Чтение онлайн

– Также устрою я крытые повозки, безопасные и неприступные, для которых, когда врежутся со своей артиллерией в ряды неприятеля, нет такого множества войска, коего они не сломили бы. А за ними невредимо и беспрепятственно сможет следовать пехота.

– Также, в случае надобности, буду делать я бомбарды, мортиры и метательные снаряды прекраснейшей и удобнейшей формы, совсем отличные от обычных.

– Где бомбардами пользоваться невозможно, буду проектировать машины для метания стрел, манганы, катапульты и другие снаряды изумительного действия, словом, применительно к обстоятельствам, буду проектировать различные и бесчисленные средства нападения.

– И случись сражение на море, есть у меня множество приспособлений, весьма пригодных к нападению и защите – и корабли, и порох, и дымы.

– Во времена мира считаю себя способным никому не уступить как архитектор в проектировании зданий. Также буду я исполнять скульптуры из мрамора, бронзы и глины. Сходно и в живописи… Смогу приступить к работе над бронзовой конной скульптурой, которая будет бессмертной славой и вечной честью блаженной памяти отца вашего…». [17]

Возможно, Леонардо презирал богатство как таковое, но известно, что его отличала изысканность одежд и повадка важного синьора. Он знал себе цену как ученому и понимал разницу между отмеченным гением художником и мастеровым-исполнителем.

Леонардо в Милане не окружен, как это было во Флоренции, людьми скептическими и недоверчивыми. Он имел возможность углублять и развивать во многих направлениях свои научные изыскания, заниматься инженерией, гидравликой, естественными науками, делать во всех областях сенсационные открытия. Здесь он написал значительную часть своих теоретических работ, сделал огромную массу заметок. С ним советовались как со специалистом по вопросам строительства Миланского и Павийского соборов. Он составлял проекты по мелиорации, канализации, градостроительству. Искусство для него – одна из многих разновидностей исследования, опыта, познания, но в известном смысле оно выше других, потому что рисунок – «вещь умственная», интеллектуальный процесс и как таковой орудие для всех пригодных предметов.

Как живописец Леонардо исполнил в Милане два произведения, имеющих первостепенное значение, – «Мадонна в скалах» (заказана в 1483 году) и «Тайная вечеря» – в трапезной монастыря Санта-Мария-делле-Грацие, а также несколько портретов. Как скульптор он создал модель в натуральную величину колоссальной конной статуи Франческо Сфорцы, которая, однако, не была отлита в бронзе и уничтожена во время оккупации Милана французами в 1499 году.

Леонардо да Винчи, «Тайная вечеря», смешанная техника, 460x880, 1498. Милан, Санта-Мария-делле-Грацие.

От «Тайной вечери» до недавнего времени оставалась лишь слабая тень (сложнейшая реставрация, к которой научная общественность относилась самым противоречивым образом, «вернула» творение Леонардо зрителям). Леонардо пользовался своеобразной техникой собственного изобретения (яичная темпера, наносимая на твердый отшлифованный грунт в виде двуслойной штукатурки с очень тонким верхним слоем), которая в скором времени привела к разрушению этого шедевра. Леонардо создал эту технику, как альтернативу требующей скорого письма фресковой, чтобы иметь возможность переписывать уже сделанное, исправлять ошибки. Сцена последнего ужина Христа с учениками для Леонардо – не просто определенное действие, а психологическая ситуация, состоящая из взаимосвязанных действий и противодействий. До последнего момента работы Леонардо стремился иметь возможность переделать различные нюансы в зависимости от новых акцентов, появившихся в других местах, пусть даже в противоположном конце композиции.

Фигуры в «Тайной вечере» сгруппированы по три, выражения лиц, жесты рук являются следствием задаваемых в тревоге вопросов и ответов присутствующих. Один Христос изображен изолированно, и жесты его не связаны с жестами других. У апостолов же все взаимозависимо. Давно уже было подмечено психологическое разнообразие жестов и выражений лиц апостолов, предпринимались даже попытки каталогизировать выражаемые ими чувства. «Хороший живописец, – писал Леонардо, – должен изображать две главные вещи: человека и то, о чем он помышляет в своем уме: первое – легко, второе – трудно, ибо в жестах приходится передавать движения мысли». [18]

