Чтение онлайн

Охотник кивнул и поставил на огонь котелок с водой, собираясь сделать травяной чай. Мы как раз успели выпить по кружке, когда спустилась Селена. Я ответил на её улыбку. Улыбка вышла слишком радостной и долгой, чтобы сойти за дружескую. Жан, заметив это, выдал:

— Вот оно что… — но развивать тему не стал.

Когда девушка села с нами за стол и взяла в руки свою кружку, я продолжил прерванный разговор.

— Селена, сможешь сделать операцию на ноге Лиса? У него какое-то повреждение, которое не может устранить зелье лечения. Значит, нужно исправить руками.

Наш доктор некоторое время удивлённо смотрела на меня.

— А как я пойму, что там не так?

— Можно взять труп, у которого были здоровые ноги, разрезать их, посмотреть, как там всё устроено, и потом сравнить с тем, что внутри Лиса, — тут же нашёл я решение.

— А труп делать обязательно? Человек и без ноги может жить, — влез в наш разговор Жан.

— Убивать мы никого не будем — город и без нас делает трупы. Вполне возможно, каждый день. Возьмём уже готовый, — ответил я помощнику Арно.

Лис всё это время озадаченно переводил взгляд с меня на Селену и обратно.

— Командир, я правильно понимаю, что ты не знаешь, получится ли, но всё равно хочешь разрезать мне ногу, которая и так не совсем здорова? — с неверием в голосе спросил он.

— Я понимаю, что у тебя есть проблема. Диагностических артефактов у нас нет. Значит, остаётся только посмотреть глазами, что у тебя с ногой. Если будет возможность — Селена исправит. Если нет — просто зашьёт, как было. А дальше за неделю под зельем всё заживёт, — прояснил я.

Внезапно на лице Селены появилась улыбка.

— Я поняла! Когда кость срастается неправильно, её ломают и соединяют уже под нужным углом. Так же и здесь — наверное, внутри что-то срослось неправильно или что-то на нервы давит, отсюда и боль. А зелье лечения такое устранить не может, потому что рубец образовался до того, как Лис его принял.

Всё-таки системный навык давал именно умение делать. Но решение что нужно делать должен принимать человек. У Селены опыта было немного и ей требовалась небольшая подсказка, чтобы она могла направить свои знания, полученные от «Полевой медицины (F)( 3/5 )» в нужное русло.

— Правильно! Так сможешь прооперировать? И нужна ли здоровая нога как образец? — обрадовался я.

— Образец не нужен — анатомию я хорошо знаю, — Селена немного помолчала. — Операцию я проведу, но излечения гарантировать не могу. Проблема может оказаться где-то глубоко в тканях, а разбирать тебе всю конечность я не рискну.

— Что понадобится? — быстро спросил я.

— Из основного — зелье «Беспробудного сна (F)». Также надо докупить кое-какой хирургический инструмент. Остальное у нас вроде есть, но запас перевязочного материала и нитей я бы пополнила.

Лис долго молчал, глядя в свою кружку с чаем, будто там, на дне, можно было прочесть истину. Пальцы его крепко сжимали глиняный край. Я видел, как в охотнике боролись страх, что ногу искалечат ещё больше, и надежда, что конечность станет такой же послушной, как прежде. Что он снова сможет доверять своему телу.

— Командир… — наконец выдавил он, поднимая взгляд. В голосе сквозила осторожность, почти недоверие. — А если не сработает?

Селена тихо поставила кружку на стол.

— Я не буду резать наугад, Лис, — сказала она мягко. — Я примерно знаю, где искать. Если не найду, сразу отступлю. Шанс, что моё вмешательство усугубит травму — совсем небольшой.

Лис ещё раз посмотрел на Селену, потом на меня. Его губы беззвучно зашевелились, а потом он кивнул сам себе. В его глазах я увидел страх, перемешанный с решительностью — точно такой же, как в день, когда он решился на повторную инициацию.

— Ладно, — сказал охотник уже громко. — Чёрт с ним. Полностью избавиться от этой дряни я бы всё-таки хотел. Если есть хоть один шанс сделать ногу прежней… то давай. Что я должен делать?

— Для начала тебе нужно помыться, желательно сходить в баню. И побрить больную ногу, — как можно равнодушнее сказал я, убирая со стола результаты своих экспериментов.

— Побрить ногу? — переспросили в один голос Селена, Жан и Лис.

— Так гораздо проще будет провести операцию, — ответил я.

Селена на секунду задумалась и скорее для себя, чем для нас, пробормотала:

— Ну, когда на черепе операцию делают, то волосы сбривают. А чем нога отличается?..

— План такой: сейчас Селена осмотрит Жана. Потом пойдёт за покупками необходимой алхимии и инструментов, — я выложил на стол 20 лоренов. — Зелья «Беспробудного сна (F)» купи два, второе на всякий случай. Лис занимается собой, а я пока сбегаю к кузнецу: мне и Лису нужны новые щиты. Да и ненужные мечи продам.

В комнате сразу же закрутилась деловая суета. Селена быстро допила чай и заставила Жана лечь на лавку, чтобы осмотреть его рану и сменить повязку. Лис ещё немного посидел, потом тяжело вздохнул, поднялся и направился наверх собираться. Я же, подхватив кошелёк и выбрав момент, чтобы меня никто не видел, взял рога Пятирога и кости пантеры. И шагнул за порог: кроме щитов у меня ещё было одно дело к кузнецу.

Мастер Лефевр встретил меня спокойно. В ранний час в его кузнице не было посетителей. Только где-то в глубине стучали молотом двое молодых парней — подмастерьев.

Я выложил на прилавок пять рогов. Хотя, конечно, на рога они походили слабо. Скорее напоминали когти-кинжалы паука, которого я убил в заброшенной шахте. Или высококачественное лезвие современного боевого ножа земного производства: хищное, узкое, с таким жалом, которое будто заранее знало дорогу между рёбер и пластин доспеха.

— Так слухи не врали, завалили вы тварюшку, — с нетерпеливым предвкушением в голосе произнёс мастер, глядя на рога. — Кинжалы будем делать?

— А есть варианты?

— Иногда на наконечники копий пускают. А если Пятирог старый, то рога у него раза в полтора длиннее, из них короткие мечи делают. Но конкретно из этих я рекомендую делать кинжалы.

— Почему?

— Лезвие довольно узкое, даёт бронебойный эффект, который для копья будет избыточным, а вот для кинжала или даже стилета — в самый раз. Вот смотри, — кузнец показал на острие лезвия. — Видишь, тут чуть блеск отличается? Так это потому, что центральная часть на острие из другого металла сделана. Хреновую сталь легко пробивает и не тупится при этом.