Чтение онлайн

Барса и его люди бились рядом. Чернокожий здоровяк орудовал подобранным паладинским мечом, который в его лапищах выглядел как зубочистка, и каждый удар валил врага, как бык валит забор.

Золотистый росчерк пронёсся в какой-то ладони от моего собственного лица – Сульфур выстрелил. Последней «волшебной» стрелой. И она поразила бородатого офицера, того самого, с браслетом, прямо в лицо. Световая стрела вошла в левый глаз, прожгла череп и вышла из затылка, разбрызгав содержимое на двоих паладинов позади. Офицер рухнул, и чёрное пламя на его ладони погасло, а конструкты, созданные им, расплылись чёрными лужами.

– Стрел нет! – сообщил Сульфур, несмотря на колчан, полный тщательно отобранных и наверняка подходящих снарядов, откладывая лук и подбирая с песка паладинский меч. – Великий Сульфур проявит доблесть в ближнем бою!

И лучник бросился в свалку – как был, босой, со сломанным ребром, размахивая чужим мечом с яростью, которая компенсировала отсутствие техники. Три удара, два промаха: один попал в наплечник паладина, отколов кусок металла. Ответный удар рассёк Сульфуру левое плечо, но лучник не заметил, увлечённый процессом.

Кашкай не дрался. Шаман сидел на сером песке, обхватив голову руками, и раскачивался из стороны в сторону, беззвучно шевеля губами. Может быть, наконец услышал духов? Впрочем, мне было совсем не до этого.

Я сражался неразлучным топором. Первый воин в белом плаще напал слева, и я ушёл от удара, нырнув под светящееся лезвие, и рубанул в колено. Топор вошёл между пластинами наколенника легко, как в масло. Я даже не почувствовал усилия, хотя, казалось бы, должен был уже рухнуть от усталоси в обморок – три демона на марше должны были сожрать все силы ещё несколько минут назад…

Паладин завопил и рухнул в пыль. Второй атаковал справа, и я едва успел подставить топорище. Святой клинок должен был бы рассечь дерево, но рукоять выдержала. Я ударил навершием топора в забрало шлема, металл легко, как-то даже покорно вогнулся, и паладин отшатнулся, хватаясь за лицо.

Третий, крупный, без шлема, ударил меня щитом в грудь – я отлетел на два метра, рухнув на спину. Кристалл Воды за пазухой полыхнул, и я потянулся к нему магией. Влаги в воздухе Мёртвых Земель не было, но кристалл успел восстановить собственный запас. Я вытянул из кристалла поток и ударил им в лицо летящего добивать паладина. Водяной бич хлестнул по глазам и носу, и воин ослеп, хватая ртом воздух. Я вскочил и рубанул его топором в шею, выше кольчуги.

Кровь брызнула на серый песок. Я не посмотрел на тело. Некогда.

Конструкты дрались с моими демонами. Чёрные безликие фигуры наседали на Шу стаей, как охотничьи лайки; волк огрызался, рычал и рвал их на куски, но куски срастались, потому что конструктами управляли двое оставшихся паладинов с браслетами.

Левиафан обвил троих паладинов щупальцами и сжимал, но остальные рубили его водяное тело святыми мечами, так что пар стоял столбом. Ракшас крушил всё подряд, не разбирая, и серый песок покрылся пятнами чёрной и красной крови, перемешанными в жуткую мозаику.

И всё же… мы проигрывали. Нас было меньше, мы были ранены, а воины Ордена, даже потеряв командиров, дрались организованно и жёстко. Из корабля подоспело подкрепление, наверное, резервная группа. Каждого убитого заменял другой, и конструкты восполняли потери. Ракшас ревел, но двое паладинов с чёрными браслетами создавали конструктов быстрее, чем четырёхрукий демон успевал их уничтожать.

