Чтение онлайн

— Закончили? — сухо поинтересовался главный, скользнув взглядом и по мне.

Нет, определённо, он пришёл вовремя — по его мнению. А по-моему — как гром среди ясного неба.

Жандарм молча наблюдал, как его коллега пробегает глазами по аккуратно сложенным бумагам в принесённой папке. Я изо всех сил старалась рассмотреть, что там написано, вытягивая шею и косясь в сторону стола, но расстояние было слишком велико. Видела только ровные, плотно исписанные строки — без шанса различить хотя бы одно слово.

Наконец, канцелярий закончил чтение, удивлённо покосился на командира и коротко кивнул:

— Под вашу ответственность.

Я не сразу поняла, о чём идёт речь. Но догадка пришла уже через пару ударов сердца — когда этот тощий, как жердь, жандарм подошёл ко мне вплотную, почти касаясь плечом, и, словно по какому-то своему сценарию, подмигнул, кивнув с лёгкой ухмылкой:

— Пойдём.

Он развернулся и не оборачиваясь направился к двери, будто уже знал, что я последую за ним. А я… осталась на секунду стоять, растерянно глядя на канцелярия за столом. Молча, без слов, спросив взглядом: мне правда с ним идти?

Тот ответил едва заметным, но вполне утвердительным кивком. Ну чудесно. Я быстро вздохнула и осторожно направилась за жандармом, стараясь держаться с достоинством. Хотя в голове всё вертелся один и тот же вопрос:

Куда он меня ведёт? А может, всё же… лучше бы в камеру?

Кристиан Виери

Я оставил Орлина вместе с возничим у дороги — оба прекрасно понимали, что ожидание может затянуться, и потому устроились поудобнее в тени у телеги. Кивнул им, мол, оставайтесь здесь, скоро вернусь, — но прежде чем сделать шаг, Орлин окликнул меня и протянул аккуратно перевязанный свёрток.

— Небольшой презент для леди, — пояснил он с полуугольком во взгляде. — С просьбой идти — негоже с пустыми руками.

Я взял свёрток, коротко кивнув в знак благодарности, и направился в сторону виноградников, чувствуя лёгкую тяжесть в руке и ещё более ощутимую — в мыслях.

Солнце лениво скользило по спине, пригревая, но не обжигая, а лёгкий ветерок разносил терпкий запах земли, зрелых ягод и сухой травы. Тропа вилась меж аккуратно ухоженных рядов лоз, и вскоре впереди послышались голоса — рабочие обсуждали что-то на ходу, кто-то смеялся, кто-то ворчал. Среди множества голосов легко выделялся один — твёрдый, уверенный, с лёгкими нотками насмешки. Голос самой леди Луарийской.

Я приблизился, не торопясь вмешиваться. Она, с закатанными рукавами и плотно затянутым корсетом, уверенно отдавала распоряжения, поправляла что-то в корзинах, принимала взволнованные жалобы и не теряла при этом доброжелательной иронии. Настоящая хозяйка. В голосе — контроль, в жестах — знание дела.

Некоторые из собравшихся уже косились на меня. Шептались, кто-то указал в мою сторону, но я сохранял вежливое терпение, позволяя хозяйке самой заметить своего гостя. Не хотелось вмешиваться с ходу. Пусть увидит меня тогда, когда сочтёт нужным.

Маркиза как раз беседовала с женщиной, державшей корзину, когда, будто в задумчивости, протянула руку и выбрала одну из тяжелых, сочных гроздей. Пальцы скользнули по тугим виноградинам, остановились на паре особенно спелых. Она сорвала их с легкостью, как будто не виноград, а нити тонкой ткани отделяла.

Подняв ягоды, леди Милана аккуратно разломила каждую пополам, следя, как плотная кожура расходится, открывая прозрачную, чуть мерцающую мякоть. Сквозь неё — будто капельки меда на солнце. И именно в этот момент её взгляд скользнул в мою сторону и замер.

