Император песчаных карьеров. Трилогия
Шрифт:
А прямо перед собой и частью на коленях, Кашкай разложил настоящие сокровища – перья, костяные обломки, обрывки цветных лент и прочий хлам, который любой здравомыслящий человек давно выкинул бы в мусор.
Занимался шаман тем, что неторопливо, с толком и расстановкой восстанавливал на голове своё немыслимое «гнездо».
– Не дам! Духи против! – тут же отбрехался он, заметив подходящего капитана.
– Не это, дурень, – беззлобно, кажется даже с усмешкой буркнул Рагнар. – Вот тут у тебя что? Ты где это взял?
– В одной из палаток, вчера вечером. Духи сказали, пригодится, – Кашкай недоверчиво зыркнул на него, но поняв, что на бесценное барахло никто не посягает, широким жестом предложил капитану осмотреть всё остальное, мимоходом отодвигая кошель поглубже в угол у стены.
Рагнал поднял одну связку веточек с засохшими листьями, придирчиво понюхал. Потом стал перебирал глиняные посудинки.
Я следил за этим только краем глаза, поджаривая на костре остатки баранины и очень стараясь сделать так, чтобы костёр не дымил. Всё и так плохо – зачем привлекать излишнее внимание?
Впрочем, одно всё же было хорошо. Добравшись до прохлады и хоть относительно надёжного убежища, Сульфур наконец уснул. Он спал, не дойдя даже до присмотренной лавки в центре стены напротив той, где устроился Кашкай. Кажется, он присел, чтобы расшнуровать сапоги, да так и свалился, сладко растекшись щекой по согнутому локтю.
Я не собирался его перетаскивать и уж тем более будить – даже ради трапезы. Перебьётся. Потому что в кои-то веки он молчал, и это было просто прекрано!
Мне оставалось только следить, чтобы костёр не чадил и мясо не сгорело, а думалось под это занятие великолепно.
Итак, что мы имеем? Мы в розыске, но это уже не новость. Запасов еды хватит ненадолго, а воды – и того меньше. Хорошо бы выйти к цивилизации, по возможности в какое-нибудь не самое оживлённое и густонаселённое место. Глухая деревня вполне подойдёт. Хотя лучше – оседлая, памятуя о привычке кочевников продавать своих гостей в рабство.
Или сдавать имперцам – ещё хуже, и лично для нас с капитаном равносильно смерти, без вариантов.
При этом нам нужен врач. Нужен срочно! Я-то пока держусь, но если не подлатать ногу Гелиосу, у него – к гадалке не ходи – начнётся заражение крови, и тогда дела его плохи.
Да и Рагнару, конечно же, необходим новый протез. С ним-то капитан привык управляться за столько лет. А вот без него наверняка чувствует себя жалким калекой. И чем дольше это тянется, тем глубже он будет увязать в этом ощущении. А тут ещё потеря корабля, плен, пытки, казнь (хоть и несостоявшаяся), друг Якуб, с которым – встретившись после стольких лет – тут же и пришлось прощаться, уже навсегда…
Не всякий такое выдержит. И я совсем не удивлюсь, если не сегодня завтра наш бравый Рагнар Железная Рука, человек который научил меня выживать в этом странном мире, высмотрит впереди особенно ненадёжный бархан или проплешину зыбучего песка, и скажет…
– Возьми вот это, – сказал неслышно шагнувший к костерку Рагнар. – И вот это ещё. Вскипяти воды, только посуду сначала как следует почисти. Настаивать два часа, потом промоешь раны – себе и мальчишке, – он кивнул на Гелиоса.
Тот явно слышал, но даже не повернул головы, обеими ладонями прикрыв сквозь заскорузлую повязку рану и беззвучно шевеля губами. Наверное, молился.
Я удивлённо взглянул на капитана. Тот коротко кивнул, и в уголке его губ, кажется, притаилась понимающая улыбка. Ну а как же? Плох тот путешественник, который готов от пустячной царапины отправиться к праотцам, и не знает, что делать. Такие в Пустыне долго не живут, а Рагнар Железная Рука бороздил песчаные просторы годами…
Всех премудростей, что были ему известны, мне, конечно, не удалось постичь за краткое время пребывания в этом диковинном мире. И совершенно зря я всего минуту назад предавался кислым мыслям. Потому что мой старый друг и наставник оставался собой несмотря на все невзгоды, выпавше на его долю. Это по-прежнему был тот самый Рагнар… даже если по воле случая он временно лишился своей знаменитой Железной Руки.
Наскоро перекусив (мы честно оставили Сульфуру его долю, однако будить его было всё-таки выше наших сил), я принялся за организацию полевого госпиталя. Хотел было привлечь Кашкая, но тот вернулся к сооружению гнезда на голове, так как «духам не нравится, когда важное дело прерывают ради неважного».
Удивительно, что против перерыва на пожрать духи ничуть не возражали…
Так что пришлось нам с Рагнаром браться за дело. Для начала я отскоблил песком всё тот же котелок, а потом под чутким руководством капитана принялся за изготовление целебного состава.
Рагнар ворчал, что руки у меня не из плеч, и что он сам справился бы куда лучше, попутно объясняя, из каких компонентов местные делают снадобья, и как и что ими можно лечить.
Я слушал вполуха, размышляя, как бы достать капитану новый протез. «Только золото» сказала бы лекарка с волшебными таблетками… а денег снова было немного. Впрочем, в данном случае одного золота было мало, да и чудодейственная пилюля не помогла бы.
Надо было ещё найти мастера, который не станет болтать. Предпочтительно глухонемого, и не слишком преданного империи… а это было ох как непросто. Особенно пока мы сидим посреди пустыни со скудными запасами провизии и воды, и не имеем чёткого плана, куда двигаться дальше.
За этими размышлениями зелье успело не только свариться, но и настояться, и даже остыть. Я помог Гелиосу промыть рану (кажется у паладина начинался жар, и это было совсем скверно, да он и без того так намучился, что даже не стал отнекиваться от помощи).
Затем обработал и свои травмы, которые – в сравнении – казались жалкими цараминами, но всё равно досаждали и могли воспалиться в любой момент. Настой на пустынных кореньях попахивал странно, но жжение унял почти мгновенно – так что я даже удивился.
– В здоровом теле – здоровый дух! – сообщил Кашкай, подойдя к паладину, который как раз примеривался поудобнее наложить повязку из смотанного валиком уже использованного бинта. – И духи говорят, это может помочь!
Он раскрыл ладонь, на которой обнаружился небольшой камешек округлой формы.
– Ну-ка, дай сюда, – потребовал я. На вид это был обычный кусок серой гальки. – Не дури, Кашкай. Это что – народная медицина?
– Да! – с гордостью объявил шаман. – Духи довольны и велели передать, что это обязательно ему поможет.
Поколебавшись, я на всякий случай передал камень Рагнару. Тот осмотрел его со всех сторон, кажется, даже понюхал – и только пожал плечами.
– Во всяком случае, он неядовит, – фыркнул капитан. – Так что хуже точно не будет. Веришь в удачу, паладин?