Голова кружилась. Кровь из носа текла не переставая, и перед глазами плыли чёрные пятна. Печать горела четвёртым лучом; мельком скосив глаза, я обнаружил, что он проступил окончательно, чётко и ярко, рядом с тремя предыдущими. Уже четыре из девяти. Почти половина пути к точке невозврата… Тело ощущалось чужим, как костюм, надетый наизнанку, мысли путались, как провода в серверной после урагана.

Александр Сергеевич Ветров. Бывший менеджер среднего звена. Силы кончаются, демоны слабеют, союзники падают один за другим. Через пять минут мы все будем мертвы, и правда о машине умрёт с нами. Мир продолжит умирать от жажды, и зелёные поля, о которых мечтает Сульфур, останется картинкой в старой книге.

И тогда из-за бархана показались всадники.

Сначала я принял их за мираж. Очередной фокус Мёртвых Земель, где не было ни звуков, ни жизни, ни надежды. Но всадники были настоящими. Десятки фигур на верблюдах, выплывавших из серой дымки горизонта, как корабли из тумана. Верблюды были огромные, боевые, в доспехах из кожи и металла на груди и боках. Всадники кутались в тёмные плащи из верблюжьей шерсти, а лица их были скрыты повязками из-под которых поблёскивали чёрные глаза.

Это были кочевники, собравшиеся в боевой поход. И, честно говоря, в любых других обстоятельствах было бы куда разумнее держаться от них подальше, ибо в понимании кочевых племён кучка израненных измождённых путников – это такой же товар на продажу, как, скажем, золото или провиант.

Но во главе колонны ехал человек без повязки. Загорелое лицо, хищный профиль, чёрные глаза, в которых горел знакомый безрассудный огонёк… и левая рука, заканчивающаяся обрубком, перевязанным кожаным чехлом. На поясе висел меч, источавший неестественное жаркое марево, заставлявшее дрожать воздух вокруг лезвия.

Эмир – авантюрист из Стамбула, который ушёл из Порт-Каракума с караваном на «денежное дело», и обещал вернуться, когда «станет совсем интересно» – не толкьо вернулся, но и привёл с собой армию.

– Александр! – заорал Эмир, перекрывая грохот боя. – Как обычно уже влип в историю? Ну ничего! Кавалерия прибыла!

Я не мог ответить – так запыхался в безандёжной, казалось бы, схватке. Но при виде Эмира и его орды что-то внутри меня, какая-то последняя преграда, помогавшая сберечь остатки сил, лопнула, и вместо пустоты хлынула ярость, чистая и горячая, как расплавленный металл.

Кочевники налетели с фланга. Шестьдесят, может семьдесят всадников обрушились на паладинов, как лавина обрушивается на деревню. Верблюды врезались в строй, сбивая воинов массой, тяжелые ноги крушили шлемы и рёбра. Кочевники рубили саблями, кололи копьями, стреляли из арбалетов в упор. Крики, лязг, хруст, и серый песок Мёртвых Земель впервые за тысячи лет впитывал столько крови.

Эмир спрыгнул с верблюда и врезался в свалку, как нож в масло. Ифритский клинок раскалился добела, и каждый удар оставлял за собой дымящийся след. Паладинские доспехи плавились при контакте с лезвием; первый же воин, попавший под удар Эмира, получил рану от ключицы до самого пояса, и рухнул в песок дымящейся грудой.

– Скучал, Александр! – крикнул авантюрист, рубя второго паладина обратным ходом. – Караван до Астрахани оказался до одури скучным! Три недели с верблюдами и сушёной рыбой! Представляешь?!

– Как ты нас нашёл?! – прохрипел я, уклоняясь от меча и рубя топором в открытый бок атакующего паладина.

– Кочевники с юга засекли крейсер! – Эмир парировал удар, обезоружил паладина приёмом, который я не успел разглядеть, и воткнул раскалённый клинок ему в горло. – Я был у племени Красного Скорпиона, вербовал наёмников для нового контракта! Увидел имперские корабли над Мёртвыми Землями и понял, что это наверняка связано с тобой! Потому что с тобой всегда всё связано!