Чтение онлайн

– А ты чего в таком виде?
– неодобрительно обернулась свекровь.

– Я у себя дома!
– огрызнулась я, дёрнув плечом.

Да, на мне была короткая ночнушка на бретельках, но вовсе не вызывающая.

– Саш, не груби!
– вступился Миша, ставя чайник на место.

– А ты, дорогой, пройди в спальню. Мне надо с тобой поговорить!
– отрезала я и вышла из кухни.

Миша послушно поплёлся следом.

– В чём дело?
– спросил он, плюхаясь в кресло и закидывая ногу на ногу.

– Ну что, как самочувствие?
– язвительно поинтересовалась я.
– Стало легче?

– Саш, не начинай!
– закатил глаза Миша.
– У меня была уважительная причина.

– Если после каждого потрясения надо напиваться до поросячьего визга, то нам давно пора спиться!
– парировала я, заправляя одеяло.
– Ты не забыл, что сегодня мы едем к Лере? Может, собирался поехать без меня?

– Нет, - помотал головой он.
– Просто не хотел тебя будить, видел, что ты не спала.

От этих слов на душе потеплело. Всё-таки он обо мне заботится. …

– Тогда я одеваюсь, и поехали, - сказала я уже мягче, открывая шкаф.

– А завтрак?

– Если хочешь - иди поешь, - пожала я плечами, стягивая ночнушку.
– Лично у меня перед этой встречей ничего в горло не лезет.

– Да мне тоже!
– махнул рукой Миша.
– Просто маму не хотел обижать, она же старалась.

– Ничего, Аня её уважит!
– улыбнулась я.
– Она обожает блины со сметаной.

– Ладно, собирайся.
– Он поднялся и направился к двери.
– Я жду в машине.

Сказать, что я волновалась, - значит, ничего не сказать. Меня трясло так, что я не могла усидеть на месте. Миша, мрачно уставившись на дорогу, уверенно крутил руль. Как пройдёт эта встреча? Вдруг совсем некстати вспомнились боль и обида, с которыми мой тогда ещё просто знакомый Миша рассказывал о жене. А вдруг… вдруг он всё ещё её любит? Вдруг он увидит её - и былое чувство вспыхнет с новой силой? «Нет!
– мысленно одёрнула я себя.
– Миша сейчас слишком на неё зол, о каких чувствах может идти речь?» Но это не принесло облегчения.

Когда машина, наконец, затормозила перед ухоженным домом с чистыми окнами, аккуратными балконами и почему-то ярко-розовой дверью, я вышла, еле переставляя ноги. Голову сжало, будто обручем, пальцы похолодели и беспомощно теребили ремешок сумки.

Мы вошли в чистый лифт и в гробовом молчании поднялись на шестой этаж. Миша позвонил в дверь. Тут же послышались шаги, в глазке метнулась тень - и наступила тишина.

– Лера, открывай!
– Миша стукнул кулаком в дверь.
– Я всё равно не уйду!

– Что тебе нужно?
– донёсся из-за двери тоненький голос.

– С Андреем беда, - коротко бросил муж.

Тут же загрохотали замки, и на пороге возникла женщина.

Я с жадным любопытством её разглядывала. Как ни странно, ни у Миши, ни у Андрея не было ни одной её фотографии, так что я даже не представляла, как она выглядит.

Передо мной стояла миниатюрная блондинка. Лера едва доставала мне до плеча, но её фигура вызвала у меня откровенную зависть: стройные ноги, выглядывающие из-под чересчур короткого халатика, тонкая талия, высокая грудь. На кукольном личике - огромные голубые глаза, аккуратный нос и пухлые губы. Короткие волосы были безупречно уложены.

У меня в душе зашевелились сомнения. Лера выглядела так по-ангельски, что просто не верилось во все те ужасы, о которых рассказывал Миша. Казалось, такая женщина должна печь пироги и обожать свою семью.

– Что с ним?
– спросила Лера, не отрывая взгляда от Миши.

– Мы так и будем разговаривать на лестнице?
– ядовито усмехнулся он.

– Проходите, - нехотя посторонилась она.

Мы вошли в уютную, кокетливо обставленную прихожую. Здесь пахло чем-то приторно-сладким, словно от дешёвого освежителя воздуха. Лера прижалась к стене, спрятав руки за спину.

– Ну что ж, дорогая, - сладко начал Миша, опираясь рукой о стену над ней, - расскажи-ка мне, кто отец Андрея?

Я никогда не видела, чтобы человек бледнел так стремительно. Сначала побелел лоб, потом нос и лишь потом - щёки. И без того огромные глаза Леры расширились от ужаса.

– О чём ты?
– выдохнула она.
– Конечно, ты.

– Не стоит врать, - нахмурился Миша.
– Я всё знаю.

– Откуда?
– едва слышно прошептала Лера.

Миша не отвечал, продолжая нависать над ней. Подумав, что молчание затянулось, я вмешалась:

– У Андрея лейкемия. Ему срочно нужна операция.

– Что?
– Задыхаясь, Валерия перевела на меня взгляд, словно только сейчас заметила моё присутствие.
– Андрей болен?

– И такое бывает!
– хмыкнул Миша, отстраняясь.
– Представляешь, дети иногда болеют. И очень серьёзно.

– Я не знала!
– воскликнула Лера, прикусив губу.

– Меня это не удивляет, - усмехнулся он.
– Удивительнее было бы обратное.

– Я могу чем-то помочь?
– заволновалась она.

– Можешь, - кивнул Миша.
– Но для начала скажи, кто отец Андрея.

– Давайте пройдём на кухню, - обречённо вздохнула Лера и толкнула бежевую дверь.

Подойдя к плите, она поставила чайник. Мы в гробовом молчании ждали, пока он закипит. Разлив чай по чашкам, она наконец села за стол, закрыла лицо руками с аккуратным маникюром и тихо выдохнула:

– Прости меня, Миша. Я не должна была так с тобой поступать. Теперь я о многом жалею.

Она сделала паузу, собираясь с мыслями.

– Вскоре после свадьбы я встретила другого и влюбилась. Это было как наваждение. А когда узнала, что беременна, то растерялась. Я не могла точно сказать, кто отец. После родов я дала денег врачу, чтобы он сделал анализ… Он показал, что ты - не родной отец Андрея.

Лера отняла руки от лица и принялась вертеть в пальцах чашку.

– Я стала названивать Роме, но он накричал на меня, велел не звонить и отключил телефон. Вот тогда я испугалась по-настоящему. Я была уверена: если ты узнаешь правду, то не простишь. Шли годы, Рома не появлялся, и я его почти забыла. А тебя… тебя уже не любила. Да, у меня были романы на стороне, но всё это было ерундой. А потом…