Чтение онлайн

Не очень-то верилось в силу настоек и магических заклинаний.

– Нет, ирагонцев он не победит, - с неким сожалением сказала Бригитта.
– Их победят свены.

Вот теперь всё запутались окончательно. Причем здесь свены? Где они, а где Акелония?

– Изабелла, ты не даешь мне ничего объяснить!
– не выдержав прикрикнула всегда уравновешенная леди Бригитта.
– Вечно перебиваешь, когда дело касается твоего брата! Ты можешь минутку помолчать и послушать?!

– Я помолчу, - согласилась баронета, чуть отступив и поджав губы.

Её глаза в упор смотрела на распорядительницу женских покоев, внимательно следя за каждой её эмоцией на лице. Так Изабелла надеялась заметишь ложь, если та попытается хоть что-нибудь скрыть от неё. Всё-таки жизнь её дорогого брата на кону. Если вдруг свены не захотят участвовать в такой рискованной авантюре. Тем более, что у них пока хрупкое перемирие с Ирагоном. Вроде бы полномасштабной войны нет, но вылазки на территории друг друга они делают регулярно.

– Принцесса Игона находилась в своем поместье на Юго-Востоке Ирагона. Сейчас её обоз пересёк провинцию Дарлан, и направляется к границам Свенов. Так они хотят сократить путь. Сама понимаешь она путешествует инкогнито, без опознавательных знаков.

Никаких флагов, штандартов, гербов. И этим мы воспользуемся. Твой брат поедет в зимовье княжича Ратмира. Там встретится с сотником Яросветом и всё ему расскажет. Дальше будет уже забота сотника, как направить его княжича в сторону обоза. Потом дождётся нужных нам вестей и вернётся в Акелонию.

У леди Бригитты был действительно коварный план, лишённый всякого сочувствия к чужеземной принцессе. Даже если её не убьют свенские ратники, то потом, выкупив из плена, убьют по приказу родного отца. Как представительницу императорского рода, опозорившую честь семьи, задушат шелковой лентой. Женщины Ирагона собственность отца, а потом мужа. Любая, упавшая на их честь тень, это пятно на репутации владеющего ей мужчины и смыть это пятно может только смерть виновницы. Никто не будет разбираться в правдивости обвинений. Никому нет дела жертва она или виновница.

Просто придёт палач и убьёт.

Может, и к лучшему. У Ванса IV больше нет дочерей. Эта единственная и любима. Но любимая не настолько, чтобы сохранить ей жизнь, нарушив закон.

И эту мерзость Альфред пытался навязать привыкшим к свободе акелонцам. На мгновение представив невинную девушку с лентой на шее, в душе Изабеллы что-то ёкнуло. Жалость или совесть? Баронета так и не поняла, потому что воображение нарисовало другую картину. Изабеллу стоящую на эшафоте. Ну, уж нет! Пусть лучше Игона, чем она.

Выпрямившись, как струна, и так же хитро посмотрев на заговорщицу, дочь Морны Хараз согласилась отправить брата к свенам. Она не сомневалась, что Крис пойдёт на такое подлое дело. Ведь его благородство никак не пострадает. Он будет всего лишь гонцом.

ЧАСТЬ 7. Без силы нет власти, а без власти нет силы. ГЛАВА 1.

Леди Бригитта и на этот раз оказалась права. Принц победил. И победил малой кровью. Как только отряд во главе с Эдуардом ворвался в покои королевского совета, большая часть присутствующих тут же перешли на его сторону. Канцлеру Самешу ничего не оставалось делать, как сдаться на милость сына почившего короля. Леди Лайона, прижимая к себе своего бастарда, слёзно молила простить её. Она всего лишь глупая женщина, наивностью которой воспользовался подлый граф Самешхольд. Её мальчик невинное дитя!

О милости не осмелились молить лишь королева и принцесса. Супруга покойного Альфреда хранила молчание, вознося безмолвные молитвы Великому Клирку и перебирая петли на молитвенной верёвке, а её дочь принцесса Мирцелла шипела, будто кобра, проклиная своего брата. Только Эдуарду эти проклятия были побоку. Он без колебаний приказал запереть венценосных женщин в восточной башне королевского замка, пока не решит что с ними делать.

А вот Самешу и леди Лайоне не повезло. С ними наследник престола не церемонился. Заговорщиков тут же отвезли в Хазгард. Но, прежде, чем отправить фаворитку Альфреда в подземелье тюрьмы, у неё отобрали сына. Мальчик остался при дворе под присмотром сэра Чемиса, доказавшего свою преданность принцу. И судя по всему эта преданность не имела границ. Командир легковооруженных пехотинцев без лишних эмоций убивал во славу нового короля даже тех, кто бросал мечи.

