. Рулончик грубой бумаги помещают в футляр в форме трубки, закрывают второй половинкой футляра с крошечным отверстием для поступления воздуха. Под тонким слоем пепла бумага, пропитанная фосфором или другими горючими веществами, продолжает долго-долго тлеть. Когда нужно развести костер, футляр открывают и раздувают пепел до настоящего огонька.

Тишина царила в монастырской библиотеке… Длинный стол, отполированный за долгие десятилетия локтями многочисленных читателей, был завален шелковыми свитками, бамбуковыми планками и бумажными книгами. Все это собрание прилежно изучали молодые господа и чародей. Только мужественный воин Линь Цзе, который был бесконечно далек от книжной премудрости, мог расслабиться. Он с комфортом расположился на скамье в углу, наслаждаясь заслуженным отдыхом.

Заведовавший библиотекой монах приблизился к столу и осторожно положил на него еще одну бумажную стопку.

— Вот эти трактаты тоже изучали те странники.

— О боги! — воскликнул Цин Шен, — нам же целый месяц придется все это изучать.

— Не преувеличивай, старина Цин, — отозвался Най Тэн и потянул к себе трактат, лежавший в стопке сверху. — Если не будем отвлекаться, успеем за неделю.

— Ты уж слишком веришь в наши способности.

— Как думаете, — прошептал Бао Дэнь, — здесь положено кормить гостей? Время обеда давно прошло… Можно рассчитывать хотя бы на ужин?

— Какой еще ужин? Забудь. Люди живут на голой скале, совершенствуются с утра до вечера. Им не до еды.

— Я от голода ничего не соображаю…

Как обычно, выручил молчун Ченг Шуан. Оказывается, он прихватил с собой маньтоу, оставшиеся от завтрака. Две булочки, разделенные на восьмерых, это конечно немного, но все же гораздо лучше, чем совсем ничего. Тем более что молодые господа, вынужденные готовить еду самостоятельно, за пару дней вполне овладели этим искусством, и в последний раз булочки получились на славу.

— Все равно мы так долго не протянем, — сказал Цин Шен, проглотив последнюю крошку.

Принц Сенлин с упреком посмотрел на него:

— Хватит ворчать. Чем больше книг мы успеем за сегодня просмотреть, тем быстрей выберемся отсюда.

На некоторое время снова наступила тишина, нарушаемая лишь шуршанием бумаги и тяжелыми вздохами. Но потом Най Тэн произнес:

— Эх, хотя бы примерно знать, где искать… Господин библиотекарь, может, вы все-таки вспомните…

Монах, стоявший поблизости сразу отозвался:

— Увы, как бы я ни напрягал память, эти подробности улетучились. Помню лишь, что странники в течение двух недель изучали эти сочинения. А потом один из них вдруг воскликнул: «Так вот же ответ!». К сожалению, я не обратил внимание, что он читал тогда. Сразу после они засобирались в путь и в тот же день покинули монастырь. Если бы знать заранее, что это будет так важно…