Чтение онлайн

Я чуть откидываюсь на спинку стула.

– Фамилию вашу назовите.

– Это служебная информация.

– Странно, - говорю спокойно.
– А пациенту код диктовать - не служебная?

В трубке появляется раздражение.

– Мужчина, не мешайте. Отдайте телефон Анне Марковне. Мы работаем с пациентом. Она должна продиктовать код.

– Хрен тебе, а не код из СМС. Женщина сейчас занята, - отвечаю я.
– Со мной дальше будешь говорить.

– Код из СМС назовите. Не тяните мое время.

– Я жду название больницы, а то мы как будто не в ту записываемся.

– В правильную вы записываетесь. Если код не будет назван в течение минуты, запись будет аннулирована. ещё месяц не попадете к врачу.

– Когда я тебя найду, то ты у меня попадешь в больницу и будешь по ней перемещаться на костылях. И запись, кстати, отменяется.

– Простите?

– А ещё передайте своему руководству, что вы плохо работаете.

– Вы кто такой?

– Кто надо. Твой голос и координаты записаны. Теперь жди, когда найдем тебя и поймаем.

Отключаюсь. Отдаю телефон Анне Марковне.

– А вы кто?
– смотри на меня.

– Не важно. Но, поверьте, хорошо знаю и чувствую их за километр. Вас точно хотели обмануть.

Женщина смотрит на меня огромными глазами.

– Это правда были мошенники?

– Конечно.

– А я.… я уже почти сказала код…

– На это и рассчитано, - отвечаю я спокойно.
– Давят на срочность. Чтобы человек не успел подумать. Вам к врачу надо?

– Я… после больницы, вот надо сходить к врачу.

– Поздравляю, вы только что сэкономили свои деньги. Вы как будто не слышали, что нельзя называть никаких кодов.

– Так я знаю, но это же поликлиники. Талон есть, но надо его подтвердить.

– Они всегда так говорят.

– Господи…

– Запомните одно правило. Если кто-то просит код из СМС - кладете трубку. Всегда.

– Спасибо вам большое… Анна Марковна, - протягивает руку.

– Владимир Иванович, - жму в ответ.
– А мы с вами не встречались раньше?

Владимир Иванович

– Вряд ли, я живу за городом, на даче, в меня там свой дом. В городе бываю… редко. Так, если только к сыну в гости приеду. А у вас есть дача?

– Нет, - усмехаюсь.
– И не планирую.

– Почему?

– Да что там… скукота.

– Ну какая скукота, ой, вы когда последний раз там были? Там постоянно надо делать что-то. То прополоть, то посадить, то удобрить.

– Короче, пахать.

– Не хотите работать, можно лежать и отдыхать. Слушать птиц, ловить рыбу, гулять по лесу, - берет ложку, ест суп.

– Ну, это то же, что на работе. Смысл менять шило на мыло. Я каждый день и слушаю, только не птиц, а доклады. Ловлю. Только не рыбу, а преступников. Ну и гуляю по местам преступлений.

– В смысле? А вы кто?

Сказать и ошарашить? Да ну, ещё будет потом просить помочь кого-то вытянуть.

– В полиции работаю.

В подробности занимаемой должности не вдаюсь.

– Ааа… понятно теперь. А как же вы тут, в санатории-то без ваших преступников?

– Ну почему без преступников, вот с вами мошенников остановили. Завтра ещё что-нибудь будет.

– Да, вам пожалуй на даче будет скучно. У нас там тишина, воздух, спокойствие. Вообще никакой преступности.

– Вообще?

– Ну… максимум, что бывает - сосед яблоки у соседки сорвет.

– Вот и я говорю, что мне делать на даче нечего.

– Как же вы согласились в санаторий этот скучный.

– Да вот дочь отправила. Думаю теперь, как отсюда сбежать.

– Меня тоже сын отправил. Я вообще не хотела ехать, если честно. После больницы ещё, - переходим с ней ко второму.

– Ну вам-то после больницы полезно.

– Да, но у меня дом… дача. Цветы, парники. Я все думаю - как они там без меня? Соседка-то присмотрит, но все равно, никто не поговорит с помидорками, да с огурчиками.

– А зачем с ними говорить?

– Ну как. Со всеми надо говорить. Все любят любовь и ласку. Хоть ты… полицейский, хоть помидор.

Смотрю на нее. Как не от мира сего. С помидорами говорить…

– С мошенниками, я смотрю, тоже по любви хотели?
– хмыкаю.

Пожимает плечами.

– А знаете, хорошие у нас дети, Владимир Иванович, всё-таки. Заботливые.

М-да.

– А вы тут один, без жены?

– Нет жены. Умерла. Давно уже.

И сразу залезает своей этой добротой туда, куда я не хочу, чтобы чужие лезли.

– Понимаю вас. Прекрасно.

Взгляд тускнеет, выдыхает.

– Спасибо вам, Владимир, что не остались в стороне, что уберегли от мошенников. В наше время становится все меньше мужчин, которым не все равно и которые готовы помочь незнакомой женщине.

– Да перестаньте, любой бы так сделал.

– О, Вовка, ты что ли?
– подходит ко мне начальник другого управления!
– Здоров! Приболел, что ли, отдыхаешь?

– Здравия желаю, Семеныч, - садимся за наш столик.
– Ты надолго, а?

– Да у меня последний день уже.

Анна Марковна быстро доедает, прощается и оставляет нас.

– Как здоровье?

– Да нормально, дочь отправила полежать. Сказала, много работаю.

– Вот Лариса, молодец, вот это дочь.

– Коза, а не дочь. Хотел замуж выдать. Нашел такого ей подполковника. Звание, пенсия скоро, должность. И что ты думаешь? Нет, говорит, люблю пожарного. Хоть ты что ей.

– Да отстань ты от девочки, если поймет, что не ее, разойдутся и выйдет за другого. У них это сейчас так просто. Это у нас один раз и на всю жизнь. А у них.

– Ты знаешь, какие у них зарплаты?

– Слушай, ну живут же люди на эти зарплаты. Квартира-то у него есть? Машина?

– А хрен его знает, но вроде есть. А да есть. Ребёнок у него ещё есть от прошлого брака. И ещё знаешь что , женат был на дочке этого… забыл как его там… короче, тоже при деньгах. А сейчас что? Развелись. Потому что у неё запросы были “о!”, - поднимаю руку высоко, - а зарабатывал он “во”, - пальцами показываю размер.