Чтение онлайн

Напряженно бросив последний взгляд на Сэйдж, он ослабляет хватку и немедленно поворачивается к Брайар, отходя от машины и обхватывая ее лицо ладонями. Все еще так много гнева исходит от него, что я практически вижу, как пар валит из его ушей, но он немного смягчается, когда смотрит на нее. Подняв окровавленный большой палец, он проводит по ее распухшей нижней губе.

– Это еще не конец, Маленькая Воришка.

Она кивает, принимая его гнев, прежде чем обнять его за талию и прижаться к его телу.

– Прости, – слышу я шепот, прежде чем ее голос затихает, превращаясь в нечто, слышимое только им.

Я поворачиваюсь к Сэйдж, которая прислонилась к машине, смотря в землю.

Я засовываю руки в карманы мокрых джинсов, надеясь, что липкий материал не позволит моим пальцам сделать то, что я не хочу, чтобы они делали.

Что-то идиотское, например, потянуться к ней.

То, как она цеплялась за меня в воде, как отчаянно искала меня, забирая мою энергию. Как будто она бы умерла, если бы я ее отпустил.

Я ебанулся на голову.

Месяцы воздержания, которые я пережил, были ничем по сравнению с болью от того момента.

Мне просто приходится постоянно напоминать себе и своему сердцу с птичьими мозгами, что все это мираж. Она была помолвлена с другим чуваком, и все то время я трахал ее, узнавал ее, дышал ей. Я был экспериментом.

Ты был игрой, Рук.

Вот и все.

– Похоже, вам было весело и без нас, – Тэтчер захлопывает пассажирскую дверцу машины Сайласа, направляясь к нам.

– Что случилось? – спрашивает Сайлас, оглядываясь на Брайар, затем делает паузу и пристально смотрит на Сэйдж. Смотрит гораздо дольше, чем, я бы сказал, необходимо.

Ее возвращение было тяжелым для меня, но я также знаю, что для него это было тяжело по совершенно другой причине.

Сэйдж и Розмари были близнецами, так что сходство очевидно. Это было всегда, но когда одна из них умерла, уже почти год как, сходство стало более очевидным.

– Они играли в «Вызов». Сэйдж упала в волновой бассейн, а Брайар получила удар, – сообщаю я им обоим, скрежеща зубами. Насколько они были наивны? Они должны были знать лучше. Ежегодно люди покидают «Вызов» травмированными. Это не то, во что стоит играть, не имея опыта.

Нам ли не знать. Обычно это мы являемся теми, кто наносит травмы игрокам.

– А ты? – Тэтчер поворачивается к Лайре, уединенно сидящей на асфальте с прижатой головой к коленям. Она вздрагивает, когда он говорит с ней. Его голос выдергивает ее из ее собственного маленького мирка, внутри которого она находилась, и его взгляд пронизывает ее. – Что с тобой произошло?

– Ничего. Эм, – заикается она. – Я... я в порядке.

Он продолжает пристально смотреть, затем коротко кивает и проводит языком по зубам.

– Мы хотя бы выиграли?

– Тэтчер, заткнись нахрен.

– Да, – отвечают Брайар и Алистер одновременно, доказывая в очередной раз, почему они так хорошо подходят друг другу.

– Хорошо, – Тэтчер подходит к Брайар, нависая над ней. Одна ледяная рука тянется вперед, захватывая ее подбородок и поворачивая ее голову влево, а затем вправо. – Приложи лед и будешь жить... к сожалению, – добавляет он на всякий случай.

Их разговор отходит на второй план, потому что в этот момент Сайлас подходит к Сэйдж. Он смотрит вниз на нее, пялится слишком долго и начинает снимать толстовку. Как только она оказывается у него в руках, он делает паузу.

– Подними руки, – ворчит он.

Беспокойство оседает в моем животе, когда она, наконец, поднимает свой пристальный взгляд на него.

Какого хрена он так на нее смотрит? Я знаю, что он, вероятно, делает это из уважения к Рози, но меня это тревожит.

Это заставляет меня злиться.

На себя. На нее. На него.

– Не хочу, – отвечает она, тупо уставившись.

– Ты замерзнешь до смерти. Надень ее, – он сует толстовку к ее груди, настаивая. Хотя она отказывается реагировать.

Я способен только наблюдать за этим. Я не могу сказать ни одного слова, так как мой лучший друг разговаривает с ней больше, чем с кем-либо за год.

Ревность бурлит внутри меня.

Видите, что она со мной делает? Снова разрушает мою жизнь. Настраивает меня против моих, черт возьми, друзей. Из-за нее я злился на Алистера, лгал Тэтчеру, а теперь ревную к Сайласу.

Завидую, что у них есть связь, которую я никогда не буду способен понять, и мне нечего сказать по этому поводу.

И что мне прикажете делать? Подойти к ним и помочиться на нее, как какой-нибудь пес, желающий пометить свою территорию?

У Сэйдж Донахью было много чего, но меня никогда не была в этом списке.

Я не имею права говорить о том, за чем наблюдаю, но это не значит, что я этого не хочу.

– Зачем? Чтобы ты мог спасти меня? Заставить почувствовать самого себя лучше? – она говорит холодно, вообще без следа эмоций в тоне. Вот она, бессердечная сука, которую мне пришлось узнать так хорошо. Та, которая может сломить тебя сразу после того, как создала. – Чтобы ты смог компенсировать то, что тебя не было рядом с Роуз?

– Я просто пытаюсь убедиться, что ты не умрешь, – отвечает он.

– Ага? А почему ты не сделал то же самое для моей сестры?

Я знал, на что она была способна, когда дело касалось ее красноречия. Насколько опрометчивы были ее слова, когда она была расстроена. Как легко она могла ранить кого-то лишь своим голосом.

Я не позволю, чтобы это случилось с ним. Не тогда, когда он этого не заслуживает.

– Сэйдж, прекращай, – предупреждаю я, подходя ближе, останавливаясь прямо за ними.

– Нет, – она игнорирует меня. – Ты должен был быть там, но ты позволил ей идти домой из библиотеки одной.

И вот она приходит, ворошит разбитые воспоминания, о которых Сайласу не нужно напоминать, потому что он никогда не забывает об этом. Когда Сэйдж больно, она заставляет каждого вокруг нее страдать.

– Ты должен был быть там! – ее голос переходит на крик, когда она тычет в его грудь. Он все еще стоит неподвижно, как статуя, позволяя ее словам обстреливать его суровый наружный вид. – Мы должны были защитить ее! – первая слеза скатывается по ее лицу, боль вытекает из ее глаз, которую никто не может исцелить.