В ходе работы над композицией «Тайная вечеря» Леонардо столкнулся с недопониманием со стороны настоятеля монастыря: «Настоятель этой обители упорно приставал к Леонардо с тем, чтобы тот закончил эту роспись, так как ему казалось странным видеть, что Леонардо иной раз целых полдня проводил в размышлениях, отвлекаясь от работы, а настоятелю хотелось, чтобы он никогда не выпускал кисти из рук, как он это требовал от тех, кто полол у него в саду. Не довольствуясь этим, он пожаловался герцогу и так его накалил, что тот был вынужден послать за Леонардо и вежливо его поторопить, дав ему ясно понять, что все это он делает только потому, что к нему пристает настоятель. Леонардо, поняв, что этот государь человек проницательный и сдержанный, решил обстоятельно с ним обо всем побеседовать (чего он с настоятелем никогда не делал). Он много с ним рассуждал об искусстве и убедил его в том, что возвышенные таланты иной раз меньше работают, но зато большего достигают, когда они обдумывают свои замыслы и создают те совершенные идеи, которые лишь после этого выражаются руками, воспроизводящими то, что однажды уже было рождено в уме».

Леонардо не только долго обдумывал идеи своих произведений, но и часто отвлекался он на научные наблюдения. Один из учеников, сопровождавших его в миланской поездке, оставил запись в своем дневнике о днях работы над композицией «Тайная вечеря»: «Все эти дни работал над головой апостола Иоанна. Сегодня должен был кончить, но, к удивлению моему, остался дома и с утра, вместе с маленьким Джакопо занялся наблюдением над полетом шмелей, ос и мух. Так погружен в изучение устройства их тела и крыльев, словно от этого зависят судьбы мира. Обрадовался, как бог весть чему, когда нашел, что задние лапки служат мухам вместо руля. По мнению учителя, это чрезвычайно полезно и важно для изобретения летательной машины. Может быть. Но все же обидно, что голова апостола Иоанна покинута для исследования мушиных лапок». [19]

Все же к лету 1498 года, то есть за три года, работа была закончена, и зрители смогли увидеть произведение во всей красе. Картина так понравилась герцогу, что он подарил Леонардо прекрасный виноградник за миланскими воротами Порта Верчеллина. Монахи оплатили заказ, и Леонардо отправил значительную сумму в 600 дукатов на хранение во флорентийскую больницу Санта-Мария-Нуова.

В литературе склонны сталкивать Леонардо и Микеланджело. Двум ни в чем не похожим друг на друга гениям суждено было появиться на свет в одно время и стать согражданами. Зачастую конфликт разжигался искусственно сторонними людьми.

Осенью 1503 года Леонардо получил через посредство благоволящего к нему «постоянного гонфалоньера» Пьетро Содерини большой живописный заказ. В 1496 году в Палаццо Веккьо выстроили новый большой зал, так называемый Зал Пятисот, а через несколько лет решили достойным образом украсить его, поручив роспись стен лучшим художникам. Заказ на роспись одной из стен был в октябре 1503 года передан Леонардо да Винчи. Сюжетом, который избрал Леонардо, был эпизод из битвы, происходившей 29 июня 1440 года между флорентийско-венецианскими войсками и находящимися на миланской службе отрядами кондотьера Пикколо Пиччинино. Битва эта происходила у местечка Ангиари, недалеко от города Борго-Сан-Сеполькро, и кончилась полным разгромом миланцев. Победой этой очень гордились флорентийцы в течение следующих, далеко не славных десятилетий, и поэтому неудивительно, что именно ее избрал Леонардо. Был составлен план работы: сначала написать картон (ввиду его больших размеров для работы над ним Леонардо был отведен большой Папский зал в монастыре Санта-Мария-Нуова); затем выстроить помост, и только после этого приступить к выполнению самой стенной живописи. Работа подвигалась быстро, но в январе 1504 года Леонардо получил предписание принять участие в экспертизе, которая должна была определить место установки статуи «Давид» Микеланджело. Сам скульптор настаивал на том, чтобы она была установлена в самом центре города, на площади перед Палаццо Веккьо. «На площади статуя будет мешать движению», – сказал Леонардо и вызвал озлобление Буонарроти против себя. В итоге Микеланджело добился своего и «Давид» был установлен на площади перед Палаццо Веккьо.

Неизвестный художник XVI века по Леонардо да Винчи, «Битва при Ангиари», 1503–1505, бумага, черный мел, перо, тушь, акварель, 45,2x63,7. Париж, Лувр.

Леонардо возобновил работу над картоном будущей фрески «Битва при Ангиари». 4 мая 1504 года синьория приняла официальное постановление, которым фиксировалась сумма выданного Леонардо аванса – 35 золотых флоринов – и разрешалась дальнейшая выдача небольших сумм «время от времени» со сроком окончания – конец февраля 1505 года. В случае же несоблюдения условий договора Леонардо должен был вернуть заказчику все выплаченные ему суммы.