Чтение онлайн

Немец оживился, забыв о патетике:

— Нужен генеральный план! Чёткое зонирование — где будут торговые кварталы, где жилые, где ремесленные мастерские. А потом — аукцион! Пусть платят за право строить в определённых местах. На эти деньги можно финансировать общественные здания — бани, фонтаны, мощение улиц!

Я задумался. Идея была здравой. Хаотичная застройка превратит Угрюм в типичный средневековый город с кривыми улочками и плотной деревянной застройкой, где огонь перекидывается с дома на дом за считанные минуты.

— Начнём с университетского городка, — решил я. — Студенты, даже из простонародья, часто имеют деньги. А преподаватели — люди не бедные, с соответствующими запросами. Сервис вокруг академии может стать золотой жилой и для предпринимателей, и для казны Угрюма.

— Именно! — воскликнул фон Штайнер. — Книжные лавки, переплётные мастерские, кофейни для учёных диспутов, прачечные для студентов!

— Составьте план размещения коммерческих объектов. Через неделю проведём первый аукцион. Потом масштабируем на весь город.

Архитектор кивнул, но тут же перешёл к следующему вопросу:

— Кстати, маркграф, для ускорения строительства нужно наладить собственное производство стройматериалов. Сейчас мы делаем кирпич и черепицу кустарно, под каждый объект отдельно. Но если планируется массовое строительство, нужны печи для обжига, формы для кирпича, мельница для цемента, этого презренного порошка!..

— Согласен. Займусь этим лично, — я встал из-за стола.

Карл Фридрих был тем ещё фруктом, но его идеи о развитии города открывали новые возможности. Угрюм рос быстрее, чем я планировал, и пора было направить этот рост в нужное русло.

Попросив Захара послать за Сазановым и Арсеньевым, я собрался с мыслями. Столько дел и так мало времени…

Не прошло и четверти часа, как в кабинет вошли господа артефакторы. Сазанов — седовласый мужчина лет шестидесяти с аккуратно подстриженной бородкой — выглядел как типичный академический профессор. Арсеньев же, несмотря на молодость, имел усталый вид человека, проведшего слишком много бессонных ночей за работой.

— Господа, у меня для вас необычное поручение, — начал я без предисловий. — На фоне обострения отношений с Владимиром нужно обеспечить защиту наших вассальных территорий. Все, кто подписал соглашения о протекторате, а также все, кто назвал меня своим сюзереном — все они уязвимы как для Бездушных, так и для человеческих войск.

Сазанов нахмурился:

— Простите, воевода, но что именно вы предлагаете? Усилить их гарнизоны?

— Нет. Я хочу, чтобы вы создали защитные барьеры.

Арсеньев захлопал глазами:

— Барьеры? Как тот купол, что защищал Угрюм во время Гона? Но я же не знаю принципов его создания! Я видел, как он работает — отражает атаки, дезориентирует врагов, но как он был сделан…

— А я и вовсе впервые слышу о таком, — добавил Виктор с нескрываемым интересом. — Купол над целым поселением? Это же требует колоссальных затрат энергии!

— Именно поэтому для деревень нужны упрощённые версии, — кивнул я. — У нас в запасах восемьдесят семь крупных кристаллов. Каждый может стать ядром локального барьера — не такого мощного, как наш, но способного продержаться несколько часов против серьёзной атаки.

Артефактор достал записную книжку:

— Но как? Я никогда не создавал ничего подобного. В академии учили делать личные щиты, защитные амулеты, но барьер на целое поселение…

— Это древняя техника, — пояснил я. — Почти забытая. Но принцип не так сложен, если знать основы.

Следующие полчаса я объяснял им теорию — как правильно настроить резонансные контуры, чтобы кристалл проецировал защитное поле не вокруг себя, а создавал купол заданного радиуса. Какие руны использовать для стабилизации и автономной активации при приближении угрозы. Как связать барьер с защитниками поселения через кровные якоря, чтобы он различал своих и чужих.

Сазанов слушал с горящими глазами учёного, открывшего новую область знаний:

— Невероятно! Это же революция в защитной магии! Почему этому не учат в академиях?

— Потому что мало кто помнит эти техники, — уклончиво ответил я.

Максим быстро чертил схемы:

— Крупный кристалл может поддерживать барьер в течение полусуток при умеренной нагрузке. Если атака интенсивная — часа три-четыре максимум.

— Этого достаточно, чтобы дождаться подкрепления, — согласился я. — Если кристаллов не хватит, Зарецкий поможет синтезировать недостающие из мелких. У нас их больше четырёх тысяч. Сколько времени потребуется? — спросил я, когда закончил объяснения.

Сазанов переглянулся с Арсеньевым:

— Это совершенно новая для нас область… Неделя на эксперименты и создание первого рабочего прототипа, потом по два дня на каждый артефакт, если всё пойдёт гладко. В общем, около трёх недель на все населённые пункты.

— Приступайте немедленно. Приоритет — ближайшие к Владимиру поселения.

Я перевёл разговор на другую тему:

— Есть и ещё одна задача. Фон Штайнер справедливо отметил, что для ускорения строительства нужно наладить собственное производство материалов. Кирпич, черепица, цемент — всё это сейчас делается кустарно, что замедляет работы.

Арсеньев оживился:

— Я могу создать артефакты для обжиговых печей! Стабильная температура, равномерный нагрев, минимум топлива. А для формовки кирпича — механические прессы с рунической активацией.

— А я займусь цементной мельницей, — добавил Сазанов. — С помощью воздушной магии можно организовать непрерывный помол без участия рабочих. Только засыпай сырьё и забирай готовый продукт.

— Отлично. Подготовьте расчёты и смету, как закончите с барьерными артефактами. Нужно, чтобы производство заработало до зимы.

Маги откланялись, унося с собой мои наброски по защитным барьерам. Я откинулся в кресле, размышляя о предстоящих расходах. Каждый проект требовал вложений, но без инфраструктуры Угрюм так и останется захолустной деревней.

Три дня спустя я сидел в переполненном зале бывшего склада, превращённого в театр. Градский не обманул ожиданий — помещение преобразилось. Грубые стены задрапированы тканью, импровизированная сцена освещена десятками светильников, ряды скамей заполнены до отказа. Рабочие пришли семьями — мужчины в выходных рубахах, женщины в праздничных платках, дети, примостившиеся на коленях родителей.