Чтение онлайн

Здорово устав, мы возвращались к шлюпке в самом благостном расположении духа. Даже успели поиграть с Луной, прежде чем солнце затмила тень «Рассветного Путника».

Флейм закинула пустой ящик на заднее сиденье и устроилась рядом. Волосы растрепались, а лицо раскраснелось, но она довольно улыбалась, обнимая Луну.

Я мысленно пожалела, что у Лиума не было шанса так же выпустить пар — в конце концов, и ему было за что дуться на «Терру» и некоторых преподавателей. Но, видать, не в этот раз.

Заведя мотор, я подняла шлюпку в небо, и мы вскоре вернулись на дирижабль.

Вернулись мы к ужину. Не найдя Лиума в столовой, я взяла его порцию и отправилась к каюте.

У двери пришлось простоять добрых пять минут, пока её наконец открыли.

— Кушать подано, — улыбнулась я.

— О, — удивился парень. — Спасибо! А что, уже время?

— Да, — я нахмурилась, проходя в комнату. — Чем ты тут был занят, что не заметил, как полдня прошло?

— Ну… — задумчиво протянул друг, перебирая механическими пальцами. — Осваивался в роли Эдварда Элрика. Смотри, они теперь слушаются меня, почти как родные! Я даже могу держать в руке карандаш! — восхищённо добавил друг, взяв протезом указанный предмет канцелярии. Он так и норовил выпасть, и было заметно, что удерживать его стоит механику усилий, но его радость от этого была несоизмеримой.

— Теперь перекрасишься и волосы отрастишь? — хмыкнула я, поставив поднос с едой на стол. — Часы–то как у него ты уже сделал.

— Не думаю, что мне пойдёт блондином, — засомневался парень. — Может, разве что, рыжий…

— Не помню рыжих персонажей с механической рукой, — задумалась я, и мысленно добавила — «Зато помню ещё одного рыжего, покусанного Луной».

— Флейм всё ещё злится? — как бы между делом уточнил парень, и я кивнула. Лиум вздохнул. — Она говорила, что лезть к Луне очень опасно. Но мы так часто играли вместе, что я не воспринимал её слова всерьёз…

— Думаю, вам стоит поговорить.

— А она будет меня слушать?

Я с сомнением повела плечами.

— Вот и я не думаю.

Мы немного посидели в тишине, обдумывая, что делать.

— Ты кушай, а то всё остынет.

Лиум неопределённо кивнул, и прошёл к столу.

— Что делали? — поинтересовался он, наконец пробуя стряпню.

— Тарелки били, — улыбнулась я, откинувшись на спинку стула. — Знаешь, было весело. Даже парочку посвятили «Терре» и нашим преподам.

— Дай угадаю: зато все, что кинула Флейм, она сопровождала проклятиями в мой адрес.

Я посмотрела на него и покачала головой.

— Зря ты так. Да, она злится, но знаешь… Когда она узнала, что произошло, то сама вызвалась облегчить твой протез и расширить ему функционал. И очень волновалась о тебе.

Лиум удивлённо уставился на меня, перестав жевать. Так, будто сама мысль о том, что Флейм могла беспокоиться из–за него, казалась ему абсурдной.

— Думаю, она так злится именно потому, что ты подверг опасности не только жизнь Луны, но и свою, — добавила я. — Луна может быть очень опасной, и она прекрасно это осознаёт. Потому и запретила к ней приближаться. Так что… Надеюсь, вы скоро помиритесь.

Парень ничего не ответил — только задумчиво кивнул. Как только он доел, пришёл Ксант, и они стали увлечённо болтать о новых возможностях механической руки. Сначала подмастерье, конечно, активно выспрашивал, как тот себя чувствует, и красочно описал, в каком шоке он был, обнаружив друга в луже крови в машинном отделении посреди ночи. Почтальон рассказал ему увлекательную историю о том, как получил эту травму — разумеется, без единого упоминания Луны и того, что он пытался сделать. Я улизнула пораньше, а они засиделись до ночи.

Почти весь следующий день Лиум тренировался, и с каждым часом у него получалось всё лучше.

Помимо этого, он активно думал, как извиниться перед Флейм. Она разок зашла к нему со словами «О, ты не умер? И славно», и на этом их разговоры в тот день закончились.

Но Лиума это, очевидно, не устраивало. Он позвал меня, чтобы устроить мозговой штурм на тему «Как помириться с Флейм, если она и так по жизни тебя ненавидит».

— Были бы мы в городе, я бы посоветовала купить ей одну из тех фигурок, что она хотела, или новые инструменты, — размышляла я.

— Но здесь их не сыщешь, — вздохнул парень.

— Это да.

Мы помолчали.

— А может?..

— Да не, не вариант.

— Ну, да.

Ещё помолчали, уставившись в пол.

— Есть одна идейка, — вдруг оживилась я. — Если договориться с Питом…

— Торт примирения? — спохватился бортмеханик.

— Торт примирения, — довольно кивнула я.

Не теряя ни минуты, мы двинулись к коку и около получаса упрашивали его освободить камбуз и выделить ингредиенты. Парень отнекивался, но потом всё же решил уступить, и мы приступили к делу.

Первый раз на подобные меры нам пришлось пойти, когда мы совершенно случайно узнали, что пропустили день рождения подруги. Это было на первом курсе, и за свою дырявую память мы испекли огромный торт, после которого механик всё простила и сказала, что, на самом деле, тут всё же ошибка, и день рождения у неё в следующем месяце. А обижалась она за разбитую деталь, которую Лиум легко заменил новой.

На этот раз парень провозился на камбузе весь вечер и часть ночи, прежде чем оставить коржи пропитываться ягодно–сливочным кремом. Я всё норовила ему помочь, но друг был непреклонен: сам накосячил, самому и разбираться. В конце концов, я просто сидела там за компанию до полуночи. Зато спать ушли с более–менее спокойной совестью — если кто–то не стащит торт, прощение Флейм у Лиума в кармане!

Как только наступило утро, Лиум зашёл на камбуз и оттуда отправился к подруге. Стоит сказать, ему повезло, что она уже встала.

— Кого там нелёгкая принесла? — по привычке сказала Флейм, открывая дверь. Заметив на пороге друга, она искренне удивилась. — А ты тут чего забыл?

— Мне не стоило лезть к Луне, и я благодарен тебе, что доработала протез, — сказал парень, и протянул ей большую тарелку с ягодным тортом. За ночь коржи пропитались, и теперь от него исходил умопомрачительный аромат. — Миримся?