Чтение онлайн

— Ох, черт. Я тоже забыла. У тебя есть?

— Подожди.

Как я мог быть таким беспечным, таким безрассудным? Раньше такого не случалось. Проведя рукой по волосам, я иду в свою спальню, затем в смежную ванную. У меня было всего три презерватива с собой, и я планирую использовать их все сегодня вечером с Мэгги. Я надеваю латекс, когда возвращаюсь в главную комнату, обнаруживаю ее, прислонившуюся к стеклу, ее пальцы смело работают между ног, пока она смотрит на меня.

Я чуть не спотыкаюсь. Madre di dio, это очень сексуально.

— Продолжай, — говорю я, приближаясь. — Повернись и дай им посмотреть на тебя.

Она колеблется, ее нижняя губа исчезает между зубами. — Не лучше ли тебе понаблюдать за мной?

— Я планирую смотреть в отражение, как я трахаю тебя сзади. — Я машу рукой. — Повернись, красотка. Выпяти свою задницу.

Она медленно поворачивается лицом к стеклу, подперев себя одной ладонью, а другой рукой продолжая работать над клитором. Я окидываю взглядом ее длинные ноги и упругую задницу, изгиб ее поясницы, и я оказываюсь на ней в мгновение ока. Схватив ее бедро, я прижимаю головку своего члена к ее входу и замираю. — Готова?

— Боже, да.

Я скольжу внутрь, обтягивающие ткани сжимают мой член, как кулак. Так горячо, так туго. Я бормочу несколько ругательств и покачиваю бедрами, умирая от желания погрузиться по самую рукоятку. Мэгги помогает мне, наклонив таз и оттолкнувшись, чтобы помочь мне войти полностью, и вскоре наши тела соединяются. Я провожу ладонью по хребтам ее позвоночника, чувствуя ее мягкую кожу, одновременно пытаясь удержаться от того, чтобы кончить прямо сейчас.

— Cazzo, bella.13 Ты чувствуешься так чертовски хорошо.

— Такой большой, — бормочет она. — Боже, твой член. Я не могу... Тебе нужно двигаться.

Я немного выхожу, а затем снова погружаюсь. Мэгги скулит, и я делаю это снова. Я хотел дать нам обоим время привыкнуть, но она не желает этого. Положив обе руки на стекло, она смотрит на меня через плечо. — Давай. Трахай меня жестко, Вито. Я хочу почувствовать это завтра.

В этот момент я теряю способность думать, как будто мой мозг отключается, и я становлюсь машиной, мои бедра работают, пока мой член снова и снова вбивается в нее. Стекло отражает ее великолепное лицо — ее выражение расслабленное от удовольствия, ее веки трепещут — и я не могу отвести взгляд. Она откидывает волосы и испускает эти соблазнительные стоны, которые сводят меня с ума.

Ощущение нахлынуло на меня, удовольствие сжимает мой пах, и ее тело содрогается с каждым ударом моих бедер. Пот катится по моим вискам, но я не останавливаюсь. Я не могу. Мои яйца шлепают по ней, воздух вокруг нас становится влажным, и я все еще чувствую запах ее киски на своем лице. Я не знаю, как долго я смогу продержаться.

— Твой клитор, — выдавливаю я сквозь стиснутые зубы. — Заставь себя кончить. Сейчас.

Она кладет предплечье на стекло и проводит свободной рукой между ног. Результат почти мгновенный. Ее стенки сжимают мой член, и она откидывает голову назад.

— О, боже. Да... черт!

Это слишком для меня. Прилив начинается в моих пальцах ног, пробегает по моим бедрам, моим яйцам, затем выходит из головки моего члена. Я кричу в потолок, мои бедра дергаются, когда оргазм пронзает меня, член пульсирует в латексе, снова и снова, пока я едва могу стоять.

Когда он проходит, я обмякаю у нее на спине. Я не могу вспомнить, когда в последний раз я так сильно кончал. Я все еще дрожу, черт возьми. Я стону, медленно выходя, держась за презерватив. Ее киска распухла и намокла, и я хотел бы видеть, как моя сперма вытекает из нее.

— Боже мой. — Задыхаясь, она поворачивается и прислоняется к окну. — Это было нереально.

На соседнем столике лежат салфетки, поэтому я заставляю свои ноги нести меня, чтобы справиться с презервативом. Когда я вымыт, я падаю в кресло, закрыл глаза и пытаюсь отдышаться.

— Не возражаешь, если я возьму воды?

Я рассеянно машу рукой. — Угощайся.

Я слышу, как она подходит к мини-бару и открывает его. Дверь закрылась.

— О, конфетка. Можно?

Как она может сейчас думать о еде? — Конечно. — Когда я открываю глаза, она приближается ко мне с бутылкой воды. — Grazie, — говорю я, взяв ее из ее руки и открутив крышку.

Она кладет в рот несколько круглых цветных конфет. — Ну, спасибо. Мне было весело. Я просто схожу в туалет, а потом уйду.

Мой глоток воды чуть не попал не в то горло. Я сглатываю и хмурюсь. — Ты не уйдешь.

Ее брови сходятся в очаровательном замешательстве. — Вито, я кончила дважды. Ты кончил. Это было потрясающе, и теперь все.

— Ты разве не слышала, что я сказал, что планирую трахать тебя всю ночь? Мы только начали.

— Правда? — Она засовывает в рот еще одну конфету, пока ее глаза очень медленно скользят по моему телу. Мой член оживает под ее задумчивым карим взглядом. — Потому что ты выглядишь довольно измотанным.

Я отталкиваюсь от стула и одним плавным движением поднимаю ее на плечо. Она пискнула, и коричневая обертка падает на ковер. — Моя конфетка!

— Не волнуйся, — говорю я, неся ее в спальню. — Я найду что-нибудь еще, чтобы положить тебе в рот.

3

...

Сейчас

Вито

Винодельня Fiorentino, Нью-Йорк

Я наблюдаю за лицом брата, покрасневшим от смущения, его рот не может вымолвить ни слова. Передача плохих новостей была моей специальностью, поэтому я решаю взять дело в свои руки.

— Он пытается сказать тебе, — спокойно говорю я ей, — что он проиграл твою винодельню.

Я наблюдаю, как она борется с этой информацией, и как медленно на ее лице проступает понимание. Я могу подождать. Терпение также было моей специальностью.

Это также дает мне время осознать ее присутствие на винодельне.

Имей план. И запасной план. Так я функционировал, так я выживал, но это — ее присутствие здесь — не было частью ни одного из планов.

Мне очень нравятся женщины, но нежелательные привязанности и ожидания не были идеальными для мужчин в моем мире. Я узнал это еще подростком, когда влюбился не в ту женщину. Теперь я делал все возможное, чтобы избежать повторения.

За исключением Мэгги, которая сейчас здесь, в моей новой винодельне. Если бы ее шок не был полностью искренним, я бы мог заподозрить, что она и ее брат придумали эту схему, чтобы заманить меня в ловушку. Но она не знала. Я очень хорошо разбираюсь в людях, и ее удивление на сто процентов настоящее.