Исчезнувшие девушки
Шрифт:
– Не сомневайтесь, вам будет приятно поближе познакомиться со мной! заявила она.
Она многозначительно усмехнулась.
– Я полагаю, что лучше всего это разрешить таким образом: добежать до офиса. Для этого требуется всего одна минута. Если вы случайно забрели в мой домик...
– Вы молодо выглядите, - сказала девица, - но вы не можете быть настолько молоды.
Она с минуту изучала меня.
– Обожаю блондинов, - добавила она.
– Блондины сводят меня с ума.
Похоже на то, что она до сих пор не верила тому, что я ни капельки в ней не заинтересован.
– Девочка, - сказал я, - вы не пони...
– Бланш, - поправила она меня, приподняв бровь.
– Олл-райт, Бланш. Почему вы не возвращаетесь домой?
– Я хочу остаться здесь.
– Я тоже.
– Это можно устроить.
– Нет, Бланш, нельзя.
– Почему?
– Я храплю. Ты не сможешь заснуть.
– Какие пустяки!
– Дорогуша...
– Ага, вы уже становитесь нежным...
– Через несколько минут я стану настолько нежным, что вышвырну тебя отсюда пинком под зад!
Бланш захихикала.
– Ни за что не поверю.
– Послушай, ты вытянула пустышку. Отнеси это к непредвиденным расходам и отправляйся домой.
– Я остаюсь!
– заявила она твердо.
– Мне бы не хотелось пугать тебя...
– Валяйте, попробуйте испугать.
– Я коп.
Она посмотрела на меня равнодушно и сказала:
– Прекрасно. А я разбойник. Давайте-ка поиграем в полицейских и разбойников.
– Нужно показать значок?
– Что?
Я тяжело вздохнул.
– Бланш, давай внесем полную ясность. Я не знаю, кто направил тебя в эту хижину, но этот человек сделал ошибку. Я ничего не заказывал. Ты меня ни капельки не интересуешь. Я устал и хочу спать. Я не люблю рыжих, в особенности семнадцатилетних подростков, которым следует сидеть дома и читать комиксы. Не заставляй меня выходить из себя и...
– Я вовсе вас не принуждаю.
– Ну, черт побери!
– взорвался я.
– Теперь вы ругаетесь.
– Сколько тебе лет, Бланш?
– А что?
– Мне интересно.
– Я вижу, вы постепенно начинаете заинтересовываться. Мне девятнадцатый. Перестаньте волноваться.
– Когда ты родилась?
– Что?
– Когда ты родилась?
Бланш пожевала губу, занимаясь подсчетами.
– В январе 1939 года, - сказала она.
– Прибавь еще несколько лет.
– До чего же вы дотошный! Я же вас не спрашиваю, сколько вам лет.
– Где ты живешь, Бланш?
– В городе.
– Сулливан Корнес?
– Корнес? Да я здесь бы померла с тоски!
– Где же тогда?
– В Дэвистауне. Это настоящий большой город.
– Уверен, что так.
– Почему вы не верите?
Внезапно она возмутилась.
– Вы там бывали?
– Нет.
– Тогда о'кэй.
– О'кэй.
– Если мы и дальше намерены сидеть и разговаривать, тогда давайте устроимся поудобнее, - предложила она.
Гнев ее внезапно прошел.
– Мы не будем сидеть и болтать. Я лягу спать, а ты поедешь домой в свою прекрасную метрополию.
– Я не могла бы попасть туда сейчас, даже если бы захотела. У меня нет машины.
Она потянулась к молнии на спине своего платья.
– Не делай глупостей, Бланш!
– прикрикнул я на нее.
Я достал из кармана бумажник, распахнул его и показал свой значок. Бланш посмотрела на него довольно равнодушно.
– Детектив, да?
– спросила она довольно равнодушно.
– Я же сказал, что я коп.
– Ну и что? Вы дежурите? Сейчас на службе?
– Двадцать четыре часа в сутки.
– Не морочьте мне голову...
Она снова посмотрела на значок.
– Вы даже не из этого штата. Здесь у вас нет никакой власти.
– Полагаю, в глазах местной полиции я имею определенный вес, - сказал я.
Я тут же припомнил мою утреннюю стычку с полицейским и переговоры с судьей. Нет, мое заявление не выдерживало никакой критики.
– Вы так полагаете?
В голосе Бланш чувствовался сарказм.
– Безусловно!
– Ну и в чем бы вы меня могли обвинить?
– В приставании к мужчине.
– Разве кто-нибудь в этой комнате обнажал свои половые органы?
– Пока нет.
– Ну так слезайте с трибуны и кончайте эту трепотню!
Помолчав, она подмигнула мне.
– Так что вам не удалось меня напугать. Вы коп, о'кэй. Разве копы не люди?
– Люди.
– Хорошо. Давайте вести себя по-людски.
Мы оба замолчали. Я не знал, о чем она думает, сам же я обдумывал новый подход. Полагаю, я мог бы схватить ее за руки и вышвырнуть за дверь, но она, в конце-то концов, была еще ребенком, а я не привык грубо обращаться с детьми.
– Давайте начнем с другого конца.
– Давайте.
– Первое. Чего ты хочешь здесь?
– Я думала, это очевидно.
– Второе. Сколько?
Я спросил об этом для того, чтобы узнать ее цену, заплатить ей и таким образом отделаться от нее.
Бланш подмигнула.
– Сначала я должна испробовать...
– Ох?
– Звучит все интереснее и интереснее, не так ли?
– спросила она.
– Звучит все подозрительнее и подозрительнее, - ответил я.
– Почему меня?
– Почему нет? Я люблю блондинов.
– Блондинов копов?
– Блондинов мужчин. Копы мужчины, такие же, как и другие.
– И твой бизнес - мужчины, да?
– Мой бизнес - мужчины.
– Ты слишком молода, чтобы заниматься самостоятельно этим бизнесом, не так ли?
– Американская инициативность, - сказала она.
– Спрос и предложение. Спрос велик.
– Тогда зачем работать даром?
– Мистер, а вы не забыли, что дареному коню в зубы не смотрят?
– Сестренка, а тебе следует помнить пословицу о том, что переправляясь через реку, лошадей не меняют.
– Чего?
– Не следует производить крупные перемены в неподходящий момент.