Чтение онлайн

Боже, я хочу задушить своего брата. Наши родители сейчас наверняка перевернулись в своих гробах.

— Allora. Вот ты где.

На глубокий итальянский баритон я сажусь на корточки и отряхиваю руки. Вито Д'Агостино стоит в нескольких футах от меня, снова в своем шикарном черном пальто. Дьявол носил Prada, вот уж точно.

Моя бейсболка защищает большую часть зимнего света, но мне все равно приходится щуриться на него. — Чего тебе, Вито? Я немного занята.

— Просто интересно, почему ты не присутствовала и не подписывала документы.

Чтобы увидеть, как он злорадствует? Чтобы позволить ему стать свидетелем моего горя? Нет, спасибо. — Возможно, тебе стоит немного узнать о твоих новых инвестициях, босс. Видишь ли, это работающая винодельня. Моя работа — гарантировать, что мы действительно выращиваем виноград для производства вина. Понятно?

Он задумчиво наклоняет голову и смотрит на меня, выражение его лица ничего не выражает. — Это будет проблемой?

Я не могу больше терпеть ни секунды, стоя на коленях у ног этого человека, поэтому я встаю. — Ты, владелец контрольным пакетом акций моей винодельни? Да, это будет очень большой проблемой. Огромной проблемой. Так почему бы тебе не поторопиться вернуться в Торонто и не дать мне сделать мою работу?

— Я знаю, что это удар по твоей гордости, — я издаю сдавленный звук, но он игнорирует меня, — но неужели ты слишком упряма, чтобы понять, какую пользу это может принести тебе?

— Выгода мне? Я потеряла почти все. — Я скрещиваю руки. — Какая мне от этого выгода, поясни?

Вито лезет в карман пальто, и моя кровь становится холоднее, чем воздух вокруг нас. Я отступаю на шаг и оглядываюсь в поисках помощи. Это оно? Он собирается убить меня?

— Успокойся, — говорит он, затем протягивает пачку сигарет в руке, затянутой в перчатку.

— Ты куришь? — Я не чувствовала от него запаха дыма в ту ночь, когда мы были вместе. Сигарет тоже не было.

— Не в казино, конечно, — он открывает пачку и достает сигарету.

Шок проходит, и я рявкаю: — Не кури возле моих виноградников.

Его брови опускаются. — Почему нет? Мы же снаружи.

— Это может испортить растения. Господи!

Он вздыхает и убирает сигареты. — Мэгги, подумай. Ты сама сказала, что винодельня не приносит прибыли. Считай меня инвестором. Я хочу все здесь усовершенствовать и заработать нам всем кучу денег.

Он заставляет это звучать так легко, так заманчиво. — Ты хочешь сказать, что эти деньги приходят без всяких условий?

— Какие условия?

— Я не знаю. Поэтому и спрашиваю.

Пальцы в перчатках потирают подбородок. — Я не придаю этому большого значения.

Мне не нравится, как он потер лицо, словно собирается сообщить плохие новости. — Правда? Потому что ты кажешься тем типом, кто определенно об этом думает.

Он уставился в землю, но я вижу, как дернулись его губы. Он борется с улыбкой? — Ты права, — сказал он. — Я планирую переименовать винодельню в честь моей семьи.

— Абсолютно нет. Ни за что на свете.

Когда он встречается со мной взглядом, в его глубоких синих радужках нет ни уступки, ни тепла. Сексуального игривого мужчины из нашей совместной ночи нигде не видно. Он относился ко мне как к помехе, а не как к женщине, которую он заставил кончить семь раз. — У тебя нет выбора. Это уже прописано в контракте.

Мой живот болезненно скрутило. Это не может быть правдой. Слишком взбешенная и обиженная, я не остановилась, чтобы прочитать контракт, просто написала свое имя и выбежала наружу. — Ты не можешь изменить название. Мы потратили более шестидесяти лет на создание бренда Fiorentino.

— Бренд, который, как ты сама сказала, терпит неудачу.

— Это неважно. Люди знают наше имя и узнают наши вина.

— Они также узнают мое имя. Это просто займет время.

— Зачем ты это делаешь? — Я поднимаю руки и беспомощно опускаю их по бокам. — Я не понимаю. Рэкет и шантаж не приносят достаточного дохода на севере?

Что-то дернулось в его выражении лица, крошечная трещина в его внешности, но исчезло, когда он подошел ближе. Я не могу отступить, не растоптав лозы, поэтому я остаюсь совершенно неподвижна. Края его расстегнутого пальто коснулись моих бедер, когда он наклонился. — За эти штуки платят очень хорошо, на самом деле. Но это не все, что я делаю на севере. Хочешь полный список?

Мне это не нужно. Я могу предположить, основываясь на том, что знаю о Луке Бенетти. Наркотики, мошенничество. Вероятно, убийство.

Я сглатываю. — Ты собираешься использовать мою винодельню для отмывания денег, да?

Палец в перчатке скользит по моей челюсти, и его голос становится соблазнительным. Больше похожим на голос мужчины из казино. — Я не знаю, bella. Возможно?

Меня пробирает дрожь, которую я списываю на холодную погоду. — Возвращайся в Торонто, Вито. Оставь винодельню в покое.

Он напевает глубоко в груди, пока его палец нежно скользил по моему горлу. — Знаешь, я думаю, что я останусь здесь на некоторое время. Нужно убедиться, что мои инвестиции используются разумно.

Я отталкиваю его руку. — А что обо всем этом подумает твоя жена? Разве она не задается вопросом, где ты сейчас?

— Ты думаешь, все жены привязаны к своим мужьям? — Его рука падает, и он увеличивает расстояние между нами. — Увидимся, Мэгги.

Я смотрю, как он уходит, его широкие плечи заполняют гладкое пальто, дизайнерские туфли хрустят по холодной земле. Я чувствую себя такой бессильной, такой ярой. Этот человек разрушил мою жизнь.

Не задумываясь, я поднимаю замерзший комок листьев и земли. Затем я отвожу руку назад и бросаю комок со всей силы. Комок земли попадает ему прямо между лопаток, и коричневая пыль взрывается на его драгоценной шерсти.

Он замирает, потом оглядывается через плечо. — Ты что, бросила в меня грязь?

— Упс. Она соскользнула.

Я ожидаю ярости, но он одаривает меня полуусмешкой, продолжая идти вдоль ряда виноградных лоз. — Ты продолжаешь меня удивлять, Мэгги.

Он удивлен? Ничего из этого не было смешным. — Возвращайся в Торонто! Никто тебя здесь не хочет видеть!

Он не отвечает. Просто продолжает идти к середине виноградников, где тропа ведет обратно к главным зданиям. Проходя мимо, он кивает другим сотрудникам, членам моей команды, которые ухаживают за виноградниками зимой. Несомненно, все задавались вопросом, кто этот человек, почему он здесь.

Сообщил ли Майки персоналу? Это была его ответственность, потому что я, конечно же, не делала этого объявления.

Привет всем. Мой брат проиграл кучу денег в покер торонтскому гангстеру, а взамен гангстер забирает винодельню. Разве это не здорово?