Чтение онлайн

Пожалуй, Кэт или Фиэл Ралтоэ не нашли бы в этом ничего удивительного. Тэрк-связь она и есть тэрк-связь. На Венте и Веоре каждый дом такими кабинами оборудован. Правда, там станцию назначения выбирать приходится. А здесь — единственная линия. Да, на межпланетное расстояние, ну и что? Между Вентой и Веором тоже есть тэрк-связь, а взаимное движение второй планеты системы и спутника пятой куда сложнее, чем планеты и её единственного спутника.

Лиад же за три тысячи лет так и не смог привыкнуть к этой чудесной конструкции, которая в мгновение ока переносила с одной планеты на другую.

Он легко дотронулся до дверной ручки, и дверь отъехала в сторону. Здесь не признавали тяжёлых дверей. Все двери под Куполом были скорее символами разграничения пространства, чем реальными преградами. Правда, вроде как есть двери шлюзов, ведущих из Купола наружу. Там приходится удерживать не разумных существ, а воздух. И тут уж лёгкими ширмочками, скользящими на невидимых рельсах, не обойдёшься.

Выйдя из кабины, Лиад оказался в чем-то вроде парковой аллеи — коридоре, стены которого были то ли образованы, то ли сплошь увиты ветвями вьющихся растений. Он закрыл за собой дверь, которая ярко-жёлтым пятном засияла среди зелени, и решительно направился вперёд.

Коридор-аллея вывел его на большую лужайку, посреди которой располагался причудливой формы пруд. От пруда во все стороны разбегались дорожки, аллеи и каналы. У начала каждого пути стояла скульптура какого-нибудь зверя или птицы. За исключением того, из которого он вышел. У входа в коридор, через который шёл путь к Даору, лежала необработанная глыба гранита, поросшая лишайниками — символ обитаемой планеты.

У других коридоров стояли: дельфин, вырезанный из моржовой кости в традиционной технике северных зверобоев, грубо вытесанная из гранита сова, кованый из железа бобёр, плюшевая лань, пень со множеством зелёных побегов, литая бронзовая кобра и голографическое изображение пантеры. Всем, кто общался с Силами более одного раза, было прекрасно известно, что стиль и техника исполнения говорит о хозяине этого своеобразного герба куда больше, чем изображённое животное.

Лиад подумал несколько секунд и направился к мраморной арке с двумя ионическими колоннами. На вершине арки восседал изваянный в классической технике орёл.

За аркой начинался ещё один коридор-аллея. Метров через пятьдесят этот коридор раскрылся в просторное пространство (отчасти настоящее, отчасти голограмму), посреди которого возвышался скалистый холм. У подножия холма располагалась мощёная площадка с фонтанчиком и мраморными скамейками.

Лиад присел на скамейку и стал ждать. Ждать пришлось недолго. Буквально через несколько минут из-за скалы появился Хозяин Ветров. Он выглядел крепко сложенным мускулистым человеком, одетым в длинную тунику с поясом. На вид ему можно было бы дать лет тридцать пять-сорок. Если, конечно, на минутку забыть, что это существо старше, чем почти все человеческие цивилизации.

— Рад тебя видеть, Лиад.

— Приветствую тебя, Хозяин Ветров.

— Что-то ты сегодня один. Заскочил просто так, поболтать?

— Нет. Просьба есть непосредственно у меня.

— ???

— Мне нужна родная планета этого парня-телепата.

— Вот прямо вся планета и лично тебе?

— Вся планета, но не то чтобы лично мне. Мне нужно, чтобы эта планета не досталась Хельмуту. Мы здесь, на Даоре, на протяжении восьми веков пытаемся совместить нашу магию с технологиями Галактики. При полном содействии этой самой Галактики. И безуспешно. А Кеалор, познакомившийся с технологиями без году неделя, в плену у людораков, с представителем совершенно неизвестной ему цивилизации в качестве партнёра, за несколько месяцев ухитрился задействовать компьютеры в сложном процессе магического целительства. И судя по той информации, которую собрали планетологи, он там не один такой. Это школа.

— Но что заставляет тебя думать, что мы отдадим эту планету Хельмуту?

