Чтение онлайн

Мысль Иисуса становится еще более ясной в другой сцене [519] . К Иисусу приводят маленьких мальчиков и девочек: если он человек Божий, он сообщит им свою силу и дух [520] . Ученики, желающие распоряжаться и установить свою власть, пытаются воспрепятствовать их приближению к Иисусу. Его реакция незамедлительна. Рассердившись, он отвергает вмешательство учеников: «Пустите детей приходить ко Мне и не препятствуйте им, ибо таковых есть Царствие Божие. Истинно говорю вам: кто не примет Царствия Божия, как дитя, тот не войдет в него». Далее он делает свой характерный жест. Он ласково обнимает мальчиков и девочек, давая им свою жизнь и получая от них нежность и радость. Затем он возлагает на них руки, с тем чтобы они росли и были здоровы: он благословляет их, как Создатель все благословлял в начале жизни. Движение Иисуса, которое подготавливает и предвосхищает Царство Божье, не должно быть возглавлено и управляемо сильными мужчинами, навязывающими остальным свою волю сверху. Скорее, оно должно быть общностью «детей», которые не отдают никому приказов и входят в Царство только потому, что нуждаются в заботе и любви. Это будет союз мужчин и женщин, которые, подобно Иисусу, способны обнимать, благословлять и заботиться о малых и слабых. В Царстве Божьем жизнь основана не на закреплении взрослыми своей власти, а на радушном принятии малых. Где они становятся центром жизни, туда приходит Царство Божье. Это было, вероятно, одним из великих предчувствий Иисуса.

Женщины сопровождали Иисуса от Галилеи до Иерусалима и не покинули его даже в момент распятия. Они слушали его проповеди, учились у него и пребывали рядом с ним, как и другие его ученики.

Этот факт бесспорен [521] , но в то же время и удивителен, потому что в 30-е годы и позже женщинам не разрешалось изучать закон с рабби. Ученицы ходили по деревням следом за мужчиной и ночевали под открытым небом вместе с группой мужчин, что, вероятно, выглядело ошеломляюще. В Галилее прежде ничего подобного наблюдать не могли. Вот картина, которая не могла вызвать ничего, кроме подозрений: группа женщин, одни из которых сопровождались мужьями, другие же раньше были бесноватыми, следует за холостым мужчиной, принимающим их в число своих учеников-мужчин. Кто были эти женщины? Что они делали среди мужчин? Они служили им, посвятив себя собственно женским занятиям: готовили еду, накрывали на стол, подавали блюда, приносили воду, мыли ноги. Являлись ли они ученицами Иисуса в том же качестве и с теми же правами, что и ученики мужского пола? [522]

Женщины с самого начала вошли в группу последователей Иисуса. Вероятно, кто-то из них пришел вместе с супругом [523] . Другие были одинокими, без какого-либо мужского сопровождения. Никогда не говорят о том, чтобы Иисус призывал их каждую по отдельности, как, похоже, произошло с некоторыми из числа Двенадцати. Вероятно, женщины сами подходили к нему, завороженные его личностью, однако они никогда не посмели бы за ним следовать, если бы Иисус не пригласил их остаться. Он ни разу не отстранил и не исключил их по половому признаку или из-за ритуальной нечистоты. Они «сестры», принадлежащие новой семье, которую создает Иисус, и их так же принимают во внимание, как и «братьев» [524] . Проповедник Царства допускает лишь ученичество на равных.

Мы знаем имена некоторых из них. И они далеко не единственные [525] . Мария из Магдалы занимает исключительное место, и ее всегда вспоминают первой, как Петра среди мужчин. Есть группа из трех женщин, похоже, наиболее близких к Иисусу: Мария из Магдалы, Мария, мать Иакова Младшего и Иосифа, и Саломия. Точно так же среди мужчин особой симпатией и дружбой пользуются Петр, Иаков и Иоанн. Нам также известны имена других очень любимых Иисусом женщин, таких как Марфа и Мария, которые принимали его в своем доме в Вифании каждый раз, когда он шел в Иерусалим, и с истинным удовольствием слушали его, хоть и, по всей видимости, не странствовали вместе с ним [526] .

Присутствие этих женщин, сопровождавших Иисуса вплоть до Иерусалима, было очень значимо в последние дни его жизни. Все меньше сомнений остается в том, что они принимали участие в Тайной вечери. Почему бы им не присутствовать на прощальном ужине, если обычно они ели вместе с Иисусом? Кто мог должным образом приготовить и подать угощение без женской помощи? Еще более абсурдным становится их отсутствие, если вспомнить, что речь идет о пасхальном ужине, одном из праздников, в котором участвовали женщины. Где иначе они могли бы есть Пасху, одни в городе Иерусалиме? [527] В эти дни все Двенадцать всегда собирались в этом доме Тайной вечери, даже после распятия Иисуса, и не одни, а «с некоторыми женами и Мариею, Материю Иисуса, и с братьями Его» [528] .

