Чтение онлайн

— Ты так и не назвал имени.

— Оно вам ничего скажет. Просто сделай, что мы просим, и убирайся.

«Ага, как же, ничего не значит. Подрядили целую команду. Что-то тут нечисто», — подумал про себя Крижен, но вслух сказал другое.

— Нам нужны деньги, докупить кристаллов, на питание, на жильё.

— Держи, — Ли кинул ему на стол мешочек с фалерами.

— Благодарствую, — он спрятал его в карман и спросил. — Выдвигаемся утром?

— Да, встретимся у ворот, а сейчас вам нужно уходить, здесь небезопасно, — Праст сложил все свои карты, накинул на голову тюрбан и поспешил оставить засветившийся у стражи дом.

— Нам тоже пора, — сказал Крижен Нике, наблюдая из окна, как быстрой походкой скрывается Ли.

«Простите его», — жестами извинилась девочка, когда её спутник вышел первым, и положила монетку на тумбу возле входа. Лысый парнишка вздохнул с облегчением, когда избавился от странных гостей своего деда.

— К…куда мы? — спросила девочка.

— Ккуда ннадда, — передразнил её маг, кривляясь, как убогий.

Ночью прохожих без подозрений не спросишь, как куда пройти, но этого и не надо было. Во время осмотра карты Крижен примерно понял местоположение их будущего безопасного ночлега.

Они прятались от стражи, пропуская её вперёд, иногда пробегались по крышам, чтобы срезать путь, но активное пневмодвижение не использовали. Неясно ещё, где здесь наблюдательные посты и как в целом с полицией. Лучше перестраховаться.

Через час путники уже стучались в кофейню. Им долго не открывали, но потом, шаркая тапочками, к двери подошёл Зохран.

— Проходите, — пожилой мужчина гостеприимно отошёл в сторону, указывая рукой внутрь. Закрыв за вошедшими, он запахнулся в свой просторный ночной халат. — Вы голодны?

— Слушай, дед, я сюда не жрать пришёл, — Крижен положил ногу на стул и подозвал Зохрана поближе. — Значит, ты готов стать нищим ради внучки? Всё это будет наше? — уточнил он.

Владелец кофейни, ни секунды не думая, кивнул.

— Солнце не меняет свой путь, и я не меняю своих обещаний.

— Отлично, лучше, конечно, деньгами, но и так сойдёт, да Ника? — спросил он девочку, но та не проявила интерес к сделке. — Ты что обиделась? Аббидедас? Абидедась нна мм-миня? — снова вошёл он в роль, явно веселясь.

Его спутница скрестила руки на груди и отвернулась. Зорхан участливо посмотрел на неё и потом на Крижена, но не стал вмешиваться.

— Тухло тут, — художник с видом владельца обошёл комнату за комнатой, щупая стены, как вдруг получил злобный тычок в бок. — Дура! Чего тебе?

Ника была взбешена.

«Не отбирай у него последнее, он же умрёт с голода без своей кофейни! На что ему потом жить?»

— Так я тут при чём? Он же сам обещал! За язык никто не тянул и вообще… Сама бы попробовала нам деньги заработать. Я, между прочим, о тебе забочусь тоже.

«Мне не нужна такая забота! Это подло! Это нечестно! Я не хочу так жить! Это…» — она открыла рот, норовя что-то сказать вслух, но оборвала себя, сообразив, что её передразнят и выставят на смех.

В итоге Ника разрыдалась и убежала по лестнице на второй этаж, чтобы Крижен не наслаждался её слезами.

— Ничего, пусть поревёт, ей полезно, — зачем-то сказал он старику, будто ища одобрения, но тот поскупился на какие-то эмоции, ожидая дальнейших действий от гостя.

«Чего я вообще оправдываюсь тут?»

Крижен вытянул руки и, не сгибая их в локтях, хлопнул в ладоши перед собой и за спиной, будто он мельница. Так три раза.

— Ну, я пошёл. Смотри, чтоб эта дура не сбежала.

— Я пригляжу за девочкой, господин Крижен.

Художник не хотел себе в этом признаваться, но осадочек у него остался. Ника всегда была боевой девчонкой и стоически переживала любые невзгоды. За это он втайне ей гордился, но сейчас…

— Да пошло оно! — злобно сплюнул маг и выбросил из головы все эти сопли, надо привести себя в надлежащее боевое состояние.

Он направил злость вовне и вернулся в ранее покинутый трактир. Судя по всему, там никого, кроме своры бандитов, не осталось. Крижен заглянул в одно из окошек на первом этаже, изучив заранее обстановку. Вся пьяная ватага беспечно развалилась на стульях, один вообще отплясывал на столе, остальные хлопали и потягивали кальян.

— В этот раз он её не тронет, я всё исправлю, в этот раз я сильный. Сила в доброте, да, — затараторил себе под нос Крижен, активируя в одной руке кристалл. — А доброта в ножнах, вот сколько у меня доброты, закачаешься, — добавил он, и меч очутился у него в руке, крутнувшись пару раз, тело объял эф-слой.

«Папенька будет ругаться», — захныкал у него в голове детский, почти забытый голос. — «Крижен не надо, давай останемся?»

«Ничего, малышка, я рядом, я… в этот раз по-настоящему», — чтобы не слушать нарастающий плач, он снёс дверь ногой на последней фразе и без лишних сантиментов открыл огонь по дуге.

Металлические пули прошлись по замершим от неожиданности пьяным насильникам. Они себе представить не могли, что хоть кто-то так сделает. Ни один нормальный человек в Юсафе не рискнёт связываться с Пакчей. Месть от родственников последует мгновенно: убьют тебя, семью, друзей — всех. Но иногда ненормальность — это даже преимущество.

Расслабившихся магов скосило моментально. Не помогли никакие вяло накинутые щиты — металл, высекая искры, пробил камень и добрался до плоти. Особое удовольствие доставило раз за разом палить в грудь здоровяка, обмякшего на стуле. Пакча давно был мёртв, а Крижен стрелял, стрелял и стрелял, наблюдая, как расширяется кровавая дыра.

Бечёвка на шее главаря порвалась, и по полу покатились деревянные здоровые бусины, наступила тишина. Плач в голове исчез.

Крижен уладил всю грязную работу. Чтобы выиграть себе ночь, он отдал все трофеи хозяину заведения на ремонт и за молчание. Трупы снесли в погреб, а кровь вытерли.

— Пакчу никто не любил, спасибо, спасибо вам огромное, — благодарила та самая пухленькая женщина, что предупреждала их об опасности.

Она обхватила его руку своими двумя и склонила голову вниз. Крижен мог и их как свидетелей здесь же прикончить, но было две причины их пощадить. Первая — он просто не хотел лишних смертей невинных. Вторая — трактир открывался рано утром, и если первые посетители увидят кровь и трупы, то ворота Юсафы закроют, а им надо убраться из крепости на рассвете.