Чтение онлайн

Подымаю пистолет и, поддерживая его левой рукой, направляю на Барина:

— Если твои болваны начнут суетиться, то кто-кто, а ты свой свинец получишь.

— Я, естественно, этого не хочу, — соглашается Барин.

— Тогда объясни им, что у нас мирные переговоры в дружеской обстановке.

Он поворачивает голову:

— Кебан, ты слышал?

В ответ раздался сдавленный голос Кебана:

— Я порежу этого гада, как «Любительскую» колбасу.

— Это значит, такими ровными, аккуратными и не очень толстыми кружочками, — с готовностью экскурсовода разъяснил мне Барин, а в сторону двери громко сказал: — Потом, Кебан, ты сделаешь все, что будет нужно. А сейчас я должен поговорить с ним сам. Ты понял?

Кебан не ответил, но, видимо, понял и успокоился. Затих.

Барин направил свои ясные глаза на меня.

— Нормально?

— Вполне.

— Ты же все равно живым отсюда не выйдешь.

— Я располагаю несколько иной точкой зрения на данную проблему. — Улыбнулся, как милиционер из охраны банка, присел на ближайший стул и положил руку с пистолетом на колени.

— Ты еще на что-то надеешься? — Барин взял бокал с недопитой минеральной водой и сделал несколько глотков. — У тебя за углом батальон солдат? Или твоя фамилия Иван Грозный?

— У меня в кармане билет в обратную сторону, — я ответил Барину его же ледяным спокойствием и пожалел, что не могу небрежно отхлебнуть из стакана.

— А что проставлено в графе «конечная станция»? — мой собеседник ухмыльнулся. — Случайно, не слово «смерть»?

— Там написано слово «бархат».

Барин вздрогнул, и болезненная судорога прошлась по его сытым губам.

— Что тебе известно о бархате? — Барин в который раз вернул недопитую воду на журнальный столик. Но сейчас он думал не о бокале и зацепил его широким рукавом ночной рубахи. Бокал качнулся.

— Не следует нервничать, Барин. Особенно при больной печени.

Его лицо посерело, но он удержал себя в руках:

— Меня бархат интересует.

— Чудесное совпадение. А я пришел рассказать тебе о нем. И взамен получить то, что нужно мне.

Барин задумался, перебирая пальцы на животе. Я решил подтолкнуть его в нужном направлении.

— Если сделка не состоится, я начну стрелять.

— Говори, — он кивнул, но не потому, что испугался, а потому, что принял решение. — Послушаем. Поторгуемся.

О чем торговаться? И что рассказывать? Если бы я знал наверняка…

— Четыре месяца назад твои ребята взяли со склада номер два трейлер с бархатом…

Барин прикрыл глаза и внимал. Это ему было известно лучше меня. Но он решил слушать, и он слушал не перебивая.

— Ты взял товар и спрятал его. Ты разумно решил переждать весь ажиотаж вокруг налета. А потом, видимо, переправить его куда-нибудь подальше. Например, в российские глубинки. Или за Урал. Но все получилось иначе…

Барин вздохнул. Он был терпелив, но мое «все получилось иначе» тронуло его сердце. А меня это обнадежило, и я продолжал, словно знал о каждом его шаге:

— Произошла утечка бархата. Сначала один из твоих шоферов оставил себе и своей жене десять метров. А жена в свою очередь продала три с половиной метра подруге из магазина «Рубин». Там твои ребята и засекли материальчик. Эти перепродажи, конечно, пустяки, но сам принцип закрытости был нарушен…

Барин приоткрыл глаза, похвалил:

— Ты хорошо осведомлен.

— Приходится многое знать… — Вот тут я бросил небрежно, получилось. — А потом объявился Ля-ля и предложил пошить из бархата костюмы. Ты принял его за сумасшедшего. Но Ля-ля уговорил тебя. «Не надо ля-ля, — наверняка говорил портной, — мои люди шьют не хуже парижан. Готовые костюмчики разойдутся как миленькие. И никто не узнает, из чего они были пошиты». И ты дрогнул, Барин. Ты совершил ошибку — ты дрогнул.