Обезумевшие вопли леди Лайоны сотрясали стены королевских коридоров, когда её тащили в повозку для преступников. Женщина отчаянно пыталась вырваться, зная, что больше никогда не увидит сына живым. Но жалости она ни у кого не вызывала. Одно лишь презрение. Как может мать рисковать жизнью собственного ребёнка ради власти, которой у неё никогда не было и не будет. Соглашаясь участвовать в заговоре против истинного наследника трона, леди Лайона прекрасно осознавала, чем это грозит мальчику в случае их провала. И вот они проиграли. Жизнь бастарда теперь была в руках молодого короля. А вернее жизнь ребёнка зависит от советников. Посчитают ли они опасным для Эдуарда бастарда покойного короля. А они так уже посчитали. В этом горе-мать была уверена. Фаворитка Альфреда вопила, плакала и проклинала всех, кто хоть пальцем коснётся её малыша. Но, всё было напрасно. Леди Бригитта задолго до этого неудавшегося переворота решила судьбу бастарда. Мальчик прожил всего неделю. Его, всегда отличавшегося от своих сверстников хорошим здоровьем, вдруг поразила какая-то странная болезнь. Сильные боли в животе с поносом и рвотой буквально за сутки забрали сына леди Лайоны в чертоги вечного сна. Бедный ребёнок пал жертвой взрослых амбиций. Ему бы жить и жить, но злые дяди и тети всё решили за него...

Бросив в Хазгард заговорщиков, Эдуард объявил своё правление новой эпохой для Акелонии. Эпохой, в которой Касс будет править с Хараз. Он вышел к своему бунтующему народу рука об руку с последней наследницей рода свергнутого короля Эдгара ll.

– Акелонцы!
– во всё горло закричал Эдуард, стоя на балконе, с которого когда-то выступали короли прошлого.
– Я Эдуард из рода Касс, объявляю своей невестой Изабеллу баронету Кормак, дочь вашей возлюбленной принцессы Морны Хараз! Да будет славиться её имя в веках! Мой народ, мы все помним нашу старую веру! Где сын наследует от отца, а дочь от матери! Я унаследовал свою корону от Альфреда Касс! Пусть он получил её кроваво, но получил! И это право у него никто не отнимет, как и у меня! Теперь я ваш король! Отныне и пока бьётся моё сердце! Но, Изабелла унаследовала свою корону от матери! А это, значит, она королева! И чтобы на нашей земле наконец-то воцарился мир, я возьму её в жёны! Мы будем править вместе! А наши дети навсегда соединят род Касс и род Хараз во имя свободы и процветания Акелонии! Мы едины! Король и народ!

И толпа разразилась таким ликованием, что их крики радости слились в один сильнейший гул, способный снести многовековые стены королевского замка. Слова Эдуарда означали возвращение былых порядков, где не было места пренебрежению простым народом. Король и народ - едины! Едины, как и раньше. Конец тирании чужой для акелонцев веры.

Изабелла стояла рядом с принцем и, смотря на ликующих людей, не могла поверить, что её жизнь меняется. И меняться к лучшему. Из фаворитки в невесты короля. Из опальной дочери Морны Хараз в королевы. Правда, до короны осталось всего ничего. Всего несколько шагов. И то, к чему Изабелла стремилась последнее несколько месяцев осуществится. Она станет королевой. Но, эти маленькие шаги к её цели чьи-то жизни. Призрак Ирагонской принцессы всё ещё витал чёрной тучей в лучезарном небе королевской невесты. Что делало триумф Изабеллы не полным.

Пока баронета отпаивала настойками леди Бригитты своего брата, Эдуард вершил свою справедливость, прислушиваясь к новому канцлеру. Ушлый граф Бауори с лёгкостью совмещал должность канцлера и советника Тайных Дел, помогая молодому королю принять нужное решение. И первое, что он посоветовал - это побыстрее короноваться.

Так враги Эдуарда пусть не смирятся со своим поражением, но приутихнут, а шпионы из Тайных Дел смогут вывести их на чистую воду. Вторым его советом было казнить Самеша и леди Лайону. Но перед этим допросить обоих как следует, чтобы те, назвали своих сообщников.

Если с первым советом Эдуард согласился, то второй вызывал сомнения. Казнить, конечно, надо, но пытать. К тому же, пытать женщину. Нет, на это молодой король никак не соглашался.

– Это необходимо, - настаивал канцлер Бауори, подсовывая готовый указ.
– Только так мы сможем выявить всех заговорщиков.

– Но, леди Лайона женщина, - возмущался пока ещё не коронованный король.
– Я не могу начать своё правление с такой мерзости, как пытка женщины! Пытайте Самеша, а её просто казните.