Чтение онлайн

– А ты не понимаешь? – Косэй ухмыльнулся и, наклонившись над Рейвеном, еле слышно произнес, - не везде нужно играть честно. Если пирамида разрешает брать с собой, что угодно, возьми это зелье и сожги там все к хвостам свинячьим.

Харт удивленно вскинул брови. Что-что, а меньше всего он ожидал помощи от Косэя. Однако, Феникс не учитывал тот факт, что столь огромное создание, как дракон, скорее всего застрянет в первом же коридоре.

– Помещение слишком тесное, - ответил Харт. – Боюсь, я не пролезу.

– Чушь! Ты должен контролировать свои размеры, - произнес Косэй, решив, что дракон, как и огненный феникс, может уменьшаться или увеличиваться по собственному желанию. – Я могу стать не больше бабочки, а могу закрыть своими крыльями несколько земельных участков. Раз ты такой толстый, то до начала испытания я не буду тебя кормить. А сейчас идем тренироваться.

С этими словами он сбросил тарелку Рейвена на пол и, схватив мужчину за руку, потащил за собой.

– Но это не поможет! – воскликнул Харт. Перспектива «сидеть на диете» его ничуть не обрадовала. – Драконы не толстые, они просто большие. Крокодил не станет короче, если его не кормить!

– Зато станет уже в боках. Иди, толстяк, будешь заниматься. Авось, пролезешь!

Дмитрий уже открыл было рот, чтобы заступиться за несчастного Харта, но Акана коснулась рукой его руки и быстро прошептала:

– Если Косэй что-то вобьет себе в голову, его не остановишь. Нужно еще радоваться, что все это он делает с добрыми намерениями. В любом случае, он не причинит зла твоему другу.

– Но это правда бессмысленно.

– Добро почти всегда бессмысленно и беспощадно, - с иронией заметил Эрик, взяв с тарелки еще один кусок свежеиспеченной лепешки. – А бюро медвежьих услуг и вовсе работает круглосуточно и без выходных. Оставь ребенку его погремушку, Лесков. Лучше подумаем, как разбираться с ловушками. Может, Сфинкс чего расскажет нам на своем... кхм специфическом языке?

Но Льва за столом уже не оказалось. Воин со всех ног бросился за своим хозяином и его «счастливым» учеником, в любой момент готовый прийти Харту на помощь. Он нагнал Косэя и Рейвена уже через несколько минут и, обратившись в огромного песчаного льва, зашагал рядом.

– А тебя кто приглашал? – проворчал Косэй, однако гнать Сфинкса от себя не стал. То, что его воин хочет понаблюдать за предстоящей тренировкой, было понятно. В конце-концов, не каждый день в Египте феникс сражается против дракона.

Косэй чувствовал себя очень уверенно. С той встречи с Эристелем он уже полностью восстановился, поэтому позвал Рейвена не столь тренироваться, сколь выяснить, кто из них двоих окажется сильнее. Рыжий предвкушал этот миг с того момента, как увидел истинное обличье этого раба. Теперь он уже не удивлялся, почему Харт постоянно проявлял свою волю, доводя Нефертари до бешенства. Когда знаешь, что можешь обращаться в огромную огнедышащую тварь, ни одна девка не сможет тебе приказывать.

– Куда мы идем? – наконец не выдержал Рейвен.

– В пустыню, толстяк! Я всегда тренируюсь только там, потому что знаю, что никого случайно не убью, и не сожгу чей-то дом. Те берега Нила необитаемы.

– Ты хочешь напоить меня этим зельем, чтобы я обратился и... сразился с тобой?

– Да, - согласился Косэй.

– И... что я за это получу?

Заданный вопрос заставил красноволосого оторопеть. Он сделал широкий жест, решив потренировать хилого чужака, а в ответ этот жирный нахал требует награды.

– Я имею ввиду, если я окажусь сильнее, - осторожно продолжал Харт. – Что я за это получу?

– Ты сейчас у меня так получишь, что лечить тебя будут даже на пороге пирамиды Достойных.

– Ты тоже можешь что-то потребовать, если выиграешь. Иначе сражаться будет неинтересно.

– А чего ты хочешь? Сфинкса не отдам! – тут же поспешно добавил Косэй. Лев задумчиво посмотрел на хозяина, затем кивнул, ожидая реакции Харта.

– Я и не претендую на твоего Сфинкса. Отдай мне мою сестру, - ответил Рейвен. – Если я выиграю, ты отдашь ее мне?

Феникс молчал. Лилит была вторым человеком после Сфинкса, которого ему не хотелось отдавать.

– Бери Кайтану, - нехотя произнес красноволосый.

– Мне нужна моя сестра.

– Ты и так с ней видишься, толстый нахал! – внезапно рявкнул Рыжий. – Ты не можешь ее защитить, а я могу.

Заметив удивленное выражение лица Харта, красноволосый внезапно запнулся. Еще не хватало, чтобы Рейвен решил, что величайший воин Египта вцепился в какую-то хилую вещь, поддавшись постыдным чувствам. Конечно, Лилит была красивой, но не до такой степени, чтобы позориться из-за нее и показывать свою слабость.

«Дурацкая белая вещь... Кому она вообще нужна?» - зло подумал Косэй, а вслух произнес:

– А, впрочем, забирай. В любом случае, победа останется за мной. Другой вопрос, что с тебя взять, голодранца?

– Могу отдать тебе свой айпод или мобильник. Будешь играть в «Злых Птиц», пока не посадишь батарею.

– Каких еще «Злых Птиц»? – не понял Косэй.

– Вернемся, покажу. Ну же, соглашайся. Сфинкс уже играл. Правда, ему неинтересно. Он умудряется рассчитать траекторию полета птицы с первого раза, поэтому все время выигрывает. Свиньи сразу дохнут.

– А кто разозлил этих птиц? – продолжал любопытствовать Косэй. От этого идиотского разговора Харт не смог не сдержать смешка.

– Свиньи разозлили.

– Как? – красноволосый строго смотрел на Харта, полный решимости разобраться в причине конфликта между птицами и свиньями.

– Украли их... яйца. Косэй, я лучше покажу. Если объяснять, то звучит это слишком по-идиотски.

– Я на стороне птиц, - решительно произнес Косэй, совершенно не замечая, что Рейвен с трудом сдерживает смех. – Нельзя у птиц красть яйца! Это их дети! Их семья! Свиньи должны умереть.

– Да, конечно, - согласился Харт.

– Сфинкс – великий воин, поэтому птицы и побеждают. У свиней нет шансов, - продолжал Косэй.

– Несомненно.

– Что ты там кряхтишь? – немедленно разозлился Рыжий, заметив, что Харт прижал ладонь к губам, пытаясь не заржать в голос.

– Пыльно. Подавился...

Постепенно Рейвен, Косэй и Сфинкс добрались до окраины города. Воздух здесь казался еще более горячим. Казалось, пустыня притаилась на самой границе, ожидая, когда люди потеряют бдительность, и безжалостные пески захватят новые земли. Издалека Нил казался своего рода кровеносным сосудом, который обеспечивал жизнью эти мертвые территории. Деревья жались к воде, глотая корнями спасительную влагу, в то время как песок с резкими порывами ветра обрушивался на них, словно дикий зверь.