Девушка убрала руку, не спеша, виноградины исчезли в складках тонкого платка, который сразу же спрятала за пояс. Маркиза встретила мой взгляд — прямо, спокойно, без лишних эмоций, но и без холода. Лишь спустя пару долгих секунд на её лице появилось сдержанное подобие улыбки — чуть приподнялись уголки губ, тень теплоты проскользнула в глазах.

Что-то едва слышно прошептала стоявшим рядом помощникам, те немедленно кивнули и начали отходить в сторону, как будто знали, что делать без дополнительных указаний. Леди же тем временем оставила процесс собора урожая и шагнула ко мне — уверенно, грациозно, словно эта встреча была ею заранее запланирована.

— Ваша Светлость, рада приветствовать вас в Рилании. Вы не сообщали о своем визите. Могу я узнать его причину? — прозвучало формально, сдержанно, хоть голос маркизы и оставался внешне приветливым. Настороженность в её тоне не ускользнула от меня.

— Добрый день, леди Милана, — склонил голову с вежливой улыбкой. — Прошу простить за столь неожиданный визит. Я не отвлеку вас надолго от вашего занятия.

Мы двинулись вглубь виноградника, неторопливо шагая по узкой дорожке между рядами лоз. Направления, как такового, не было — просто старались отдалиться от работников, давая им возможность продолжить дело без излишнего напряжения под взглядами титулованных наблюдателей. Под ногами хрустел песок и сухие листья, в воздухе витал сладковатый аромат спелого винограда, смешанный с солнечным теплом.

— Буду краток: я пришёл за помощью, — произнёс, когда мы отошли достаточно далеко, чтобы слова не могли быть подслушаны.

Милана остановилась и обернулась. Её глаза внимательно и немного настороженно изучали моё лицо. Тень напряженности всё ещё оставалась, но я заметил — она слушает.

— И чем же я могу вам помочь? — спросила моя собеседница, не спеша с выводами. Прямой вопрос. Ни намёков, ни отговорок.

Это был уже хороший знак.

— Мне нужны деньги, — не стал юлить, глядя ей прямо в глаза. — Понимаю, звучит странно, но у меня просто нет выбора. Нет, вы не подумайте, что я прошу взаймы без гарантий — я хочу предложить вам договор.

Эта мысль уже давно жила в моей голове, но именно сейчас, когда каждый час на вес золота, я был готов воплотить её в жизнь. Ради Александры я пойду на всё.

Леди Милана замялась. В её взгляде мелькнуло сразу несколько эмоций: удивление, настороженность, размышление. Но вместо того чтобы сразу отказать — как, быть может, сделала бы любая другая на её месте, — девушка вдруг кивнула, слегка приподняв подбородок.

— Давайте обсудим это в более укромном месте.

Мы покинули ряды виноградников и двинулись к небольшому домику на краю угодий. Уютный, обросший плющом флигель, скорее для временного отдыха, чем постоянного жилья. Как только мы вошли внутрь, маркиза что-то шепнула встретившей нас пожилой женщине. Та тут же закивала и принялась накрывать на стол, ловко управляя посудой и подносами.

Я неуклюже протянул леди свёрток, который передал мне Орлин.

— Это… небольшой подарок, — пробормотал я. — От моего помощника.

Маркиза слегка улыбнулась и приняла его, ничего не сказав, хотя я заметил, как она передала его своей работнице. Я последовал за своей собеседницей в соседнюю комнату — скромную, но со вкусом обставленную: светлые стены, витражи, кресло у камина и неширокий диванчик, на который она жестом пригласила меня сесть.

— Вы говорили о договоре… — начала она, устраиваясь напротив. — Ваша Светлость, я понимаю, что не будь вы в отчаянном положении, то не явились бы ко мне. Но и я сейчас не в лучшем положении. Мы строим новый мост через Полозец, и все силы, все средства сейчас направлены туда. А ещё начинается сезон сбора урожая — мне нужно платить рабочим. А плата за товар… она будет лишь через месяц.