Чтение онлайн

Поскольку бруклинские богословы тоже выступают от имени бога, целесообразно предложить верующим совместно проанализировать вероучение свидетелей Иеговы. Приверженцы исповедания не должны бояться такого анализа, если убеждены в истинности своего учения. Здесь уместно привести выдержки из изданий «Общества сторожевой башни». В частности, И. Рутерфорд в своих сочинениях «Миллионы теперь живущих никогда не умрут» (с. 13), «Справедливый властитель» (с. 51) и «Разделение людей» (с. 30) писал: «Ложь и заблуждение всегда влекут к тьме, в тс время как истина всегда влечет к свету. Свет и истина всегда готовы открыться для самого тщательного исследования». «Для правдивой религии нет никаких причин для существования охранного закона от очернения или клеветы, так как то, что правдиво, открыто для наибольшей критики и наверняка выйдет из этой критики совершенно невредимым. Только блуд ищет, где бы спрятаться от проникающего света правды».

«Сами люди должны судить науки, которые приносят им руководители организаций». Подобные же рекомендации встречаем и в современной литературе свидетелей Иеговы. Например, в книге «Истина, ведущая к вечной жизни» говорится: «Мы не желаем, чтобы наше поклонение было напрасным, поэтому каждый из нас должен бы непременно проверить свою религию… Если мы любим истину, то нам не нужно бояться такой проверки» (с. 13).

Надо заметить, что приведенные выше советы адресуются приверженцам иных исповеданий. Здесь важно подчеркнуть лицемерие бруклинских «представителей бога на земле». Призывая верующих других конфессий «тщательно проверить свою религию», пастыри свидетелей Иеговы в то же время страшатся того, что их последователи подойдут с той же меркой к оценке внушаемого им вероучения. Советуя верующим других исповеданий «не принимать без точного основания никаких слов», богословы требуют некритического отношения, слепого доверия к их учению или, что то же самое, «думать так, как бог думает» («Вартова башта», 1975, № 11), то есть в рамках «духовной пищи», поставляемой «Обществом сторожевой башни».

Стремясь усыпить бдительность паствы, богословы внушают, что подчинившиеся воле «теократической организации» должны «полностью и исключительно» положиться на ее руководителей, думать только о том, как выполнить их указания. Не надо, мол, утруждать себя попытками разобраться в сути учения и деятельности конфессии, так как «истинные христиане» уже «не подвергаются опасности, что их введут в заблуждение» («Истинный мир и безопасность — откуда?», с. 51). Свидетелям Иеговы разрешают только «смиренно признавать, что спасающая жизнь истина приходит к ним от Иеговы через исполненную его духом организацию» («Сторожевая башня», 1968, № 11). Но точно то же внушают верующим наставники других исповеданий.

«Слуги Иеговы» запрещают своей пастве знакомиться с изданиями других церквей, боясь, что верующие заметят идейное родство между их «истинной» и «фальшивыми» религиями. Особенно пугает богословов возможность ознакомления свидетелей Иеговы с достижениями современной науки, в том числе атеистической. Авторы «Сторожевой башни» № 8 за 1968 год и № 11 за 1975 год (укр. яз.) пишут: «Некоторые христиане гордятся человеческой наукой и возлагают на нее надежды. Светское влияние может незаметно проникнуть в их христианскую науку… На человеческий опыт и мудрость, на философию и все науки невозможно надеяться относительно жизни… Поэтому незачем тратить много времени на мирские сочинения… Вера может ослабнуть из-за того, что мы читаем и задумываемся над критической литературой светских философов. Нам надо внимательно выбирать материал для чтения. Надо отбрасывать литературу, написанную лицами вне организации Иеговы». Такие запреты противоречат приведенным выше библейским текстам о необходимости «все испытывать», проверять.

Одним из важных принципов атеистического воспитания является уважительное и доброжелательное отношение к верующим, необходимость не допускать оскорбления их религиозных чувств. Такой подход к работе с верующими также помогает преодолеть барьер недоверия, установить психологический контакт с ними. Пропагандисту целесообразно подчеркнуть: он не собирается навязывать свидетелям Иеговы свои взгляды, а приглашает к совместному анализу учения и деятельности их организации, что не противоречит установкам Библии. При этом важно отметить, что социалистическое общество и сам пропагандист глубоко заинтересованы в судьбе каждого советского человека, в том числе верующего, что в нашей стране уважают всех граждан, которые добросовестно трудятся на благо общества. К таким людям относятся и многие свидетели Иеговы. Несомненно, аргументы пропагандиста будут восприниматься лучше, если верующий ощутит его человеческое тепло, глубокую убежденность в истинности научно-материалистического мировоззрения, искреннее желание помочь собеседнику расширить свой кругозор.

