Чтение онлайн

Отписанные каллиграфическим почерком слова отчёта о партиях и организациях столицы не складывались во что-то вменяемое. Знакомые имена, цифры как-то оседали в памяти, а связки и суть тонули в заполонивших разум обрывках мыслей и вспышек чувств.

Неопределённость давила, выбивала почву из-под ног, сводила с ума.

Слишком много вопросов, невыясненных обстоятельств.

Убийство главы рода Какики — дикое, немыслимое, совершенно необъяснимое — с одной стороны.

И с другой — Лена, девушка-загадка, своим присутствием здесь сделавшая мою жизнь непредсказуемой. Пытаясь просчитать наше будущее, я терялся. Терялся совершенно и бесповоротно. Лена могла навсегда исчезнуть из моего мира буквально через час, а могла оказаться заперта здесь на всю жизнь. Её дальнейшее поведение я представить не в состоянии.

Она воспитана в другом мире и обществе, я не знаю её родных, чтобы по ним судить о заложенных чертах характера, совсем не знаю её, потому всё время нашего короткого общения она растерянна и подавлена брачными чарами.

Только что Лена согласилась с моими просьбами, но что будет, когда она придёт в себя?

Я не имел об этом ни малейшего понятия, и это… пугало.

Не будь она моей женой, я бы положился на присмотр духов, но они выполнят даже самоубийственные её желания. Чего бы она ни делала, кроме прямого причинения мне физического вреда, будет поддержано духами, в такой ситуации вполне разумно опасаться последствий.

Дверь неожиданно открылась. Я думал, Лена проведёт в ванной не менее часа, но она управилась за двадцать минут. Даже такой мелочи я не сумел предположить: мне казалось, так быстро искупаться женщина просто не может.

Глядя в пол, Лена куталась в мягкий зимний пеньюар. Глаза её припухли и покраснели от слёз. Меня кольнули угрызения совести, тоже принуждая опустить взгляд, но я сдержался, подавил разливавшуюся в груди неприязнь к себе и закрыл отчёт.

Нельзя ожидать, что такие перемены в жизни девушка переживёт без слёз, так что за них можно себя не корить — намного важнее просто её спасти.

Невольно я сосредоточился на внутреннем зрении, дававшем увидеть основанное на первородной магии проклятие, и вздрогнул: тонкие, сплетённые в неведомый узор волокна чужой магии, опутавшие моё тело и потоки магии, переместились к брачному браслету, облепили его, точно паутиной.

Усилием воли я заставил себя «присмотреться» к женскому браслету и выдохнул: он был чист.

Возможно, проклятию требовалось больше времени, чтобы добраться до него… А может, ему нужно физическое подтверждение брака, чтобы добраться до жертвы?

***

Долго прохлаждаться в ванной я не могла — меня переполняли эмоции. Страх, восторг, стыд, удивление, надежда, желание — всё это дико смешивалось, ежесекундно менялось и сводило с ума.

К тому же о доме хотелось узнать от Раввера, у него хорошо получалось объяснять, несмотря на напряжённость ситуации. И совсем немного, но я боялась духов — инстинктивный страх, оставшийся со времён детских страшилок о призраках.

К двери в спальню я подошла решительно, но, открыв её, сразу опустила взгляд. Дыхание перехватило от накрывших меня противоречивых желаний: сбежать или подойти к Равверу, вновь насладиться его поцелуями.

Стало невыносимо жаль, что его проклятие грозит мне смертью: не будь его, как здорово было бы надеяться на любовь Раввера, на то, что я могла бы остаться в этом мире хозяйкой волшебного дома при таком красивом и сильном мужчине. Правда, не будь проклятья, я бы здесь не оказалась, но…

Зашуршала бумага.

— А можно… — Я посмотрела на сидевшего за секретером Раввера и вздрогнула от жуткого выражения его глаз. Почти сразу они смягчились, но мне потребовалось время, чтобы опомниться и продолжить. — Я бы хотела остаться здесь. Когда… если ты снимешь браслет, можно мне остаться здесь?

Сердце вырывалось, я скрестила руки на груди. К щекам приливала горячая кровь. И проскальзывала мысль: «А у нас многие вне брака друг с другом живут, и ничего…» Потому что мужчины интереснее, привлекательнее Раввера я не встречала, никто не вызывал у меня таких ошеломительных чувств. Ни к кому меня не тянуло так, словно моё сердце привязано к нему невидимой нитью.

— Зачем? — тихо спросил Раввер и скрестил руки на толстой пачке сшитой бумаги. — Разве ты не хочешь вернуться домой?

Представила съёмную комнату, пробки на дорогах, офис, Валерия Кирилловича, расстёгивавшего рубашку, и быстро замотала головой:

— Нет.

— У тебя какие-нибудь проблемы там?

Мгновение я медлила, прежде чем ответить:

— Серая, унылая жизнь без малейшей надежды на чудо у меня там.

Раввер недоуменно приподнял брови:

— Ты бы хотела поселиться здесь, в совершенно незнакомом мире, где у тебя нет родных, нет… ничего?

Его искреннее недоумение и такая неожиданная, но приятная идея поселиться здесь помогли справиться с мрачными воспоминаниями.

— Да, — кивнула я.

Наверняка Раввер счёл меня взбалмошной, но мысль о возвращении и Валерии Кирилловиче, имевшем достаточно денег, чтобы осуществить угрозу нанять подонков, которые изнасилуют меня в подворотне, настолько пугала, что родной мир стал самым нежеланным местом на свете.

Оправившись от шока, Раввер постукал пальцами по столешнице, кивнул:

— Хорошо, я помогу тебе поселиться здесь. Скорее всего, это будет возможно после того, как в своём мире ты дождёшься возможности снять браслет, и если к тому времени ты не передумаешь, я обеспечу документы… и содержание. — Он кивнул какой-то своей мысли. — Да, думаю, это будет достойной компенсацией за то, что я поставил твою жизнь под угрозу.

Я невольно улыбнулась. Раввер продолжил:

— Вынужден предупредить: как только снимется браслет, магии ты лишишься.

Зарождавшееся в груди счастливое тепло исчезло. Помедлив, я грустно ответила:

— Значит, буду довольствоваться волшебством окружающих.

Раввер смотрел на меня пронзительно, будто надеялся прочитать мысли. У меня по спине побежали мурашки, вспомнилось, как страстно он меня целовал. Я облизнула ещё горевшие губы. Кашлянув, Раввер поднялся и указал на дверь: