Чтение онлайн

Ответа не было. Только доставлено. Он позвонил. Глухие гудки уходили в никуда. «Абонент вне зоны действия сети». Это было хуже, чем если бы трубку сбросили.

Руки у Бранда задрожали. От страха. От бессильной, всесокрушающей ярости, смешанной с леденящим душу ужасом. Он видел её в своей голове. Видел Свята. Видел их в руках того трясущегося отребья…

– Дай сюда, – Глеб, не дожидаясь разрешения, выхватил телефон из его оцепеневших пальцев. Рисковал головой, но сейчас это было неважно. Он подключил аппарат к ноутбуку, его пальцы затанцевали по клавишам. – Последняя отправленная геолокация… есть. Координаты зафиксированы за секунду до разрыва связи.

На карте на экране вспыхнула крошечная, ядовито-красная точка. Глушь. В тридцати километрах от ближайшей деревни.

Бранд вскочил. Его движение было резким, тигриным. Весь его гнев, вся ярость, всё отчаяние в одну секунду сконцентрировались в чистейшем, ледяном действии.

– Николай, собирай группу. Тихо, быстро, без шума. Глеб, веди навигацию. Всем остальным – оцепить весь сектор леса. Ни одна мышь не должна просочиться. Живыми. Мне нужны они живыми. Ярослава… – он сделал микропаузу, и в его глазах вспыхнуло что-то первобытное, – я уничтожу сам.

Через двадцать минут караван из шести внедорожников без опознавательных знаков, как стая теней, вырвался из города и помчался по пустынной трассе. Бранд сидел за рулём головной машины, его руки мертвой хваткой впились в руль. Рядом молчал Глеб, следя за маршрутом на планшете. Сзади, в темноте салона, сидели Николай и ещё двое – все в чёрном, с каменными лицами. Ни слова. Только рёв двигателей и свист ветра в окна.

Они нашли фургон уже в кромешной тьме, когда фары выхватили из мрака чёрный силуэт, брошенный на обочине лесной дороги. Машина была пуста. Двери распахнуты.

Бранд выскочил ещё до полной остановки. Холодный ночной воздух ударил в лицо, пахнущий хвоей, гнилью и… ею. Её духами, слабым, едва уловимым следом. И страхом. Он знал этот запах. Он вдохнул его полной грудью, и зверь внутри него завыл от ярости и боли.

– Здесь, – прошептал он, не для других, для себя. И пошёл по едва заметной тропинке, не дожидаясь, пока остальные включат фонари. Он шёл, как призрак, растворяясь в темноте, ведомый только инстинктом и этим тончайшим ароматом.

И тогда он услышал. Приглушённый, далекий рёв моторов своей же колонны, доносящийся со стороны дороги. И сразу после – шорох, сдавленный звук впереди.

Он рванулся вперёд, бесшумно, как тень. И увидел.

В просвете между сосен, в слабом свете далёких фар, мелькнула знакомая фигура. Ярослав. И он тащил за собой Лизу. Она держала на руках свёрток – их сына. Картина ударила Бранда в солнечное сплетение с такой силой, что мир на миг поплыл.

И тогда он сорвался.

Тишина леса взорвалась рыком. Не человеческим. Звериным, рвущимся из самой глубины глотки. Бранд преодолел расстояние в несколько прыжков.

Ярослав, услышав этот звук, обернулся. Его трясущееся от наркоты лицо исказилось паникой. Он рванул Лизу к себе, прижал к дереву, и в его руке блеснуло лезвие, приставленное к её горлу.

– Стоять! – взвизгнул он. – Или я её…

Завтра выходной)

Лесистая поляна, освещенная косыми лучами фар приехавших машин, превратилась в театр абсурда. В центре Ярослав, с безумием в выгоревших глазах и лезвием, прижатым к горлу Лизы. И Бранд, застывший в десяти шагах, весь как сжатая пружина, готовый разорвать мир пополам, но скованный страхом за неё.

– Какого чёрта, Яр? – голос Бранда прозвучал низко, почти спокойно, но эта тишина перед бурей была страшнее крика. В нём клокотала не только ярость, но и горечь. Горький осадок от предательства того, кого он когда-то считал если не братом, то уж точно своим. – Мы же дружили. Ты жил в моём доме. Ел за одним столом.