В связи с необходимостью создать атмосферу доброжелательности в атеистической работе со свидетелями Иеговы представляется нецелесообразным употреблять по отношению к ним понятия «иеговизм» и «иеговисты», «секта» и «сектанты», которые воспринимаются последователями вероисповедания как оскорбление. Да, кстати, и не отражают существа вопроса.

Первые два термина начали использоваться богословами католической и православной церквей по отношению к организации свидетелей Иеговы в 30— 40-х годах по аналогии с понятиями: адвентисты, баптисты и др. По мнению автора, это неправомерно, так как, во-первых, почти в течение 60 лет существования конфессии бруклинский центр звал своих сторонников «исследователями священного писания», словом «Иегова» пользовался лишь изредка, и только с 1931 года в связи с изменением наименования религиозного объединения его участники стали называться свидетелями Иеговы; во-вторых, тому же Иегове поклоняются приверженцы иудаизма и многих христианских течений, правда реже употребляя имя бога; в-третьих, это ведет к смешиванию свидетелей Иеговы с последователями Н. С. Ильина, называвшего своих единомышленников иеговистами. Зарубежные авторы также не употребляют понятия «иеговизм», «иеговисты» по отношению к организации свидетелей Иеговы.

Понятие «секта» (от лат. secta — замкнутая группа людей, учение, направление, школа) отражает период, этап в развитии нового религиозного течения, когда организованные группы верующих обосабливаются от ранее сложившегося вероисповедания в результате разногласий с его руководителями в толковании каких-то элементов религиозного сознания и культа. (Например, основатель адвентизма Миллер и тысячи его первых последователей на протяжении более 10 лет оставались группировкой в организации баптистов США.)

Чаще всего причины этих разногласий скрываются в социальных условиях жизни людей. Одни секты со временем прекращают свое существование. Другие — организационно отделяются от бывших единоверцев, различия между ними усиливаются. Некоторые секты перерастают в крупные международные религиозные организации, не имеющие никаких принципиальных отличий от объединений верующих, именуемых церквами. Между тем по традиции название «секта» за ними иногда сохраняется, что ведет к отождествлению этих двух понятий.

Организация свидетелей Иеговы за сто лет своего существования стала международной, имеет единую организационную структуру и существенные отличия в вероучении и культе от других христианских вероисповеданий. В связи с этим, видимо, логичнее было бы называть ее церковью, а не сектой.

На протяжении многих веков богословы внушали верующим негативное отношение к секте как еретической религиозной организации. Поэтому термин «секта» несет оттенок презрительности, пренебрежительности. Известно, что в прошлом секты, в том числе раннехристианские, нередко служили религиозной формой протеста масс против освящаемой господствующей церковью социальной несправедливости. В то же время они ослабляли существующие религиозные организации, критикуя их толкование религиозных догм и обрядов и перетягивая на свою сторону часть верующих.

Тематика атеистической работы со свидетелями Иеговы и их окружением может быть примерно такой: показ несостоятельности вероучения (идейные истоки, социальная обусловленность, антинаучность, логическая противоречивость в толковании догматов, противоречия между ними и Библией); отрицательная роль учения в современной идеологической борьбе; критика учения о «церкви Христовой»; антигуманный характер и несостоятельность догматического обоснования миссионерской деятельности; антигуманность религиозной интерпретации норм морали. Повышению эффективности атеистической работы способствовали бы циклы лекций или бесед на указанную тематику. Одновременно необходимо проводить беседы о величии коммунистических идеалов, советском образе жизни, достижениях нашей страны в строительстве лучшего будущего, подлинном демократизме и гуманизме социалистического общества, Конституции СССР, свободе совести, законодательстве о религиозных культах и др.

Говоря об идейных истоках, неоригинальности учения бруклинских богословов, нужно побудить верующих задуматься над причинами их приверженности организации свидетелей Иеговы. Важно также показать отсутствие принципиальных различий между бруклинскими «богооткровенными истинами» и другими христианскими учениями, которые свидетели Иеговы именуют фальшивыми. Сравнение первых со вторыми показывает, что основные положения вероучения свидетелей Иеговы присущи и другим разновидностям христианства, но имеют несколько подновленное, иногда наукообразное толкование, учитывающее опыт иных исповеданий.