Реакция учеников и учениц на распятие Иисуса была разной. В то время как мужчины убегают, женщины продолжают быть преданными и, несмотря на запреты римлян на любое вмешательство в их криминальное дело, наблюдают за его распятием «издалека», а позднее смотрят на место его погребения [529] . Но, безусловно, ярче и важнее всего стала их главная роль в зарождении пасхальной веры. Первая весть о воскресении Иисуса связана с женщинами [530] . Принадлежит ли именно им первый опыт переживания Иисуса воскресшего? Трудно сказать что-либо с полной уверенностью. Вероятно, Марии Магдалине принадлежала ведущая роль. В христианской общине существовали две традиции: одна из них приписывала первый опыт Марии из Магдалы, а вторая закрепляла первенство за Петром [531] . С большей уверенностью ничего нельзя утверждать. Если Мария занимает первое место среди женщин, а Петр — среди мужчин, вероятно, обоим из них принадлежала важная роль в становлении веры в Иисуса воскресшего.

Присутствие женщин в числе учеников не было вторичным или маргинальным. Наоборот. Во многих аспектах они являют пример истинного ученичества. Женщины, в отличие от мужчин, не спорят о том, у кого будет больше власти в Царстве Божьем. Они привыкли всегда занимать последнее место. Их дело — «служить» [532] . И действительно, наверняка именно они больше других занимались тем, что «накрывали на стол» и выполняли другую подобную работу, однако не следует считать это служение их прямой обязанностью согласно рациональному распределению труда внутри группы. Для Иисуса это служение — образец отношений между учениками: «Кто больше: возлежащий, или служащий? Не возлежащий ли? А Я посреди вас, как служащий» [533] . Возможно, в определенный момент Иисус сам начинает прислуживать, примыкая к женщинам и показывая всем тот вектор, по которому ученикам нужно направлять свою жизнь. Согласно источникам, поведение женщин было примером ученичества для мужчин по своей отдаче, заботливому отношению и полной преданности Иисусу до самого конца, без предательства, отречения или его оставления.

Однако он никогда не называет этих женщин «ученицами», причина проста: в арамейском не существовало такого слова, которое можно было бы употребить по отношению к ним. Поэтому и в греческих евангелиях не говорится об ученицах. Феномен интеграции женщин в группу учеников Иисуса был столь новым, что в языке для него еще не существовало адекватного выражения [534] . Иисус не называет их ученицами, но ведет себя с ними как с таковыми.

При этом Иисус не мог отправить их проповедовать Царство Божье по галилейским селениям, по тем местам, где ходил он сам. Их слова были бы отвергнуты. Женщинам не позволительно было даже читать Слово Божье; они не могли говорить на публике. Как бы мужчины слушали их проповедь о Царстве Божьем? А если это было невообразимо, мог бы он отправить их вместе с мужчинами? Ведь в какой-то момент Иисус действительно отправил учеников «по два» [535] , и нельзя исключать возможность того, что он посылал вместе также и супругов или мужчину с женщиной. Известно, что женщины могли безопасно передвигаться по Галилее только в сопровождении мужчин. С одной стороны, мы точно знаем, что в первые годы существования христианской миссии большинство апостолов, братьев Господа, и, в частности Кифа, странствовали со своими «супругами» или «верующими женами» [536] . С другой стороны, вполне естественно, что мы не найдем женщин в числе Двенадцати — избранных Иисусом учеников, наводивших на мысль о восстановлении Израиля. Это символическое число напоминало иудейскому народу, сформированному двенадцатью родами, что по традиции они произошли от двенадцати сыновей Иакова.

Иисус с нежностью относился к ближайшим к нему женщинам, таким как Саломея или Мария, мать Иакова и Иосифа. У него были горячо любимые им подруги Марфа и Мария, сестры Лазаря [537] . Но самой лучшей и любимой его подругой была Мария, родом из Магдалы. Она занимает особое место в его сердце и в среде его учеников. Она никогда не является, подобно другим, в мужском сопровождении. Магдалина принадлежит Иисусу. Именно за ним она преданно следует до конца, становясь своего рода лидером среди остальных учениц. Она, несомненно, была первой, кто встретил Иисуса воскресшего, хотя Павел не посвятил ей ни одного слова в своем списке свидетелей воскресения.

Мария родилась в Магдале, в древней Тарихее, городе, расположенном неподалеку от Геннисаретского озера, в пяти километрах к северу от Тибериады, знаменитой своим производством по засолке и консервированию рыбы. Иисус проходил через Магдалу по дороге из Назарета в Капернаум. О жизни Марии нам ничего не известно. Но несмотря на то что ее жизнеописание изложено довольно скупо, оно многое проясняет в отношениях Марии с Иисусом. Женщина была одержима «злыми духами», и Иисус исцелил ее, из нее «вышли семь бесов» [538] . Это событие положило начало всему. До знакомства с Иисусом Мария вела беспорядочный образ жизни. Изможденная от внутренних терзаний, лишенная собственной идентичности, беззащитная жертва нечистой силы, разрушавшей ее, она не знала нормальной жизни.

Встреча с Иисусом означала для нее начало другой жизни. Впервые она встречает мужчину, который любит в ней ее саму любовью Божественной и нежной. В нем она открывает сущность своей личности. Впредь она не сможет без него жить. В Иисусе она находит все, чтобы быть живой и здоровой женщиной. Об остальных говорится, что они оставили все, чтобы следовать за Иисусом. У Марии же не было ничего, что можно было бы бросить. Иисус — единственный, кто может побудить ее жить. Ни один мужчина не обращался с ней так. Никто так не смотрел на нее. Долгие годы она пребывала в темноте, лишенная благословения Божьего. Теперь она чувствует Его как никогда близким благодаря исцеляющему присутствию Иисуса.