Чтение онлайн

Устав мысленно ругаться сама с собой, она расслабилась и задремала...

Сначала она почувствовала приятный аромат цветов, затем тёплый, невесть откуда взявшийся ветерок обдул её тело.

– Не открывай глаз, дитя... Я знаю, что ты меня слышишь, - женский голос был чистым и мелодичным.

Вика повиновалась.

Боль и неприятные ощущения исчезли, ей казалось, что она лежит на ворохе шелковистых тканей, а голос продолжал:

– Ты - иридианка, Виктория! Ты обязательно победишь! И перед тобой откроются безграничные возможности... Ты родилась, чтобы удерживать равновесие и вершить иридическое правосудие. Выживи и возродись... Дойди до цели любой ценой, иначе, мир начнёт погружаться во тьму. Земля словно пропускающий свет кристалл, но он темнеет и мутнеет... Правда искажается, а идеи добра всё меньше привлекают людей... Останься с ними! Помоги очиститься... Ты наделена даром проходить сквозь действительности и существовать в них одновременно, но все, кто тебя окружают - это и есть твоё существование... Научись компромиссу, удерживай события в своём поле... Освети всё золотым светом... Ты - мой посев, моё зерно... Древние греки называли меня Иридой - Богиней радуги. Но это всего лишь условность... Я - белый свет... Я эманирую энергии, которые превращаются в чувства и визуализируются в цвет. Почувствуй!

Голос смолк.

И Вика услышала прекрасную музыку, такую нежную и гармоничную, что сразу почувствовала, как всё её тело наливается силой. Время от времени музыка менялась, и каждый раз раздавался голос, словно разъясняющий различия между композициями:

– Красный - это вера в собственные силы, уверенность в себе, реакция на требования и вызов...

...

– Оранжевый - бодрость, позитивный настрой, страсть, готовность к решению сложных задач, радость...

...

– Жёлтый - это решение, освобождение, изменение, развитие, простор. Это поиск нового...

...

– Зелёный - стабильность убеждений, самоуважение, нерушимость нравственных ценностей...

– Голубой - защищённость и надёжность. Он позволяет отключиться от всех проблем, не думать о завтрашнем дне...

...

– Синий цвет символизирует вечность, отсутствие временных рамок, это - символ традиции, единения и сплочённости...

...

– Фиолетовый является цветом трансцендентности, перехода между Мирами, где доминируют эмоциональные ценности. Он - это единство противоположностей...

...

– А белый и чёрный - радикально противоположные цвета, отражающие полярность. Белый - излучение, чёрный - поглощение...

– Слушай, она дрыхнет уже лишних три часа!
– внезапно до Вики донёсся взволнованный голос Ракула.

Прекрасная музыка исчезла.

– Пора будить!
– настаивал Вадик.

– Мне зайти?
– раздался вкрадчивый голос Лампеля.

– Только посмей, она же там голая!
– взбеленился верный друг.

Вика уже проснулась полностью. Услышав перепалку в соседней комнате, она улыбнулась. Настроение было отличным.

– Эй, мужики, вы чего там ругаетесь?
– крикнула она через закрытую дверь.

– Да... Никакой благодарности, - притворно возмущался Эдд.
– Я на неё время драгоценное трачу, чтобы Ракул её не разбудил, читаю вслух этому олуху статью «Психологическое значение цветов по Люшеру», а она ещё и ругается... Раз проснулись - одевайтесь и выходите.

Лёгкость, с которой её дряхлое тело поднялось с постели, приятно удивила. Ничего не ныло и не хрустело. Она схватила одежду и застыла, поражённая видом своих рук.

Руки!

Они снова были молодыми и гладкими.

Вика наклонила голову, желая рассмотреть поближе результат чудесной метаморфозы, но в этот момент длинные золотистые волосы цвета спелой пшеницы скользнули со спины на грудь...

Вика радостно взвизгнула и, быстро натянув спортивный костюм, предстала перед парнями.

– Вича! Вича, ты снова стала прежней!
– ликовал Вадик.

Лампель покраснел и, разглядывая красавицу, даже привстал со стула.

– Ух, ты! Ну ничего себе... У меня даже таких знакомых не было... В научной среде, знаете ли, совсем другие женщины... А я вас... Тебя...
– от произошедшей метаморфозы он теперь не знал, как обращаться к Вике, ведь раньше, видя её старческий образ, Эдд ей безусловно «выкал», хотя и знал, что под дряхлым телом скрывается молодая девушка.
– Я тебя... Варить заставлял и снег убирать... А ты... Царица!!!

Однако через минуту учёный победил кавалера, и Эдд бросился к кровати, на которой спала Вика. Девушка и Ракул последовали за ним.

Золота на простыне не было. Вместо драгоценного металла там лежал ровный слой матовых чёрных камушков.

– Что и следовало ожидать...
– заключил Лампель, почесав затылок.

Пока учёный трогал и рассматривал образцы неизвестной породы, собранной на постели Темновой, сама Вича жадно уплетала всё, что попадалось ей под руку.

– Мечи пореже!
– не выдержал Вадик, наблюдая, с какой жадностью та опустошила банку холодной тушёнки, тщательно промокнув хлебным мякишем остатки жира.

– Щас, - буркнула Вика с набитым ртом и тут же принялась открывать следующую банку.

– Кстати, продукты кончаются, - подал голос Лампель.
– Ты как, Виктория, насчёт в «магаз» сгонять?

Вика обрадовалась.

– Не вопрос, сгоняю... Только не в деревенский... Надоело одно и то же... Так хочется чего-нибудь эндакова!

– Переведи!
– не отрываясь от работы, потребовал Лампель.

– Твой луч - так сказать, наше «транспортное средство» - какое расстояние преодолеть может?

– Без вреда для твоего здоровья - до двух тысяч километров, на более протяжённых расстояниях может начаться процесс облучения... Думаю, при этой жизни мне не достичь желаемых перемещений. Если бы мог - уже давно свалил...

– За «бугор»?
– поинтересовалась Темнова.

– Мелко мыслите, мадмуазель... За пределы галактики, и это - как минимум. Ты с темы не сворачивай, говори, что задумала.

– Я бы до Иркутска смоталась. Во-первых, там магазины круче, во-вторых...

– Что, во-вторых?
– напрягся Ракул, внимательно слушавший разговор.

Вике ничего не оставалось делать, как подробно пересказать услышанное во сне:

– Получается, если моё предназначение - удерживать баланс добра и зла, то у меня руки чешутся щёлкнуть по носу этого гада Шульгу. Чтобы ему в другой раз неповадно было людей в тайге на произвол судьбы бросать. Даже не поинтересовался, сволочь, как там бедная старушка...

– Я - против!
– категорически заявил Вадик.
– Эдд, прими к сведению мой голос.

– Тебе хорошо: не ешь, не пьёшь...
– философски заметил Лампель.
– На вендетту вашу мне, если честно, плевать... Но вот колбаски сыровяленой, да сырку с кофием... Я бы отведал, - он театрально вздохнул.

– Вы сдурели! Пять дней осталось, а они пировать вздумали!

– Перед смертью не надышишься, - парировал Эдд.

– Да что там, колбаска... Рыбка малосольная, икорка с чёрным хлебушком да на маслице...
– продолжала соблазнять Вича.

– Ну, лиса! Мёртвого уговоришь! Денег не жалко?

– На пожрать?! Да ни разу! А пиво можно?

– Нет! Увы... Давай тогда, возьми на полке карту Иркутска, выбери магазин, назови точные координаты... Только точные! На покупки двух часов хватит?