— Теперь я и сам это знаю. Но ты не сказал мне ничего нового. И если это — все, то наша сделка не состоится.

— Наша сделка состоится, потому что это — не все… — Слава Богу, что я хоть как-то угодил на верную дорогу. У дома Ля-ля я видел тюки, пиджак, лоскуты. Значит… Ля-ля и его люди успели сделать несколько костюмов. Но в это время произошел налет на твой тайник. Вы считали его надежным, и потому Кебан оставил там минимум охраны. В результате весь бархат ушел от тебя. Ты начал поиск. Ты искал пропажу и искал предателя. Ты бросил в погреб Гришку. Потому что нашел у него дома пару метров бархата. Но Гришка не предавал. Предал Ля-ля.

Последнее предложение вылетело из меня само по себе. Но, кажется, оказалось верным. Барин вытянул свои толстые губы аппетитной трубочкой.

— Версия любопытна. Я тоже о ней подумывал. Но ты ее ничем не можешь подтвердить. Откуда я знаю, что ты не мстишь? Сегодня Ля-ля предал тебя, а ты предаешь его. Это слишком тухлый товар с твоей стороны.

Он его еще считает тухлым. Я вообще не вижу, где тут товар.

— У меня товара много, я запасливый… — Улыбаюсь неопределенно, держу улыбку как можно дольше, а сам пытаюсь хоть что-нибудь вспомнить еще… Верочка… Толиков… Гришаня… разгром в квартире… бархат… дождь… мотоцикл… тюки… черный пиджак… Ля-ля… Ля-ля… Ля-ля… разговор по телефону… кладбище… автозаправка… Если Ля-ля действительно предал Барина, то разговор по телефону шел о бархате. А о чем еще? Надо рискнуть. Смотрю на часы. Они показывают глухую ночь: четверть второго. — И мой козырный товар — бархат. Через три четверти часа его передадут из рук в руки. Он уйдет из города навсегда. Если мы успеем договориться, я приведу тебя в точку передачи товара.

— А если ты блефуешь? — Барин спросил из привычки к осторожности, но по нему я увидел — мне поверили.

— Если я блефую, ты теряешь из своей жизни два часа. А я теряю всю жизнь. Или нет?

— Или да. — Барин стал подниматься с дивана. — Пять минут мне надо на то, чтобы одеться. И две минуты на то, чтобы вывести машину со двора.

— И еще две минуты на то, чтобы забрать из подвала Гришаню.

— Кого?!

— Гришанечку, — уточнил я. — Я пришел за ним и без него никуда не двинусь.

Удивление Барина было искренним. И на этом мы потеряли еще одну минуту.

Мы стали друзьями. Так приказал Барин. Эти волки до времени сцепили челюсти. Среди них Барин в своем летнем костюме напоминал дрессировщика в отпуске.

Он неопределенно качнул головой:

— Приведите Гришку.

Шпиля сжался, сузил глаза, пряча в рукав колоду карт. Кебан взглядом хлестанул по Сержанту. Сержант ступил плечом вперед, я вынул из кармана ключи от подвала и бросил их Сержанту:

— На! Не порть замок!

Сержант поймал ключи, которые звякнули в его руке и умолкли, и улыбнулся мне. Что было в этой улыбке — благодарность или ненависть, — я так и не понял.

Барин хмыкнул и приказал мне:

— Поедешь на мотоцикле. Гришка — шофером, Сержант — в коляске. Я с Кебаном сзади, на «Мерседесе». Когда все сделаешь, махнешь рукой. Я махну в ответ. Мы подъедем, и я заберу товар у тебя. У тебя, понял? Никого из посторонних там быть не должно.

— А что потом?

— Потом наши дороги разойдутся.