– Дружили?! – Ярослав взвизгнул, исказившись в гротескной гримасе. Его трясущаяся рука с ножом дёрнулась, и на шее Лизы выступила новая алая черта. – Никогда! Никогда мы не были друзьями! Мой отец – Альфа! А ты… ты занял его место! Моё место!

Тишину после его крика разрезал короткий, сухой хохот Бранда. Звук, полный такого ледяного презрения, что даже некоторые из клановцев, стоявших в темноте, невольно съёжились.

– То есть, ты считаешь, что самозванец Илья, твой отец, занимал своё место по праву? Не смеши меня, щенок.

Он сделал шаг вперёд, и Ярослав инстинктивно отпрянул, сильнее вжимая Лизу в дерево.

– Илья получил это место, отравив моих родителей. Из-за него мой старший брат носит ошейник как животное и скитается больше двадцати лет по этим ёбаным лесам, а его пара увядает на глазах! Твой отец, это… мерзкое отродье, притащили в клан и дали ему кров, признали сыном только потому, что моя мать была жалостливой. Пожалела сына младшего брата моего отца. Конченного отброса, которого лишили клыков за попытку поджога родного гнезда! Илья в него пошёл – такой же мразотный выродок, который не пожалел и твою мать, и отнял тебя у неё. И ты ещё после этого смеешь визжать, что что-то ему «дали»? Единственное, о чём его просили – не мешать и помочь воспитать меня. Потому что мои родители были в годах и подкошены горем. А тебя приняли. Тебе дали образование, кров, силу. И это моя вина, что твой отец – тварь?

– Ты врёшь! – Ярослав замотал головой, слюна брызгала с его губ. – Отец сказал мне… он сказал, что ты найденыш! Выгодная пешка старейшинам! Что ты никто! Истинный наследник – я! Но ты всё занял… А потом ты вылечился! Как, сука?! Как ты смог? Трава, которой мы тебя кормили годами… Клан должен быть моим! Слышишь?! МОИМ! Мы с Кристой должны были править вместе но сучка вышвырнула меня как только ты в больницу попал! Я! Я наследник и клан и все вы мои!

Истерика в его голосе достигла пика. Бранд видел, как туман наркотиков и ненависти пляшет в его глазах. Разум не работал, остался только животный вопль обиды.

Спокойно, почти ритуально, Бранд скинул с плеч тяжёлое шерстяное пальто. Оно упало на мёрзлую землю. Затем он начал закатывать рукава белой рубашки, обнажая мощные, покрытые шрамами и жилами предплечья. Каждое движение было размеренным, полным смертельной уверенности.

– Отпусти женщину, – произнёс он, и его голос приобрёл металлический отзвук. – Не прикрывайся ей, как последний гандон. Ты хочешь клан? Хочешь силу? Так возьми. Победи меня. Покажи свою мощь, Ярослав. Докажи, что достоин управлять кланом Медведей. Если победишь – я отойду в сторону. Клан твой. Но если проиграешь… – Бранд сделал паузу, и в его глазах вспыхнул холодный, безжалостный свет, – ты будешь изгнан. Так же, как твой дед. С позором. Без клыков. Отверженным. Навсегда.

Соблазн был слишком велик. Безумие и уверенность в своей «правоте» пересилили осторожность. С криком, больше похожим на визг, Ярослав оттолкнул Лизу. Она, прижимая к груди Свята, едва устояла на ногах, отступив на несколько шагов назад, в тень сосен. В тот же миг, как по невидимому сигналу, две тени – Марьяна и Юра – начали бесшумно смещаться по дуге. Готовясь встать между ней и возможной угрозой.

А в центре поляны началась бойня.

Ярослав бросился вперёд, как обезумевший шакал. Его удары были быстрыми, яростными, но беспорядочными. Бранд не нападал. Он уходил. Ловко, почти небрежно отклоняя голову, делая микроскопический шаг в сторону. Прямой удар рассекал воздух у его виска. Замах – проносился над плечом. Он не просто уворачивался – он унижал. Показывал всю пропасть между тренированным бойцом и озверевшим наркоманом, между истинной силой и её жалкой пародией.