Чтение онлайн

— О-о-о, нам нужно это проверить, — говорю я. И это последнее, что я помню.

Следующее, что я осознаю, это то, что я лежу в своей постели с Кейли на другой стороне.

— Ты думаешь, я ему не нравлюсь, потому что я старая? Или уродливая? Или это потому, что я толстая?

Она тянется и гладит меня по щеке.

— Ты ещё не старая. Ты — противоположность уродливости, и ты определённо не толстая. Он ведёт себя так, будто ты ему не нравишься, потому что ты ему, вероятно, слишком нравишься. Помнишь Рики в третьем классе, который гонялся за тобой с лягушкой, потому что любил тебя? Это всего лишь взрослая версия.

— Он ни за что не западёт на такую, как я. Правда, он сказал, что у меня тугая задница. Это значит, что он смотрел на неё, верно?

Она заправляет прядь волос мне за ухо.

— Он, без сомнения, оценивал тебя.

Я закрываю глаза. Комната кружится, когда день прокручивается в моей голове. Я засыпаю под звуки болтовни Кейли о вегетарианском супе из говядины, который она собирается приготовить, за вычетом говядины, конечно.

Её голос убаюкивает меня, когда я возвращаюсь мыслями в сегодняшний день, к моменту, когда я сидела за своим столом, зная, что он наблюдает, чувствуя, что он наблюдает за мной.

На следующий день я добираюсь до работы без происшествий. Уже в семь пятьдесят пять я на месте и иду в комнату отдыха, где завариваю кофе.

Я стою, облокотившись о стойку, и жду, когда кофе закипит, и тут входит высокий мужчина в очках. Он долговяз, его коричневые брюки идеально выглажены. Клетчатая рубашка завершает образ. Я улыбаюсь ему и вежливо говорю:

— Здравствуйте.

Он кивает и подходит к холодильнику, чтобы убрать свой ланч-бокс.

— Вы, должно быть, новый временный персональный ассистент Остина? — говорит он тихо, тоже дожидаясь, пока кофе заварится.

— Так и есть, — я протягиваю ему руку, чтобы представиться. — Я - Лорен.

Он сжимает мою руку, и я чувствую влажность его ладони, впрочем, не настолько, чтобы мне пришлось вытирать свои пальцы о юбку.

Сегодня я одета почти так же, как и вчера: строгая юбка, только теперь тёмно-синяя, со складками по бокам, белая хлопчатобумажная рубашка на пуговицах. Это просто, но профессионально. А шоколадные туфли-лодочки с открытым носком дают мне лишние четыре дюйма.

— А я - Стивен. Работаю в бухгалтерии, — отвечает он, поправляя очки на носу. — Ну, как, тебе нравится твоя работа? — вопрос чуть приглушает звук струи пара, вырывающейся из аппарата, давая нам знать, что всё готово.

Я хватаюсь за ручку.

— Так и есть. Сначала я думала, что будет сложно, так как я не работала больше десяти лет, но это всё равно, что кататься на велосипеде, — я улыбаюсь ему, наливая кофе.

Он ставит кружку на стойку и ждет, пока я подам ему кофейник. Но я собираюсь быть дружелюбной:

— Пожалуйста, скажи мне, когда остановиться.

Он улыбается в ответ.

— Когда ты закончишь флиртовать, сделай мне тоже чашечку. И нам нужно обсудить пару вещей, — голос Остина врывается в комнату, пугая меня и заставляя немного расплескать кофе.

— Господи, ты меня напугал, — выдыхаю я, возвращая кофейник на подставку и быстро хватая салфетку, чтобы вытереть пролитое. Стивен тут же сграбастывает свою чашку и уходит, ещё раз улыбнувшись мне, кивнув Остину и пробормотав:

— Доброе утро.

— Я знаю, что ты временный работник и не в курсе правил компании, но личные отношения между коллегами запрещены, — он смотрит на меня, засунув руки в карманы.

Я бросаю салфетку и поворачиваюсь к нему. Он одет в простой чёрный костюм и очередную накрахмаленную белую рубашку: выглядит остро, будто всё было пошито специально для него.

Он, очевидно, не брился сегодня утром: щетины больше, чем вчера вечером, когда я уходила, и я не могу не думать про себя, что определённо получила бы ожог от бороды из-за этого.

— Я попрошу Барбару прислать тебе правила, чтобы не путаться.

— Я не флиртовала с ним. Мы только что познакомились, и я просто была вежлива. Хотя я уверена, что эта концепция тебе чужда, — я беру свою кружку и иду прочь.

— Я попросил кофе, — останавливает он меня, и я резко поворачиваю голову.

— Нет. Ты не попросил, ты потребовал. После того, как ты оскорбил меня. Снова. И, для протокола, когда кто-то просит другого человека о чём-то, он обычно добавляет «пожалуйста». Кофе готов. Налей себе сам, — я свирепо смотрю на него.

Больше ничего сказать я не успеваю, так как в комнату входит Барбара.

— Доброе утро, вы двое. Лорен, мне нравится эта юбка. Очень, очень мило, — говорит она мне, беря две кружки и наполняя их кофе.

— Барбара, — обращаюсь я к ней, — Остин как раз вспоминал политику компании, включённую в руководство для сотрудников. Если вас это не затруднит, пожалуйста, пришлите её мне. Существует политика запрета личных отношений на работе. Остин, похоже, считает, что мне следует прочитать эти правила, — я подношу чашку ко рту, чтобы скрыть улыбку.

Барбара бросает удивлённый взгляд на меня, потом на Остина.

— Обязательно пришлю. Только, похоже, у меня нет подходящей копии, так как я не помню это конкретное правило. Остин, если ты внёс поправки в справочник, то, возможно, тебе стоит прислать его мне, чтобы я могла убедиться, что эти изменения будут зафиксированы и отправлены по электронной почте всем, — предлагает она, когда заканчивает с кофе, вручая Остину одну из чашек, которые приготовила.

Я поднимаю глаза на примолкшего босса, отмечая его сжатый рот и дёргающееся горло.

— Мы завершили правки только на прошлой неделе. Я пришлю тебе, — цедит он и уходит, оставляя нас с Барбарой одних.

Я вижу, как она улыбается, поднося кружку к губам.

— Надеюсь, ты знаешь, что я не останусь здесь надолго, — сообщаю я ей. — Я уже попросила Пенелопу, чтобы она подыскала мне подходящую замену здесь, а также другую должность в другом месте… — я смотрю, как она пьет кофе, и интересуюсь, — он всегда кладет пол-ложки сахара и не добавляет молоко?

Выражение удивления на её лице не скрыть.