Чтение онлайн

— О, чёрт, у тебя столько грёбаных проблем. Чувак, она собирается тебя за яйца вздёрнуть, бл*дь. Помнишь ту цыпочку, с которой ты играл в колледже? Та, которую ты обещал привезти домой во время весенних каникул? Она передумала и вернула ваши билеты. А потом дала объявление на Крейгслист: «Одинокий мужчина ищет другого одинокого мужчину».

Я качаю головой, вспоминая это.

— Она была чертовски сумасшедшей! Мне пришлось менять свой номер четыре раза. Четыре! Потом мне пришлось начать носить шапочки, чтобы она меня не узнала, — я снова трясу головой, а Ноа смеётся так сильно, что падает.

Я зыркаю на него:

— Это был грёбаный май! Мне приходилось принимать душ трижды в день. Я и понятия не имел, что голова может так сильно потеть.

Наконец мой друг перестает хохотать и заглядывает в пакет, который Лорен только что бросила на стол перед нами.

— Если бы я был на твоём месте, то постарался бы насладиться этим. Наверное, это будет последняя еда, в которую она не успела плюнуть.

Я открываю коробку, на которой написано моё имя. Это пастрами на ржаном хлебе, немного горчицы и маринованный огурец. В другой коробке тост с сыром и ветчиной.

Следующие тридцать минут мы проводим за обедом, болтая обо всём.

— Ты собираешься куда-нибудь на эти выходные с Деборой? — он спрашивает меня. Дебора — это друг семьи, к которому я обращаюсь, когда у меня больше ничего не происходит. У нас обоих есть работа, не дающая нам скучать: она занимается спорами по недвижимости, поэтому мы контактируем время от времени. Я пожимаю плечами.

— Я не уверен в своих планах. Что ты задумал?

Он достает свой телефон, скроллит.

— Андреа. Именно это я и задумал. Я познакомился с ней в «Старбаксе». У неё самые длинные ноги, которые я когда-либо видел. Я планирую обернуть их вокруг своей шеи, и не в борцовском приёме, — он поигрывает бровями. — Если ты понимаешь, о чём я.

Я прыскаю. По-моему, я никогда не видел его с кем-то больше двух раз.

Он поднимается и складывает мусор в мешок.

— Было забавно, но, к сожалению, я должен бежать.

Он берёт сумку и выходит. Я иду вслед за ним и вижу, как он останавливается у стола Лорен. Она что-то печатает, поэтому только поворачивает голову.

— Большое спасибо за ланч, Лорен. Ты спасла мою жизнь.

Я закатываю глаза от ерунды, извергаемой им, но милая улыбка, которую ему дарит Лорен, действительно действует мне на нервы. Я уже собираюсь усмехнуться, когда он уходит, подмигнув ей.

— Он такой милый, — говорит она, продолжая печатать. Я не знаю, почему у меня такое чувство, что я хочу вырвать у неё клавиатуру, чтобы она посмотрела на меня, чтобы я мог увидеть её лицо.

— Ну да, внешность бывает обманчива, — комментирую я, прислоняясь к дверному косяку.

Наконец она перестаёт печатать и бросает на меня взгляд.

— А то не знаю?! — её глаза проходятся от моей макушки до кончиков пальцев ног. Это заставляет меня выпрямить позвоночник.

— Я хочу, чтобы ты знала, что я здесь самый хороший парень, — я понятия не имею, почему пытаюсь убедить её в этом. Мне абсолютно всё равно, нравлюсь я ей или нет. Я её босс, а она моя временная помощница. Факт: то, что я хочу видеть, как она улыбается мне, сейчас не имеет никакого значения. И тоже факт: я также задаюсь вопросом, носит ли она стринги под юбкой или не носит вообще ничего? Она использует воск или бреется? Оставляет полоску волос или совершенно голая? Все эти мысли проносятся у меня в голове, поэтому я не сразу слышу, как она говорит со мной.