— Уровень развития там вроде как низковат для немедленной интеграции в Федерацию. А оставить эту планету «дозревать» вряд ли получится. Людораки там хорошо наследили. Это видно хотя бы потому, что федеральный флот уже успел отбить у людораков несколько тысяч уроженцев этой планеты, которых использовали для строительства оборонительных позиций. Насколько я помню, пока что все освобождённые планеты, откуда людораки массово вывозили рабов, доставались Хельмуту.

— Обе, скажем так. А тебя не волнует та планета, откуда происходит Джив Маррес?

— Не волнует. Во-первых, Джив Маррес ничего особенного собой не представляет. Толковый хакер, не теряется в необычных обстоятельствах, но таких на любом факультете Computer Science в Федерации двенадцать на дюжину. Во-вторых, Ачжантея всё равно достанется Федерации. Хельмут не возьмёт планету, где есть реактивная авиация и даже примитивные межпланетные корабли.

— Допустим, мы отдадим тебе планету, о которой ты просишь. И что же ты будешь с ней делать? Кто будет наводить там порядок, лечить раны, нанесённые ноосфере планеты людораками, подготавливать её к контакту? Лично ты? Но ты для них никто. Такой же захватчик, как и людораки. Не говоря уже о том, что у тебя и здесь работы хватает.

— У меня есть одна мысль. Этот самый Кеалор тал Альдо на своей планете во-первых известный вождь сопротивления, а во-вторых может претендовать на трон в крупнейшем тамошнем государстве. И при этом его любимая девушка — планетолог, работавшая на этой планете в составе экспедиции ГПА. Вот их двоих, пожалуй, население планеты примет. И с задачей они справятся.

— А они согласятся?

— Кеалор мне показался патриотом своей планеты. Или во всяком случае своей страны. А опыт путешествий по Галактике легко расширяет понятие «моя страна» до планеты. Что касается Кэт, то прошло чуть больше двух недель с тех пор, как Кеалор её исцелил. Но по-моему она тоже любит эту планету. Даже больше, чем Кеалора. Хотя бы потому, что она осталась там на нелегальном положении, когда эвакуировалась экспедиция. Кроме того, у нас… у ВКФ есть освобождённые рабы-иргантийцы. Собрать из них корпус влияния, посмотревший на жизнь в Федерации и желающий перенять её лучшие черты, труда не составит.

— Хм, федеральный планетолог в роли императрицы и корпус влияния из нескольких тысяч человек, насмотревшихся на чудеса технологического мира. Ты уверен, что получится лучше, чем у Хельмута?

— Ну, здесь у нас получилось.

— У вас? У вас были мы, и пока вы тут радостно таскали разнообразные блестящие технологические штучки и красовались перед неопытными веорийцами своим имиджем крутых магов, мы буквально чудом удерживали вашу культуру в стабильном состоянии. Ты у Хозяйки Знаний или Хозяйки Речи спроси.

А там то, с чем с трудом справились мы, всем экипажем с двадцатитысячелетним опытом работы с именно вашей цивилизацией, придётся выполнять этой девочке-планетологу. И опереться будет почти не на что. Опыта интеграции средневековой цивилизации в космическую нет ни у Федерации, ни у Хельмута. Федерация, кстати, сейчас на Леадо лепит ошибку за ошибкой, хотя тамошняя цивилизация уже додумалась до паровой машины, ежедневных газет и лозунга «свобода, равенство и братство».

В общем, подумать над твоим проектом стоит, но хотелось бы, чтобы парень и девушка знали, на что подписываются.

Значит, так. — Хозяин Ветров щёлкнул пальцами, и в воздухе перед ним раскрылся голографический экран. На экране виднелась карта Галактики с нанесённой текущей стратегической обстановкой. — Судя по тому, как развиваются события, вопрос об Ирганто Федерация и Хельмут поставят перед Кругом Сил не раньше чем через полгода. Эти полгода у нас есть на подготовку. Я говорю «у нас», потому что если ребята согласятся взять на себя ответственность за планету, то готовить их придётся нам, Силам. А на твою долю ляжет подготовка освободительной армии. Вернее, техническая работа по сбору пленных, добыче оружия и инструкторов. Командовать с самого начала должен Кеалор.