Чтение онлайн

– Ты что-то знаешь?
– Агния сразу прониклась любопытством.

– Нет. Даже Туан ничего ещё не знает. Но он сказал, что, наверное, они будут на балу.

– Может, Соня что-нибудь скажет? Соня!
– Агния подергала её за рукав.
– Проснись!

Но Соня сидела с совершенно отсутствующим видом.

– Что с тобой?
– спросила Юма.

– Не знаю, - отвечала та ленивым голосом.
– Я пытаюсь вспомнить.

– Она уже несколько дней такая, - прошептала Тиа Юме.
– Поговори с ней.

Юма за последние дни мало занималась со своим четырехугольником, а ведь она за них отвечала, даже за эту язву Аглаю. А Инесса после завтрака ещё сказала Юме, что ей пора подумать и о близняшках - это были ещё четыре девочки, Альга, Ита, Инга и Сона - они тоже, как узнала Юма, были из её группы. Девочки в шутку называли их своими молочными сестрами, хотя почему молочными - этого никто не понимал, так просто говорилось, а правильное название было - втора или правая половина, хотя почему правая, Юма тоже не знала, эти девочки ничем не отличались от остальных, ничего в них не было такого правого, а Ита даже была левша. Юме иногда хотелось поближе познакомиться со всеми, но там верховодила Аглая, с тех пор как ушла из прежней комнаты, и из-за неё Юма старалась поменьше общаться с этой их молочной половиной.

После занятий она хотела расспросить Соню и пошла в дальний конец сада, что выходил на Тейку. Там было любимое место Сони, у двух ив. Сони там не оказалось, и Юма уже повернула назад. Но Вайка защелкал, и она оглянулась. Сначала Юме показалось, что у дерева стоит Кинн Гамм, а потом потом она так удивилась и обрадовалась, что даже вскрикнула. Она подбежала и встала перед ним:

– Как ты меня разыскал? Вот молодец!
– а потом уже, вспомнив, что не поздоровалась, она наконец поприветствовала своего гостя из Срединного мира: - Ой, я забыла, здравствуй!

Волшебник из Алитайи смотрел на нее, как бы что-то припоминая, и наконец кивнул:

– А, да, да! Ты - Юма?

– Ну да! Ты не узнал меня?

– М-м-м...
– отвечал он.
– Видишь ли, я сейчас сплю.

– А!
– Юма сообразила.
– А как тебя зовут?

– Саша. Там, - отвечал он, имея в виду свой мир.
– А здесь - не знаю. По-моему, никак.

Юма засмеялась.

– А ты действительно странный.

Гость Юмы меж тем огляделся по сторонам и спросил:

– Стало быть, это и есть твоя Тапатака.

– Это Тея, столица. Мы в саду Инессы.
– Юма оживилась: - Хочешь, я покажу тебе Тею?

– Я лучше полежу тут в саду. Очень красиво и лето, а то у нас там зима, - отвечал Саша и лег под дерево. Он смотрел на манго и спросил: - Это съедобные плоды? Можно попробовать?

– Конечно, можно!
– Юма снова засмеялась - её друг из Алитайи был действительно очень странным.

А Саша вдруг поднял руку и плод с дерева спрыгнул ему прямо в ладонь. И тотчас на ветке появился новый, на старом месте и точно такой же.

– Да-а-а...
– протянула Юма.
– А ты действительно волшебник. Я так не умею.

– Но это же сон, - удивился её гость.
– Во сне можно хоть что.

– Нет, не хоть что!
– живо возразила Юма. Потом она чуть подумала и добавила: - Может, у тебя сон, а у меня нет.

– Юма, а зачем ты ко мне приходила?
– вдруг спросил её Саша.

– Я...
– Юма чуть запнулась.
– Я хочу подарить тебе Тапатаку.

– Спасибо, - отвечал обитатель Срединного мира.
– А зачем?

– Я хочу, чтобы ты её нарисовал.

– Зачем?

– Затем...
– Юма снова запнулась - она сама не знала точно, почему её просили об этом Инесса и Кинн Гамм.
– Так хочет Инесса! Ну, смотри, как у нас красиво. Разве тебе не хочется, чтобы в твоем мире все это увидели и полюбили? Ведь ты же художник!

– Юма, я же не рисую, - отвечал Саша.
– В детстве что-то немножко пробовал, а сейчас - совсем нет. Это не мое.

– Это твое!
– закричала Юма. Она горячо убеждала его, они спорили, и наконец её гость сказал:

– Наверное, я что-то не понимаю, может, я потом догадаюсь. Но кажется, вы тут в Тее сделали ошибку. Понимаешь, Юма, я бы много чего отдал, чтобы дружить с такой волшебной девочкой, как ты. И бывать в Тапатаке. Но я всего этого даже не вспомню, когда проснусь. У тебя не получится приходить ко мне в сон, Юма. То есть придти можешь, но это все равно что решетом носить воду - все выльется. Правда, правда!

– А если не в сон?
– возразила Юма.

Саша пожал плечами.

– А что толку? Я не художник. Вот стихи пишу. Ты, наверное, просто что-то перепутала.

Юма огорченно смотрела на него, не зная, что на это сказать. А сочинитель стихов Саша зевнул и потянулся:

– Кажется, я тоже сейчас засну...

Он стал таять, превращаться в клочья тумана - и вот, в один миг его не стало. А расстроенная Юма побежала к Инессе - обо всем рассказать и спросить, что все это значит и

что ей теперь

делать.

"Так

все и рассказать

или как-нибудь сбоку подъехать?" - Саша Песков жал на кнопку звонка и размышлял, как будет лучше сделать.

– Да что ты трезвонишь, - открыв дверь, заругалась старуха, соседка Алика - он жил в коммуналке.
– Они не слышат, у них, вишь ты, разговоры научные. А я открывай!

До Саши Пескова, и верно, уже доносилась с кухни жаркая дискуссия.

– Да нет же, - горячо доказывал Алик кому-то, - я и не собираюсь защищать эти крайности. Ну, конечно, наука на западный лад нагородила много чепухи, особенно в девятнадцатом веке. Но это ведь, в конце концов, не более чем юношеский максимализм. Уже в ту пору серьезные ученые сознавали и признавали принципиальную недостаточность позитивного знания, а уж теперь-то! Ты бы знал, что сейчас, к примеру, в теоретической физике насочиняли - куда твоим мистикам. Я другое отстаиваю.

"С кем это он?" - заинтересовался Саша Песков и тотчас получил ответ:

– Бритву Оккама, никак?
– послышалась слегка ироничная подсказка Бори Векслера.

– Не только!
– принял вызов Алик.

– О чем это вы?
– Саша Песков зашел к спорщикам и уже пожимал руки своим приятелям.
– Боря, я за квартиру через неделю заплачу, с получки, сообщил он. Саша Песков имел в виду плату не Векслеру, а домоуправлению он жил у Векслера бесплатно, но с условием платить за коммунальные услуги. Сам же Векслер обитал у бывшей жены, с которой снова сошелся.