— Прости, что ты сказала? — переспрашиваю я.

— Я сказала, что Дэнис прислал мне документы и планы, которые вы просили. Он сказал, что, если вы хотите, он может встретиться с вами там, чтобы вы могли просмотреть их. Он также сказал, что в лофте, о котором вы спрашивали, есть терраса на крыше, которая отлично подойдет для ресторана днём и бара ночью.

Она пробыла здесь меньше шести часов, и она в миллион раз лучше, чем последние десять помощников, которых я выкинул отсюда.

— Кроме того, я просмотрела ваше расписание и сделала цветовую кодировку всех ваших встреч, так что, когда вы нажмёте на цвет, все файлы, соответствующие этой встрече, также появятся.

Она организовала всё мое расписание за три часа.

— Я не трогала ни субботу, ни воскресенье, потому что это не моя работа. Если только там не было отметки, в которой говорилось, что это рабочее мероприятие или встреча.

Я прокручиваю в голове свое расписание и задаюсь вопросом, записал ли я что-нибудь личное. Лорен, должно быть, догадывается о моих мыслях, потому что хихикает.

— Не волнуйся, я не нашла твоих маленьких грязных записей, — она качает головой, поднимая свой бокал из «Старбакса» с чем-то красным, ягодным. — Вам ещё что-нибудь нужно от меня? — уточняет она, глядя на лежащие перед ней бумаги.

Я ничего не говорю, просто возвращаюсь к своему столу, чтобы просмотреть записи, которые она мне только что прислала. Я также проверяю свой календарь и вижу, что всё организовано не только по цвету, но и по алфавиту. Господи, где же она была всю мою жизнь?!

Следующие три часа я провожу, обсуждая с Дэнисом наши планы, чтобы убедиться, что всё готово для посещения нового ночного клуба, открывающегося через пару недель.

Услышав стук в дверь, я кричу, чтобы вошли. Створка приоткрывается, и Лорен просовывает голову внутрь.

— Я уже ухожу. Просто подумала, что ты должен знать.

Я смотрю на часы и вижу, что уже четыре часа дня.

Откинувшись на спинку стула, я складываю руки вместе.

— Я думаю, что в первый день это нормально, но иногда тебе придется задержаться допоздна, — я даже не успеваю закончить, как она меня обрывает. Она открывает дверь и входит в мой кабинет. Останавливается прямо перед моим столом, изгибает бёдра и кладёт на них руки.

— Без вариантов. У меня двое детей. Мои часы — с восьми до четырёх. И ни минутой позже. Я не против обедать за своим столом, но я ясно дала понять, что мои часы не подлежат обсуждению, когда заняла эту должность.

— А почему твой муж не может посидеть с ними? — я задерживаю дыхание, ожидая её ответа. Мой желудок начинает гореть, а грудь сжимается при мысли о том, что она идёт домой к кому-то. А потом, совсем как дьяволица, которой она и является, Лорен впивается в меня взглядом.

— Я в разводе, и у меня полная опека над детьми, так что если ты не можешь приспособиться к моим ограничениям, то нам лучше выяснить это сейчас и расстаться, — она начинает разворачиваться, собираясь уйти.

Я прочищаю горло, наблюдая, как она распускает волосы. Будто она делает это в замедленной съёмке, как в рекламе шампуня.

— Ладно, ладно, — уступаю я вопреки здравому смыслу, — мы справимся с этим, — я наклоняю голову и улыбаюсь. — Всегда пожалуйста.

Она кивает, но я вижу, как плотно сжимаются её губы. Я уверен, что если бы я не был её боссом, она бы послала меня нахрен, и я не знаю, почему одна только мысль о том, что она станет бороться со мной, заставляет меня хотеть смеяться. Она поворачивается и выходит, тихо закрывая за собой дверь, что, я осознаю, совсем не то, что она действительно хочет сделать.