Император песчаных карьеров. Трилогия
Шрифт:
Обговорив некоторые детали, мы душевно распрощались и отправились каждый по своим делам. Я собирался узнать, что сказал Рагнару доктор, а также обсудить предстоящий поход с Гелиосом. Но не тут-то было.
Как оказалось, врач как раз был у Рагнара (что поделать, «утро» в пиратском городе понятие весьма растяжимое, к тому же тогда, когда никто никуда не спешит). Доктор выглядел солидно: дородный мужчина лет пятидесяти с едва наметившимся брюшком и скромной ухоженной бородкой.
Он подробно объяснил, что протез ставить можно, но сначала следует провести подный курс анализов, убедиться, что сердце и нервная система пациента в порядке (ведь в порядке же?), а также исключить нагрузки и любые стрессы (судя по всему, уважаемый пациент не бережёт себя в последнее время, это очень и очень неосмотрительно с его стороны)…
Далее последовали подробные инструкции, указания о правильном образе жизни, список предстоящих исследований, ещё более подробные промеры, которые понадобятся мастерам, чтобы изготовить новую железную руку…
В этот момент явился посыльный от Марты. Нам он принёс завтрак; тяжело груженая тележка поскрипывала колёсиками по камню, чуть не прогибаясь под обильным содержимым тарелок и плошек на пятерых. Сульфур ошалело уставился на это, скосив глаза (видно успел испробовать стряпни с уроненной поутру сковородки).
Господина доктора же Марта приглашала на завтрак к себе. Что было очень кстати: мне и так было ясно, что восстановление протеза – процесс долгий и дорогостоящий. Хорошо, что платить придётся не мне… если, конечно, удастся выжить в предстоящей заварухе.
Впрочем, в данный момент было дело куда поважнее, и только закрылась за доктором дверь, как я немедленно потребовал от спутников ответа.
По словам их словам, как только прибыл врач, Гелиос куда-то отправился. Естестенно, даже не подумав предупредить хоть кого-нибудь, куда.
Побродив по дому и осмотрев окрестности, я не заметил ничего необычного. Марта была у себя и не велела её тревожить, занимаясь какими-то собственными делами. Во дворе суетились – в город прибыл богатый караван, и предводитель ожидал возможности обратиться к Марте, вероятно с дарами и просьбой о разрешении на торговлю.
Пару раз осторожно спросив у пробегавших мимо подручных, я выяснил, что воин, остановившийся в гостях у госпожи, с час назад вышел за ворота, никого ни о чём не спрашивая. Нехорошее предчувствие, успевшее зародиться в душе, взвыло и превратилось почти что в панику. Хмель от вина, выпитого с Эмиром стремительно улетучился, да и выпил-то я от силы пару кружек.
Стараясь не привлекать нездорового внимания, я выскочил за ворота и быстро пошёл по узким каменным улочкам, оглядываясь по сторонам. Расспрашивать всех подряд, не видел ли кто паладина было бы, мягко говоря, неуместно. Так что оставалось рассчитывать только на себя и на удачу.
Однако, мне не повезло. Осмотрев ближайшие улицы и не обнаружив пропажи, к полудню я вернулся на рынок, чтобы найти Гелиоса. И, к своему ужасу, нашёл.
Глава 23
Паладин стоял посреди демонологического ряда и сжимал за горло тощего торговца. Вокруг валялись опрокинутые клетки, из которых разбегались мелкие бесы. Чёрные, мохнатые, размером с кошку, они визжали и метались между ногами покупателей.
Торговец хрипел, болтая ногами в воздухе. Гелиос легко удерживал его одной рукой, лицо паладина было белым от ярости.
– Ты торгуешь богомерзкими тварями, – цедил Гелиос, – запертыми в клетки, как безобидный скот.
– Это… просто бизнес… – сипел торговец.
К месту происшествия уже стягивалась охрана рынка. Четверо вооружённых мужиков: лица у них были злые, походка уверенная, а дубины в руках – увесистые.
Протиснувшись сквозь толпу зевак, я подбежал и схватил Гелиоса за плечо.
– Отпусти его! Отпусти немедленно! – рыкнул я, надеясь, что если паладин послушается прямо сейчас, досадный инцидент ещё можно будет как-то замять и списать на несчастный случай.
– Он торгует демонами как домашней скотиной, – в ответ прорычал паладин.
Я сменил тактику и спешно понизил голос до свистящего шепота:
– Если ты не заметил, мы не в империи, святоша! Здесь свои правила! Устроишь побоище – и нас вышвырнут из города. А может быть, и того хуже.
Гелиос скрипнул зубами, стальная хватка нехотя разжалась. Торговец рухнул на прилавок, сминая ценные свитки, хватаясь за горло и кашляя. Охранники подошли ближе, выразительно помахивая дубинками, и задали именно тот вопрос, на который я не вполне готов был отвечать.
– Что здесь происходит?
Я выставил ладони вперёд в умиротворяющем жесте. В деловом мире обычно ценятся люди, умеющие бесконфликтно выходить из пиковых ситуаций.
– Недоразумение, – объявил я максимально миролюбиво. – Мой друг немного перенервничал. Но мы сейчас же уходим.
– А с этими что? – ближайший амбал отмахнулся окованной железом дубиной от назойливого беса, норовившего ущипнуть его за штанину.
– Знать не знаю, уважаемый, – я мгновенно принял недоуменный вид. – По всей видимости, клетки почему-то открылись. Может, замки плохие?
Это предположение было неслучайным. Такая бесовская мелочь хороша была только для одного: кому-нибудь напакостить. Запущенный в дом бес переворачивал, ронял и бил всё, что можно было перевернуть, уронить и разбить; а после, как правило, скрывался в неизвестном направлении.
Открыть замок эти твари могли запросто, что охотно проделывали, из чисто спортивного интереса уничтожая, например, ценные бумаги в тайниках. Кроме того они обладали чем-то вроде коллективного разума. Так что стоило выпустить одного, как процесс приобрёл каскадный характер.
– Дед, – охранник устало водрузил дубину на прилавок рядом со стариком, только-только начавшим приходить в себя. – Ну сколько раз тебе повтороять? Не таскай ты с собой эту пакость. А таскаешь, так на замках не экономь. Говорил я тебе, что ещё раз такое будет, и…
Дальше я не слушал. Схватил паладина за локоть и, осторожно отступив сначала шаг, потом другой, потащил прочь. Гелиос пытался гневно выдернуть руку, но шёл. Мелкие бесы разбегались по рынку, вызывая визг и ругань в разных местах. Однако судя по всему, здесь и такое временами случалось.