Чтение онлайн

– О чем ты говоришь? – Джодар нахмурился, глядя Шексу прямо в глаза.

– Расскажи мне лучше, что ты знаешь о Круге Совершенства?

– Круг Совершенства? – Шемит машинально переспросил, отводя глаза и пытаясь вспомнить, где же именно он слышал подобное название прежде.

– Языческий религиозный культ, стремящийся… – тут он запнулся. – Стремящийся к уничтожению всего сущего и погружению мира в абсолютную чистую пустоту безликого хаоса.

– Верно, – согласился архидемон, коротко кивнув головой.

– Последние упоминания о Круге Совершенства были задолго до полного уничтожения языческого мира и создания нашей светлой Империи.

– А вы действительно верите в то, что языческий мир вами уже уничтожен? Как же это будет забавно! – Джодар промолчал, испытующе глядя на белого человека в грязной одежде, будто бы сидевшего на старом срубленном дереве. – Человеческая наивность, самое главное наше оружие, – повторил Шекс кажется с огромным удовольствием. – Разумеется Круг Совершенства существует. И они стремятся уничтожить все сущее. И все, к чему вы привыкли, стереть в порошок.

– Разве такое возможно?

– Запомни, человек, нет вещей, которые вообще невозможны. Невозможно это просто слово в вашем жалком языке. Есть вещи, которые вы не в состоянии себе представить. Или выполнить. Но если кто-то один, уже представил себе что-либо, пусть даже самое невозможное на свете, значит, есть небольшая вероятность того, что кто-то другой сможет потом все это сделать реальным.

– Это ересь, демон! Предвечный Бог никогда не допустит подобного!

Шекс снова засмеялся и эхо от его смеха с жадностью поглотила царившая вокруг пустота, прикрытая видимостью мира.

– Бог это бесконечная любовь. Столь бесконечная, что гибель вашей земли, он даже не заметит. Бесконечность его от этого вовсе не уменьшится, равно как и не станет больше. Она просто изменит свой вид. Но ты вряд ли поймешь это когда-либо!

Джодар испытал вдруг острый приступ гнева, от которого, как ему показалось, мир вокруг начал оживать на глазах. На неподвижных, будто нарисованных, деревьях вокруг заиграли загадочные тени, краски вокруг стали ярче и кажется даже послышалось далекое дуновение холодного ветра.

– Не тебе, козломордый, говорить мне о том, что такое Бог! – его руки сжались в кулаки, а в голосе вспыхнула злоба. Сын всей погибели, что ты можешь знать о том, что такое Создатель?!

– Ярость! Как это приятно. В конечном итоге, это будет твоим самым сильным и скорее всего самым последним оружием. Даже если Бог существует и он такой же как ты и почти такой же как я, не думаешь ли ты, что для чтобы предотвратить смерть вашей жалкой пуговицы ему нужны какие-то вещи и средства. А вдруг мы с тобой именно они и есть?

– Зачем тебе, проклятый, спасать мой мир? Разве его гибель не является вашей основной задачей?

– Не говори как все. Мне становится скучно! Ты же совсем не такой! Совсем не такой глупый! Гибель Империи Грез и падение религии Света, смерть сотен тысяч людей совсем не означает исчезновения целого мира. Это просто перемена, на которую в нашем мире никто даже не обратит особого внимание. Словно у нас случился роскошный пир, который вы и без того устраиваете нам достаточно часто. А вот сущность людей, это по-настоящему интересно. Всем тем, кто находится тут за тонкой чертой. Ваш мир, постоянно и беспрерывно питает мой. Все ваши грязные секреты, ваше злоба, глупость, похоть, жажда крови, желание причинять боль другим. Все это на вкус нам всем слаще самого густого и темного тростникового сахара. Приятней самого прелестного старого вина.

– Понятно! – Джодар кивнул головой, прекращая перечисления.

– И тебе и мне нужно, чтобы все осталось как было. Ты можешь менять свои пуговицы как угодно. Принимать новые законы, придумывать различные пустые и глупые правила. Поднимать восстания и развязывать войны ради добра или зла. Делать все, что пожелаешь. В нашем мире всем наплевать. Пока суть людей неизменна, мне до этого нет никакого дела. И именно за то, какими вы станете, тут идет настоящее сражение. Я тут, потому что твердо верю, что однажды мы окончательно победим. Ваши души безгранично грязны и порочны. И очень-очень приятны на вкус.

– Выходит, мой мир для вас что-то вроде хлева? В котором мы, как откормленные глупые свиньи ждем, когда нас заколют к обеду?

– Почти! Вопрос только в том, кто в итоге сожрет вас первым. Вы можете выбрать, к кому попадете на стол самостоятельно! Будем это мы или те, кого вы отчего-то называете армией Света! Твори зло и тебе к нам! Делай добро и это сделают светлые! Только не говорите мне, что есть какая-то разница! А что в этом может быть столь удивительного? Вы же сами именно так и делаете с овцами и свиньями в своем собственном мире. Отчего вы вдруг решили, что никто могущественнее вас не может сделать ничего подобного с вами?

Он ничего не стал отвечать. Потому что демон в некотором роде был абсолютно прав. На армию Света он разуметься наговаривал, на то он и звался падшим. И это ни для кого на самом деле не было секретом, что зло жило и питалось другим злом. Так было написано в святой книге, из-за которой когда-то давно началась долгая и кровопролитная война. Но почему-то все теперь ежедневно умудрялись про все сказанное крепко и основательно забыть. Включая и его самого. Просто читая молитвы и делая поклоны, в которых на самом деле не было ни малейшего смысла! Сейчас, к сожалению, и одновременно скорей всего к счастью, не было времени говорить с ним о морали, нужно было успеть узнать у него как можно больше, пока не закончилось время.

– Расскажи мне подробней про конец света и про Круг Совершенства.

– К сожалению, есть правила мирозданий, согласно которым я не могу рассказать тебе все, что ты пожелал бы услышать. Ибо ты пришел сюда с совершенно другим вопросом, на который я уже дал тебе самый простейший и правдивый ответ из всех возможных. Поэтому теперь я могу лишь направить тебя. Разбираться с судьбами своей пуговицы тебе придется самому. Эти правила никто не в силах нарушить. Даже я сам.

– Но если есть ты, то должен существовать противовес. Почему тогда армия Света не старается что-либо сделать?

Сейчас казалось, что Шекс разговаривал с кем-то, чья глупость была совершенно абсолютной, и не было ни времени, ни сил, ни тем более возможности хоть как-то это поменять даже на короткое мгновение этой беседы. А Джодару-Мэйсу, по его внешнему виду, на это было ровным счетом наплевать.

– Кто сказал тебя, что они ничего не делают? – в данный момент они говорят с теми, кто в состоянии их слушать, как я сейчас разговариваю с тобой.